Действительно! Если подумаешь – сфинкс был поставлен почти за три тысячи лет до Рождества Христова и для Тутмеса время его построения должно было казаться более отдаленным, чем для нас пришествие Рюрика с варягами. Вот, с какою древностью приходишь в соприкосновение, глядя на памятники Египта!
– А что такое изображал из себя сфинкс? – спросил опять кто-то.
– Сфинкс с бараньей головой, – продолжал Мариэт-бей, – служил символом Нефа, то есть божественного духа: в роде того, как у нас Святой Дух изображается голубем. Если же сфинкс имел львиный торс и человеческую голову – соединение высшей силы с мудростью, то изображал Горуса или Ра – бога солнца: символ победы света над царством Тифона, то есть тьмы. Виденный вами большой сфинкс в городе мертвых, обращенный лицем на восток, назван в надписи Горем-ху, то есть Горус в минуту восхождения, выражая этим веру в воскресение мертвых. А так как всякий фараон считался земным проявлением бога солнца, то фараоны иногда делали свое изображение в виде сфинкса, чтобы этим символически выразить божественность своей природы; так например, два сфинкса, находящиеся у вас в Петербурге, представляют портреты фараона Аменофиса III из 18-й династии, жившего за 1350 лет до Рождества Христова.
Когда окончился завтрак, Мариэт-бей предложил Его Высочеству посетить открытый им в пятидесятых годах Серапеум, то есть могилу Сераписа, или аписов. Он говорил, что в 1856 году, вспоминая указания Страбона о существовании в этой местности греческого храма и гробниц аписов, после значительных трудов и поисков, при раскопках слежавшегося от времени песку, напал на аллею сфинксов, которые привели его к греческому храму и к могилам аписов.
От домика Мариэт-бея до Серапеума всего каких-нибудь сто шагов по сыпучему песку. Мы вошли в пещеру, просторную, слабо освещенную проникавшим через вход светом, Мариэт-бей предложил всем обождать минут десять, закрыв глаза. Это необходимо для того, пояснял он, что резкий переход от ослепительного египетского солнца, к мраку пещер чрезвычайно губительно действует на глаза и порождает офталмию – болезнь глаз, весьма распространенную в Египте, благодаря которой, а также и едкой пыли во время лета, многие лишаются зрения.
– Полагаю, и вы, – прибавил он, – имели уже случай видеть множество слепых на улицах Каира?
Действительно, это явление слишком бросается в глаза, чтобы не обратить на него внимания.
– В этом притворе, – продолжал Мариэт-бей, – я нашел множество полированных плиточек, которые служили поминальными синодиками. Со смертью аписа, на всю страну налагался траур, а его погребение совершалось с необыкновенною торжественностью, сопряженною с громадными денежными затратами. Со всей страны стекались паломники; при этом, кто был побогаче, делал вклады и прикреплял к стенам Серапеума упомянутые плиточки с поминальною молитвою о своих родственниках. Замечательнее всего, что на каждой плиточке упоминалось, при каком фараоне, а равно год, месяц, число, в которые родился, обретен и погребен посещаемый им апис; с помощью этих достоверных указаний в точности определены года царствования и порядок престолонаследия фараонов из многих династий. Ну, теперь, – пригласил Мариэт-бей, – откройте глаза и пойдемте!
Мы вошли в середину обширной галереи; уходя далеко вправо и влево от нас, она была освещена сотнями свечей, горевших в высоких деревянных шандалах и в руках арабских мальчиков, которые стояли как вкопанные. Красноватый свет огней отражался на бурой поверхности стен и высоких сводов; вблизи, по сторонам галереи, выделялись, черными пятнами, открытые пещеры, где помещались гробницы аписов. Вся постройка высечена в скале; галерея имеет несколько заворотов; часть ее недоступна, потому что обрушилась; всех пещер-гробниц 80; в 24-х сохранились саркофаги, которые стоят посреди пещер. Все саркофаги из гранита и диорита, великолепно отполированные; они отличаются колоссальными размерами, и средний вес их доходит до 3½ тысяч пудов; на трех из них сделаны иероглифические надписи. В VI столетии христиане уничтожили Серапеум и истребили мумии аписов; однако же одна могила ускользнула от общей участи.
– По необъяснимым для меня самого обстоятельствам, – рассказывал Мариэт-бей, – грабители не нашли одну могилу аписа, замуравленную в тридцатый год царствования Рамзеса II, и мне посчастливилось открыть ее в полной неприкосновенности; все в ней сохранилось, как было за 3700 лет тому назад; в одном углу на песчаном слое даже остались уходящие следы голых ног; на замуравленном входе в известке видны были оттиски пальцев рабочего, закладывавшего последний камень!..
– А какое значение имело поклонение быку? – спросил кто-то.
– Конечно, чисто символическое, – отвечал Мариэт-бей, – потому что в Египте кроме каменных изваяний, символически изображавших божество, содержались и живые символы, как например: священные кошки, представляя богиню Сехеть; крокодил Суки – бога Себека или вечность; также точно чествовался Озирис, или иначе Озирапи (что значит «озири», «судья»), которому предоставлялся суд над умершими, откуда и название быка, апи, то есть судья. Апис не был простой бык; он должен был иметь двадцать восемь точных отметин, как например: черную масть; белый треугольник на лбу; на спине изображение орла; на правом боку месяц в первой четверти; двухцветный хвост; под языком нарост в виде священного жука и пр., и пр. Когда такое чудо нарождалось и жрецы признавали точность всех отметин, вся страна праздновала живое проявление Озириса и смотрела на то, как на особую милость божества к людям.
Апис содержался в храме бога Пта в Мемфисе, в особом отделении, с огромным числом жрецов и служителей; при нем состоял гарем коров, а также чествовалась отелившаяся им корова. К нему обращались тоже как к оракулу, получая отрицательный или утвердительный ответ, глядя по тому, принимал ли он приносимую пищу, или нет.
Мы обошли всю галерею, заглядывая в гробницы; в одной стоял великолепный саркофаг из темно-зеленого камня с иероглифами; к нему была приставлена лестница, так что можно было опуститься вовнутрь саркофага. Он так вместителен, что шестеро могут свободно сидеть вокруг стола. Вес таких саркофогов доходит до 3½ тысяч пудов.
Обойдя Серапеум, мы вышли опять на свет божий, с тем, чтобы осмотреть находящиеся недалеко от Серапеума гробницы Втаотеба и Мастаба-Ти. Обе гробницы великолепно отделаны вполне сохранившимися, иссеченными из камня, барельефами. Они принадлежали египетским богатым и знатным вельможам, которые по обыкновению еще при жизни выстраивали себе эти чудесные мавзолеи. Такими, более или менее, роскошными могилами покрыта вся местность Ливийского кряжа, вокруг и между группами пирамид. В верхнем же Египте бесчисленные гробницы вырубались в скалах.
