хмуро поинтересовался генерал у запыхавшегося Степы Винта.
– Это они, товарищ генерал. Поселок взяли практически без шума. Одного я уже допросил.
Тут такое дело, товарищ генерал… Даже не знаю, как вам об этом сказать.
– Что случилось, капитан? – заинтересовался Корнилов. – Впервые вижу такую растерянность на твоей морде. Что ж такого ты узнал?
– Там был мужик, в былые времена числился майором. Он был одним из тех, кто участвовал в следственных мероприятиях по факту нападения на вертолеты, где погиб Пашка, ваш сын.
– И?!
– В общем, лучше бы вам самому с ним поговорить.
– Я и так с ним лично пообщаюсь, – нахмурился генерал, – но ты мне не объяснил, почему у тебя такое странное выражение лица, как будто ты только что узнал, что тебя родили инопланетяне.
– Пленный рассказал, что на том хуторе, где погиб ваш сын, проживали какие-то студенты под предводительством преподавателя истории местного вуза.
– И что? Нам-то с этого что? Он знает координаты схронов?
– Нет. Утверждает, что все данные по тем схронам, за которые отвечал его отдел, были утеряны. Они сгорели вместе с хутором. Но в том бою был еще кто-то. Пленный утверждает, что был еще один стрелок, который скрылся после взрыва дома. Возможно, у него есть нужные нам сведения. Я думаю, что это именно тот самый преподаватель истории.
– Слушай, Степан, ты часом головой не ударился? Мне координаты схронов нужны, а не какой-то там мифический учитель истории. Винт, я тебя не узнаю! Что с тобой происходит?
– Товарищ генерал, я думаю, что этот самый преподаватель истории, у которого есть сведения о местонахождении схронов проекта «Ковчег», и небезызвестный вам Алексей Седов по прозвищу Историк – один и тот же человек! – решительно заявил Винт.
– Что?! Ты хочешь сказать, что тварь, убившая моего сына, все это время была рядом со мной? – прошипел сквозь зубы Корнилов.
– А еще он несколько раз спас всех нас и заделал ребенка твоей дочери, – тихо поддакнул стоявший за спиной генерала Архип.
– Что?! – Генерал как ужаленный подскочил со своего места. – Вита беременна? Ты откуда знаешь?
– Это заметно любому, кто когда-нибудь жил рядом с беременной женщиной. Ну, ты же у нас всегда по командировкам, и твоя жена оба раза декрет без тебя проводила, вот ты и не заметил.
– Отец точно он? – успокоившись, уточнил генерал.
– Точно, мне Вита сама созналась. Олег, ты горячку не пори. Пашка погиб во время выполнения боевого задания, и в его смерти виноваты те, кто его туда послал, а заодно приказал фельдъегерю зачистить людей, спасших ему жизнь. Тоже мне, нашли нежелательных свидетелей, придумали всяких глупых формуляров и инструкций, как будто за линией фронта, в тылу врага находятся, а не на родной земле. Я считаю, что надо этого Историка найти и поговорить с ним. Может, это вообще не он. Сколько этих преподавателей истории в России? Сотни тысяч!
– Не скажи, – возразил Винт. – Когда в Синопе мы с ним разговаривали, то он порывался с вами, товарищ генерал, переговорить с глазу на глаз и все хотел про этот бой, в котором погиб Пашка, разузнать. Он очень интересовался, кто отдал приказ на ликвидацию людей на хуторе. Мне тогда еще резануло слух, что он знает, что бой произошел именно возле хутора, но тогда я не придал этому значения. И потом он еще один раз оговорился, сказав, что добро в схронах хранится именно в контейнерах. Это мог знать только человек, который видел спецификацию на груз, хранящийся в тайниках. Так что, скорее всего, это именно он!
– А почему он тогда пошел в наемники и рисковал своей шкурой за гроши? Что мешало ему распотрошить хотя бы один тайник и жить себе припеваючи? – задал резонный вопрос Архип.
– Там же огромные объемы, нужны проверенные люди, техника, транспорт, – начал загибать пальцы Винт. – А наш Историк – пацан обстоятельный, он не будет пороть горячку. Скорее всего, и в наемники пошел, чтобы сколотить команду из проверенных людей. Что, собственно говоря, и сделал.
– Ладно, найдем его, а потом разберемся, он это или не он, – отмахнулся генерал, прекращая дальнейший спор между своими соратниками. – Его найти надо уже потому, что он отец моего будущего внука! Так что, Винт, как здесь закончишь, – Корнилов кивнул на захваченный поселок, – отправляйся в Крым и найди мне Историка. Ясно?
– Так точно! С пленными что делать?
– Как всегда: полезных – в ярмо, остальных – в расход! – жестко приказал генерал.
– Слушаюсь! Товарищ генерал, поиски Седова могут занять продолжительное время. Во-первых, он может быть уже мертв, а во-вторых, турки за его голову объявили награду в золоте, и за живого платят по весу тела. То есть если он весит сто килограммов, то награда за его поимку – центнер золота. Думаю, если он жив, то затихарился наглухо.
– Ничего страшного, Степан, ты у меня умный и опытный, ты найдешь. В помощь возьми, кого пожелаешь, вон, хотя бы Архипа.
– Спасибо, товарищ генерал. И тогда еще одно условие: Вита о моей поездке ничего не должна знать. И вы с нее глаз не спускайте, потому что она уже неоднократно высказывалась о том, что хочет сорваться на поиски Седова.
– С чего бы это? – удивленно приподнял бровь генерал.
– А с того, что она втрескалась в него! – раздраженно буркнул седовласый полковник.
– Значит, Степан, твоя задача – взять Седова живым и невредимым! Понял?
– Так точно!
Эпилог
В половине двенадцатого с северо-запада, со стороны станицы Голубицкая, в Темрюк вошел молодой человек лет двадцати восьми. За ним бежал беспризорный, одетый в морскую военную форму старого образца на голое тело. Пуговиц на черном мундире не было, брюки клеш из-за отсутствующего поясного ремня ему приходилось поддерживать руками. Обут беспризорный был в прозаические резиновые шлепки ярко-малинового цвета, с приклеенными пластиковыми фигурками единорожек.
– Бро! – весело кричал беспризорный. – Бро, дай закурить! Ну, бро, ну дай! Три дня не курил, уши в трубочку свернулись!
Молодой человек вынул из кармана налитое яблоко и подал его беспризорному, но тот не отставал. Тогда пешеход остановился, иронически посмотрел на мальчика и воскликнул:
– Может быть, тебе дать еще ключ от квартиры, где деньги лежат?
Зарвавшийся беспризорный понял всю беспочвенность своих притязаний и немедленно заткнулся.
Молодой человек солгал: у него не было ни денег, ни квартиры, где они могли бы лежать, ни ключа, которым можно было бы эту квартиру отпереть. У него не было даже пальто. В город молодой человек вошел в синих спортивных штанах с тремя белыми
