— У вас кодовые имена кончились, или лень придумывать было? — усмехнулась Широ.
— А может «мы все Франс»? Ну, там… клоны? — ответил я, встретив тяжёлый взгляд. — Не обращай внимания, неужели тут Магадан вдарил?
— Не удивительно, что поняли. Такова наша основная и единственная теория. По словам выживших, кто стоял достаточно далеко, они почувствовали гнетущее присутствие огромного давления маны, некоторые утверждают, что видели фигуру в синей одежде в небе, от которой исходило яркое синее мерцание. Потом произошёл удар магией по штатному щиту дока, сразу за этим из залива поднялась волна, накрывшая порт, а второй удар магии заморозил воду.
— То есть Магадан переметнулся к Янай, это всё осложняет… а что его последователи?
— Отрицают, то есть через них отрицает сам Магадан, — ответил Франс-2. — Однако сигнатура маны соответствует известной мане Магадана.
— Магадан? Который «бог мудрости и зимней стужи? — спросила Широ.
— Да, именно он.
— Видео есть? — спросил я, пока только прощупывая область чутьём. Широ, Лаплас, можете пока полететь по округе, может они пропустили что-то.
— Да. Вот то, что мы смогли собрать, — он вытащил из-под пальто планшет и открыл на нём папку на облаке, где было несколько видеофайлов. Надо же, интернет тут работал.
Я стал просматривать не слишком чёткие записи с нескольких ракурсов, особенно там, где в кадре виднелась размытая фигура. Синяя вспышка удара по щиту, одновременно с построением большой формации, накатившая волна и ещё одна синяя вспышка, замораживающая отступающую воду.
«В принципе Деррон говорил, что Магадану всё равно и он предпочитает нейтралитет и переметнулся бы к Янай, если бы счёл её побеждающей», — сказала Широ.
«Вот только всё это выглядит слишком мутно и я не могу назвать Янай побеждающей после наших ударов по тылам», — раздался голос Лаплас, которая парила над землёй, впрочем, ничего необычного не находя.
— Согласен. Выглядит, как подстава и попытка столкнуть трансцендентных лбами или, хотя бы, поставить культ Магадана, который сейчас преспокойно объявят вне закона, — ответил я им вслух.
— Разве доказательства не очевидны, — поморщился человек, от которого так и сквозило раздражение и нетерпение. — Его мана, видео. И по нашим оценкам он довольно силён и вместе с Янай имеет шанс победить остальных. Не понимаю, что вы тут можете опровергнуть.
— Слишком это для Янай удобно. А у меня есть пару догадок. Дайте мне кого-то от Магадана, поговорить с ним надо.
— Зачем тратить на это время? Следует немедленно начать изолировать их культ, а не тянуть расследование, — даже под слоями утепления было видно как человек нахмурился и уровень нетерпения ещё вырос.
— Потому что я так сказал. Не торопитесь портить отношения с вашими богами, тем более теми, которым всё равно. И которые могут воспринять это как личное оскорбление и нарушенный паритет сил выльется в битву, где исход будет неопределённым, — ответил я, глядя человек в глаза и он, конечно, взгляда не выдержал. Указал на задание на холме за его спиной.
— Там есть один из его адептов, — сказал Франс-2 и я немедленно телепортировался туда. Пусть пока девушки округу осмотрят, тут, как минимум, симпатичнее, чем в помещении, которое лет тридцать капитального ремонта не видело.
Охранники у двери встрепенулись, увидев меня, но тут же отдали честь и открыли дверь старого здания. Я пошёл внутрь помещения, заметив нужную мне душу в одной из комнат около выхода. Там сидел закутанный в тёплую одежду адепт и о чём-то нервно говорил с военными, причём в него уже чуть ли не стволами тыкали, хоть и не сковали.
Когда я зашёл, все посмотрели на меня, разговор стих.
— Магадан, я хочу с тобой поговорить. Всем остальным не вмешиваться, — сказал я, отодвинув стул и присев сбоку. С ним говорила женщина с регалиями полковника и сейчас от неё пахнуло возмущением. — Если будете мешать, то заберу ретранслятор с собой в место потише, а сейчас даже почитаете, буду писать его слова маной.
«Арктур, наслышан», — раздался чистый и высокий мужской голос, и Магадан немного тянул гласные, придавая речи немного высокопарного и гордого оттенка. — «Видя то, как ты говоришь с этими людьми, ты не столь категоричен в суждениях, как многие другие. Ты будешь в порядке, если услышишь голоса всей пятёрки одновременно?»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я даже не почешусь, если вы все будете около меня сражаться в полную силу. Хм, пятёрки?.. Даже Сорай здесь? Я думал они не участвует в разборках.
«Да, Свет Милосердия против войны, но вопрос сейчас заставил нас собраться. И коль хочешь быть посредником между нами и людьми, слушай нас», — ответил Магадан.
«Так и есть, Арктур. Жаль, но обо мне часто почти забывают, как о слабейшей. А сейчас мой голос тих как никогда», — услышал я ещё один чистый, высокий голосок.
— И всё же хорошо, что такое движение есть. Мне тоже не нравится эта война и я тоже надеялся на мирный исход. Но зачем же мне говорить с другими?
«Потому что мне кажется, Магадан решил ударить нам в спину и теперь извернуться», — услышал я голос Деррона. — «И оправдание, что Янай захотела его подставить очень удобно, но, чёрт возьми, это его мана, какие могут быть вопросы?»
«Для начала никаких «нас» нет. Мы совет и круг, но не единый фронт», —ответил ему Магадан. — «Однако я по-прежнему не хотел вмешиваться, до этого момента. Теперь Янай решила меня подставить и я вмешаюсь. Если хочешь, могу поклясться, что это был не я».
«Проблема этих клятв в том, что они зависят от разума поклявшегося. Ты мог стереть или временно заблокировать себе нужную память, чтобы пройти такой тест, а класться в верности, сковывая душу ты не захочешь», — продолжил Деррон слышимо раздражённым голосом, а ведь я всё это ещё и маной писал, помечая имена.
«Нет, конечно. Но твоя импульсивность до добра не доведёт. Я этого не делал и не знаю как Янай подделала мою ману».
«Более очевидный и вероятный вариант, чем то, что Янай сделала фактически невозможное, не находишь?»
«Прошу, прекратите спор, он ни к чему не приведёт», — вмешалась Сорай. — «Ваши отношения и нейтралитет Магадана действительно были удобны для Янай».
«И с чего это ты его защищаешь? Не должна ли его скорее обвинять в личном вмешательстве или у нас есть хоть один способ опровергнуть причастность чем-то большим, чего его слова? Нет, не спустим мы эту ситуацию на тормозах, оставь эту надежду», — ответил ей Деррон и я услышал лишь печальный вздох в ответ. Пора бы вмешаться.
— Деррон, я действительно предлагаю притормозить. Магадан, какова вероятность, что это энергия могла быть, скажем… украдена? Незаметно, за долго время и сохранена.
«Ты правда думаешь, что такое возможно?» — недоверчиво спросил Деррон. — «И вообще, ты тут наблюдатель для передачи нашего решения людям, не вмешивайся».
— О, я ещё как вмешаюсь. И вселенная велика, многое в ней возможно.
«Я его поддерживаю. Мне эта ситуация также не нравится, потому не пытайся заставить его замолчать. Поверь, я один раз попытался на него надавить мне это не понравилось», — услышал я голос Лоркана.
«Пусть говорит. Мудро выслушать пришедшего из мира, стоящего в развитии магии выше нашего и так или иначе связанного с теми, кто сильнее нас», — услышал я баритон с хрипотцой, полагаю, Сарус.
«Я бы заметил утечку энергии, но возможно ли хранить божественную ману долго и так, чтобы она не потеряла характеристику и не разрушила аккумулятор. Тем более в таких объёмах?» — с сомнение произнёс Магадан.
— Технически, да, есть способы. Знакомый мне метод недешёвый, но рабочий. Вопрос в том, где была взята сама энергия?... О Лаплас, идея, нырни в залив и просканируй… так вот. Есть ли физическая возможность получить такую энергию? — сказал я, пока наслаждающаяся северными видами Лаплас в скафандре нырнула в воду. Движку плевать на влажность, хотя работает в таких условиях отвратительно, но можно же плавать на магии.
«Хм. Мои посланцы участвовали в войне. Аккумуляция энергии из их атак, когда я позволял им использовать свою ману, захваченные артефакты до того, как я их отключил, Также есть бомбы, что заряжались моей силой, но там метод хранения не настолько надёжен», — ответил Магадан.
