туман отступил, сознание возвращалось к Лотэру
Одна его рука находилась на нежной груди, другая неуклонно приближалась по упругому бедру Элизабет к её белью.
Как они оказались в такой позиции? Он не мог вспомнить. И почему он ощущал вкус её потрясающей крови? Почему он не помнил...
Стойте. так она допрашивала его? Когда сознание стало прояснятся, он понял что смертная пыталась воспользоваться ситуацией. - Собирала информацию?
она сглотнула
- Ты, сучка! - Он хотел наказать её - и не мог.
Blyad’! Что нужно, чтобы найти кольцо и, наконец, избавиться от неё?
Внутри него кипело разочарование, он вскочил и резко бросил её обратно на кровать, заставив при этом вскрикнуть.
И хотя она принялась поспешно одёргивать сорочку, на мгновенье перед ним сверкнула её промежность.
Голая?
Мгновенно переместившись на кровать, он отбросил её назад.
- Ты приготовила мне сюрприз? Я сейчас посмотрю - раздвинь ножки.
- Нет - она тянула вниз край сорочки.
Стиснув её колени, он начал их раздвигать, сминая выше сорочку.
С пылающим лицом она пыталась бороться, но он с лёгкостью пересилил, втиснув свои бёдра между её ног.
- В прошлый раз я делал всё по-твоему. Сейчас всё будет по-моему... - он оборвал фразу, едва взглянув на её женскую плоть. Открытые как лепестки, блестящие губки.
Зарычав, он потянулся к ней.
Он не хотел её желать. Но вид её возбуждённой вагины и этот соблазнительный запах заставили его жажду выйти из-под контроля.
Его первое ощущение - влажная, горячая на ощупь, невообразимо мягкая. Он издал благодарный стон.
- Пусти меня, - она кинулась на него.
Чтобы отобрать его приз?
- Моё,
Элизабет! - он грубо толкнул её назад, - Это принадлежит мне. Не смей отрицать этого.
Он злобно рассмеялся, когда она вонзила ногти в его руку:
- Как коготки котёнка, - снова толчок, - Пойми, женщина, твоё тело принадлежит мне, и я буду наслаждаться им весь остаток жизни. Лизать его и трахать для собственного удовольствия.
Она мрачно смотрела куда-то мимо него, начав дрожать от страха...
Чёрт бы её побрал, так не пойдёт.
Да, он её ненавидел и ему нравилось её мучить, особенно после того, как она устроила этот допрос. Да, он был рассержен, что не получил ни одной новой ниточки во время сна, и собирался всё это выместить на Элли.
Но сейчас его ноющая эрекция означала, что он страстно желал исследовать её рвущуюся наружу сексуальность.
Он хотел, чтобы он была влажной, хотел видеть её раскованной.
С усилием он смягчил свой тон:
- Расслабься, зверушка, - заставил себя произнести. - Сегодня вечером я не причиню тебе вреда.
Хммм, не ложь?
Элли по-прежнему излучала напряжение.
Ты мне не доверяешь?
Рассыпав по простыни блестящую копну своих волос, он помотала головой.
- Я лишь прикоснусь к тебе пальцем, лишь поиграю. Смотри. - демонстрируя это, он неторопливо потёр её клитор своим пальцем. Один раз, второй...
Её хватка на его руке ослабла. Ещё одно лёгкое поглаживание, и она начала расслабляться.
- Вот так, женщина, - он дразнил её, а она поднимала свои бёдра, требуя продолжения, - такая отзывчивая.
Лотэр скользнул пальцем между её влажных шёлковых губок.
- Ты тут очень миленькая, Элизабет, - хрипло произнёс он. Чтобы последствием высказывания не стала rána, ему пришлось добавить:
- Я думаю, что ты в этом месте совершенна.
Она нервно сглотнула, изучая его выражение лица.
- Заведи руки за голову. И держи их там.
- Зачем?
- Потому что поведу я. Давай. Обхвати свои локти.
Когда она нерешительно подчинилась, он сжал в кулаках края её сорочки и разорвал начисто одним махом. Оставив её совершенно голой.
Боги всемогущие.
- Лотэр! Твои глаза. .
В промежутках между вдохами он произнёс:
- Должен был... увидеть тебя. Такой.
Узкая талия плавно переходила в широкие бёдра. Полные, аппетитные груди. Кожа медового цвета.
Роскошный жар между ног...
Лотэр был уверен, что заслужил всё хорошее, что выпало ему в жизни, воспринимая это как должное, но даже он испытал головокружение от счастья, когда узрел её, раскинувшуюся перед ним.
Когда она вновь начала дрожать, он лёг сбоку рядом с ней, положив голову на согнутую руку. Эта расслабленная поза скрывала его безумное желание, бушующее внутри, когда он медленно провёл пальцем вокруг её маленького клитора.
Она снова ахнула:
- Вампир, ты сводишь меня с ума.
- Конечно, Элизабет.
Новое движение.
Этот мужчина был воплощением секса.
По сравнению с Лотэром, ребята, которые были у Элли раньше, казались неотёсанными чурбанами.
А теперь она имеет дело с соблазнительным бессмертным, использующим свои одарённые пальцы - и хитрый ум - чтобы творить с ней греховные вещи.
С бессмертным, глаза которого, казалось, горели огнём, разгоравшимся всё ярче, когда он смотрел на её обнажённое тело.
Когда он размазал её влагу, чтобы продолжить эти медленные движения по кругу, она расслабила над головой свои руки и позволила коленям раскинуться в стороны.
- Жаждешь большего?
Толкаясь своим твёрдым членом в её бедро, он тыкался носом в её шею и ушко, бормоча слова по-русски.
Его тёплое дыхание на коже вызвали в ней дикую дрожь.
- Ч-что ты сказал?
- Я говорил тебе на ушко сальности. - Дразнящим голосом он продолжал: - Говорил, что у тебя самая милая маленькая киска, какую я только видел, и ещё говорил, что я буду с ней делать.
Она застонала, вонзая ногти в свои предплечья.
- Лотэр!
- Будь умницей, - произнёс он с сильным акцентом, - поласкай себя для меня. Покажи, как тебе нравится кончать.
Его акцент... эти шокирующие непристойные слова... его грешный голос - всё было подобно прикосновениям, которые она чувствовала по всему телу.
Она с готовностью повиновалась, скользнув рукой между ног и поглаживая свой клитор. И хотя он её об этом не просил, другой рукой она обхватила свою грудь, что, похоже, ему понравилось.
- Ты ни разу не проникла внутрь? - он не отрывал взгляда от её пальцев.
Она только смогла помотать головой.
- Ты и не думала об этом, правда? Я научу тебя, насколько это приятно - чувствовать что-то внутри.
- Лотэр...
- Как только твоё тело станет бессмертным, я глубоко войду в тебя, выплёскивая семя сюда, - он прикоснулся указательным пальцем прямо к самой серединке, - и сюда, - поднеся руку к её рту, он погрузил свою большой палец внутрь.
Когда она моментально втянула его между губ, он прошипел:
- Да. А, милая Лизавета, я буду в тебе на закате, в полночь и на рассвете.
