– Думаешь, я так хочу с тобой тут сидеть? Время на тебя терять, пылью этой дышать… Подазре… Или подозре…? – Сотник с сомнением поскреб затылок, потом аккуратно зачеркнул непокорное слово и написал что-то другое.- Вот, значит. Закончу на тебя бумаги оформлять и позову нашего Печника. Печник добрый парень. Только разную нечисть очень не любит. У него младшую сестренку к знахарке водили, так та что-то девочке из трав дала, и все. Нет больше у Печника сестренки. Так теперь он любого знахаря, колдуна или лесного человека с особым старанием на куски рвет.
– Я же объяснял, что…
– Да я слышал, слышал. И про твое задание. И про очень опасного преступника, которого ты ловишь уже полгода. И все никак поймать не можешь, вот жалость какая. Кстати, как он из Зур к нам пробрался?
– Через Перешеек.
– Да что ты говоришь?! – удивился легионер и лихо поставил подпись-закорючку в конце листа.- Прямо-таки через горы махнул, не побоялся. До него три наших легиона не могли до предгорий пробиться при поддержке конницы и катапульт. А он в одиночку проскользнул. И не побоялся.
– Это точно.- Мим снова сплюнул скопившуюся во рту кровь.- Он не побоялся.
– Ладно. Я с тобой время терять зря не буду. Я завтра утром загляну. Почитаю, что писарь запишет. Как Печник тебе все ненужное щипцами раскаленными оторвет, так ты и споешь.
– Господин сотник, это чудовищная ошибка. Я клянусь, что…
Сотник вышел из-за стола и лениво, без особого желания, коротким замахом ударил левой рукой, послав допрашиваемого вместе со стулом на пол.
– Твои клятвы здесь никому не интересны. Я тебе так скажу, чужак. Здесь ты никто. За тобой никто послов не пришлет и выкуп не заплатит, как за благородных имперусов, что на мелочи попадаются. А вижу я перед собой явную измену. Твой мешок, набитый золотом. Кучу каких-то амулетов и магической дряни. Обманом купленные подорожные. И очень мутную историю про твоего приятеля, который народ здесь прирезал.
Мим заворочался в углу, силясь вдохнуть глоток воздуха. Тем временем сотник собрал бумаги со стола и встал рядом.
– Человек, которого ты назвал своим рекомендателем в нашем городе, про тебя ничего не слышал и слышать не желает. С твоими знакомыми в портах побеседуют, как от меня письмо туда дойдет. И разберутся, с какой стати местные чиновники выдали бродяге кучу рекомендательных писем. А также оформили документы с правом проезда в центральные провинции. Хотя подобные бумаги обязаны выдавать только в имперской канцелярии, а не в муниципалитетах!
Еще разок пнув для порядка лежащего на полу, сотник пошел к выходу, где его ждали солдаты. Перед тем как уйти, легионер напоследок обернулся и добавил:
– Ты полежи, подумай. Минут пять у тебя есть. Потом тебя начнут спрашивать. По-хорошему и по-плохому спрашивать. А ты пока помозгуй, зачем это нормальному человеку водить шашни с длинноухими. Не знаю, как твой висельник безглазый, а девка точно из Лесов примчалась. Ее опознал один из торговцев, за что и поплатился головой. Ну а как только мы сталкиваемся с эльфами, то тема разговора меняется. Неделю тому назад я бы с тобой беседовал о мошенничестве и подделке документов. А сегодня придется говорить о государственной измене и заговоре против императора. Вот такие веселые мысли должны посетить твою пустую голову… Ладно, я пойду позову нашего друга Печника. А завтра утром почитаю, что ты там расскажешь, эльфийский прихвостень.
Сотник вышел, оставив охранников присматривать за задержанным. Мим попытался пошевелить туго связанными руками, но уже почти не чувствовал их. Полчаса он убеждал, доказывал и пытался взывать к разуму этого солдафона. Но все оказалось тщетно. Сотник был не дурак и отлично видел все нестыковки. Мим оказался заложником своей тайной миссии. Рассказывать о Спящих – положить голову на плаху. Молчать про истинные причины поисков и накопленные за все эти годы связи – идти в гости к палачу.
Услышав скрип двери, лежащий на полу приоткрыл глаза и взглянул на мужчину, с трудом протиснувшегося внутрь. Обнаженный по пояс, в потертых кожаных штанах, заправленных в широкие голенища сапог. Мим заметил довольную ухмылку палача и прошептал про себя:
– Ну что, Глэд. Похоже, настал и мой черед платить за подаренные тебе страдания. Думаю, через пару дней ты отквитаешь все, что досталось тебе в поххоморанских подвалах.
– Он снова молчит и не отзывается на наши настойчивые попытки достучаться до него!
Иссушенная прошедшими веками фигура раздраженно вышагивала рядом с длинным столом, первоначальный цвет деревянной столешницы которого был надежно укрыт под толстым слоем пыли. Выстроенные в ряд свечи непривычно ярко освещали грубые каменные стены комнаты и низкий давящий потолок, нависший монолитной глыбой. Второй Спящий замер с другой стороны стола, зябко кутаясь в грубый серый балахон.
– Еще вчера он обещал отчитаться о последних результатах! Вчера! Время уходит, а вместо задержанного слепца мы имеем лишь кучу обещаний. Что сможем показать Хранителям? Расписки за бездарно потраченное золото? Кипу карт с отметками о проведенных поисках? Что молчишь?
Молчаливый собеседник осторожно тронул пальцем пыльную поверхность и тихо отозвался:
– Возможно, я просто не обладаю твоим темпераментом. Поэтому не бегаю в бешенстве, когда мне действительно хочется оторвать голову одному вконец распоясавшемуся человечишке. Но ты полностью прав. Меня тоже утомили его бесконечные прятки. Предлагаю повидаться с нашим охотником, не обращая внимания на его странное молчание.
Худая фигура шагнула к столу и закатала широкие рукава. Две руки, больше похожие на костлявые лапы монстра из ночных кошмаров, затанцевали над пыльной поверхностью. Тонкие пальцы чертили магические руны, то разбегаясь, то сплетаясь в единое целое. Вторая фигура молча смотрела, как напарник заканчивает вязь древних знаков, затем медленно поставила пару точек по краям созданного шедевра и откинулась на спинку стула.
В глубине прочерченных в пыли канавок сгустилась мгла, чтобы через мгновение поймать отсветы огня на трепещущих свечах. Тонкие нити заклятий наливались кровавыми отблесками, набирая силу. Не прошло и минуты, как в могильной тишине склепа раздался еле слышный шелест. От этого звука дернулись огоньки на свечах и погасли, уступая место багровым отсветам знаков, пылающих в полную силу. В сполохах магического огня, под аккомпанемент нарождающегося ветра, заструились остатки пыли, которые, собираясь в мутное серое облако, начали медленно кружиться в центре стола. Стоящий маг внимательно следил за процессом, готовый вмешаться в случае необходимости. Но вот ветер стих, и кружившая до этого пыль вылепила под потолком человеческую фигуру, висящую на неестественно вывернутых руках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
