Читаем без скачивания Человек в экстремальной ситуации - Борис Чувин

Многочисленные и многолетние наблюдения и исследования врачей, педагогов, социологов, психологов позволяют сделать вывод о том, что у людей, длительное время испытывающих информационные перегрузки, может развиться состояние «информационного невроза». Это состояние чревато тем, что мозг человека не успевает, вследствие развития процесса утомления, адекватно обрабатывать поступающую оперативно информацию и начинает давать сбои, приводящие к возникновению экстремальных ситуаций.

Установлено, что сильные и продолжительные неадекватные реакции на стресс вызывают в организме человека не только функциональные, но и органические нарушения, а при определенных условиях могут закончиться шоком или комой, со всеми вытекающими последствиями.

Могут развиться состояния, которые Г. Селье назвал «болезнями адаптации». Причем, характерно, что адаптационные болезни чаще являются следствием перенапряжения прежде всего в сфере умственной (информационной) деятельности. Если соотнести данный феномен с процессами утомления и перенапряжения, возникающими при физической мышечной работе, то в последнем случае усталость является своеобразным защитным механизмом, предохраняющим организм от чрезмерного и невосполнимого расходования энергоресурсов мышц и всего организма. В случае умственной работы, часто связанной с проявлениями эмоциональной сферы, организм человека не располагает еще теми защитными механизмами, которые должны были бы возникнуть как естественный результат эволюции человека. Поэтому наступает срыв адаптационно-защитных механизмов и, как следствие, возникновение психосоматических заболеваний.

Согласно исследованиям, проведенным специалистами НИИ Безопасности (США), стресс вошел в десятку ведущих факторов заболеваемости, связанных с производственной деятельностью. Интересно отметить, что частота стрессовых ситуаций зависит от вида деятельности человека, его профессии. Так, согласно данным лондонской газеты «Санди Таймс», опубликовавшей результаты исследований психологов, частота стрессовых ситуаций выражается в следующем распределении (исходя из десятибалльной системы): шахтеры — 8,3; полицейские — 7,7; летчики гражданской авиации — 7,5; шофер такси — 6,8; акушерка, кинорежиссер — 6,5; пожарник, музыкант — 6,3; учитель — 6,2; продавец — 5,7; шофер автобуса — 5,5; крестьянин, дипломат — 4,8; военнослужащий — 4,7; инженер, адвокат, секретарь, парикмахер — 4,3; архитектор — 4,0; служащий банка, программист — 3,7; священник — 3,5; астроном — 3,4; библиотекарь — 2,0.

Разумеется, в конкретных ситуациях могут складываться условия более стрессоопасные даже для совсем мирных профессий, но статистика все же позволяет выделить приоритетные виды трудовой деятельности людей в отношении возможности развития стресса.

Логика сопоставлений говорит о том, что стресс — это своеобразный механизм адаптации к экстремальным факторам внешней среды. По-видимому, в процессе эволюции сложились определенные, генетически закрепленные механизмы адаптации к стрессорным нагрузкам, но специфика бурного развития технократически ориентированного социума предъявляет к современному человеку слишком высокие уровни психогенных нагрузок, слишком стремительный темп жизни, с которым нервная система не справляется и вынуждена искать способы и механизмы компенсации нарушенных функций, активируя внутренние, эндогенные механизмы защиты. Это, в свою очередь, приводит к истощению резервов психосоматики и развитию неадекватных, патологически измененных состояний.

Схема 50

Факторы формирования стресса

Если рассматривать стресс как некую зависимую переменную от комплекса внешних факторов, то необходимо признать, что качественная характеристика воздействующих факторов более адресована к специфике каждого конкретного человека (или группы людей), в то время, как количественные характеристики внешних сигналов, т. е. сила и продолжительность воздействия, могут быть аппроксимированы на все случаи и все типы нервной системы. На схеме 50 приведены факторы формирования стресса. Для каждой конкретной модели, в реальных условиях, доминирующим может оказаться какой-либо из приведенных факторов, хотя встречаются ситуации, спровоцированные комплексом факторов стрессорного характера.

Здесь следует отметить, что хотя концепция Селье о неспецифическом адаптационном синдроме выдержала испытания временем, все же придавать ей некие черты всеобъемлемой парадигмы было бы несколько предвзято. Так, например, было установлено, что воздействие некоторых стрессорных факторов (голод, повышенные физические нагрузки, повышенная температура окружающей среды) не вызывает проявлений общего адаптационного синдрома. Отсюда можно сделать вывод, что стрессорные проявления могут задаваться, помимо чисто внешних факторов, еще и состоянием внутренних, эндогенных, компенсаторных механизмов организма человека.

Также было установлено, что действие факторов, вызывающих тревогу, обусловлено повышением концентрации адреналина в крови, а реакции и проявления агрессивности сопровождаются повышенной концентрацией норадреналина. Оба катехоламина, продуцируемые надпочечниками, таким образом, оказались задействованными в реакциях стресса. При этом необходимо помнить, что и реакция тревоги, и реакция агрессивности — это проявления прежде всего психической сферы человека, хотя, разумеется, они проявляются и в конкретных поведенческих (физиологических) реакциях.

Есть основания считать, что паттерн (специфическая картина) реакции на стрессорные факторы задается не столько самими факторами, сколько их информационным воздействием на психику человека.

Если считать стресс независимой переменной, то можно свести к трем группам вышеприведенные факторы:

 осознаваемой угрозы;

 нарушающие физиологические функции;

 провоцирующие напряжение нервной системы.

При этом факторы осознаваемой угрозы, согласно мнению американского психолога Лазаруса, являются центральным, доминирующим звеном в развитие стресса.

Существует также концепция, согласно которой стресс рассматривается, как следствие нарушений глубоких, сбалансированных взаимоотношений человека с окружающей средой. При этом стресс может быть описан, как часть сложно организованной системы саморегуляции социума. Поскольку первичный звеном, реагирующим на стрессорную ситуацию, является психика человека, также являющаяся составной частью личности и социума, необходимо в цепи формирования сложных психосоматических реакций выделять приоритеты в области сознания и мышления человека, глубоко встроенного в структуры био— и ноосферы, в структуры социума и цивилизации.

Вышесказанное можно проиллюстрировать схемой 51. Пунктиром обозначены вероятные связи между функциональными блоками регуляции и дестабилизации социума. Такие связи могут проявляться при определенных обстоятельствах, но могут быть скрытыми и не оказывать прямого воздействия на уровень организации социума. Во всяком случае, при анализе конкретных моделей стрессорных проявлений на уровне социума или его отдельной ячейки, необходимо учитывать потенциальную возможность проявления этих связей, чтобы выработать более адекватные способы и механизмы компенсации нарушенных функций и структур в системе социума или его звена.

Схема 51

Стресс как часть системы саморегуляции социума

Параллельно понятию стресса необходимо также рассмотреть понятие дистресса (distress — истощение, несчастье). Дистресс возникает как комплекс истощения и глубокой дисфункции организма в результате длительного воздействия стрессорных факторов.

Если биологическое значение стресса, как одного из факторов мобилизации адаптационно-защитных сил организма, может быть принято как естественное положительное начало, то дистресс, наступающий на определенных стадиях развития стресса, принимается как негативное начало, свидетельствующее об угрозе организму вследствие истощения резервных возможностей.

Применительно к психосоматическим реакциям человека в стрессорной ситуации можно проследить пути и этапы формирования этих реакций и конкретные структуры нервной системы, задействованные в реализации реакции стресса. Прежде всего любой, в том числе и стрессорный сигнал через систему афферентных связей поступает в ЦНС, конкретно — в проекционные зоны коры больших полушарий мозга. При этом необходимо отметить, что по мере прохождения через все многочисленные цепочки афферентных путей и синапсов, через промежуточные ядра таламуса, этот сигнал на каждом очередном этапе нейрохимического преобразования, не утрачивая своей модальной специфичности, тем не менее, подвергается предварительному анализу и в конце пути, подойдя к группе нейронов коркового представительства, получает окончательную функциональную оценку как обычный или как стрессорный, что возможно при сравнительном анализе параметров сигнала с уже имеющейся в мозге информацией о сходных, ранее происходивших ситуациях.