могла же она сама обслуживать себя. Значит, отказала от места уже здесь. По какой причине? И что стало с девушкой? Впрочем, ей могли оплатить возвращение на родину. Ну, или прежняя служанка попросту сбежала — например, прельстившись каким-нибудь кавалером.
— Хорошо, — сказала Глория, — перейдём к главному. Расскажите, как вы узнали о смерти хозяйки.
Хельга опустила глаза и принялась теребить платок.
— Не волнуйтесь, — сказал я и ободряюще улыбнулся.
Чем заслужил короткий, но обжигающий, как удар бича, взгляд Глории.
— Дело было так, — начала Хельга. — Я проснулась и отправилась на кухню, чтобы приготовить Её Сиятельству утренний шоколад. В этот момент меня окликнул хозяин. Он искал жену и спросил, не видела ли я её. Я ответила, что только недавно проснулась, и тогда он, кажется, отправился искать на улицу. Мне было слышно, как он звал леди в саду. Через некоторое время в кухню вбежал наш водитель. Он был бледен, словно снег, и сказал, что егерь нашёл хозяйку за воротами, и она, кажется, мертва. Я испугалась и не знала, что делать, а потом побежала искать Его Сиятельство. Он собирал слуг, чтобы искать супругу. Тогда я сказала, чтобы он шёл за ограду…, — тут нервы горничной не выдержали, и она разрыдалась, прикрыв лицо платком, который до сих пор держала в руках.
Мы с Глорией успокоили девушку, как умели. Наконец, на мой вопрос, можем ли мы продолжать, Хельга кивнула.
— Ваши хозяева ссорились? — осведомилась Глория.
— О, нет! — покачала головой девушка. — Никогда! Жили душа в душу. Даже не повышали друг на друга голос.
— И накануне того утра, когда леди Генбах обнаружили убитой, у них не было размолвки?
— Я ничего об этом не знаю. Хозяйка не выглядела расстроенной — это всё, что я могу сказать.
Глория нервно постучала ручкой по блокноту.
— Последний вопрос. У
Его Сиятельства имеется коллекция холодного оружия: палаши, ятаганы, кинжалы, сабли, эспадроны или что-нибудь в этом роде?
— На втором этаже в библиотеке на стене есть персидский ковёр, а на нём развешано то, о чём вы говорите.
Мы с Глорией переглянулись.
— И часто вы бывали в библиотеке? — спросил я.
— Не очень. Только когда леди читала. Я приносила ей чай.
— А с тех пор, как её убили?
— Была однажды. Его Сиятельство попросил вытереть там пыль.
— А кто делал это прежде?
— Домработница.
— Я вижу, здесь большой штат прислуги, — заметила Глория. — Наверное, это стоит недёшево.
— Хозяева очень состоятельные люди, насколько я могу судить, — отозвалась горничная.
— А вы не заметили, не изменилось ли расположение оружия на ковре в последний раз, когда вы были в библиотеке? — спросил я.
— Не могу сказать, господин Блаунт. Никогда не рассматривала коллекцию. Почему бы вам не спросить об этом Его Сиятельство? Думаю, он лучше осведомлён об этом.
— Да, действительно, — согласился я. — Что ж, у меня всё. Премного благодарен.
— Не за что, господин Блаунт, — робко улыбнулась девушка. — Обращайтесь в любое время. Если у вас появятся вопросы, — добавила она после короткой паузы.
Глория что-то пробормотала себе поднос. Слов я не разобрал, но, кажется, она не детский стишок вспоминала.
— У вас есть ко мне вопросы? — обратилась к ней Хельга.
— Нет! — проскрипела Глория. — Спасибо!
Глава 54
По дороге Глория шагала, недовольно поджав губы. Потом вдруг выдала:
— Как ты это, чёрт возьми, делаешь?!
— Что именно? — прикинулся я.
— Сам знаешь! Почему женщины так на тебя реагируют?!
— Тебе виднее. Впрочем, думаю, дело в обаянии аристократии.
Глория фыркнула.
— Эка невидаль! Мало вас, что ли? На каждом шагу натыкаешься!
— Одно другому не мешает, — изрёк я веско.
Граф встретил нас в гостиной.
— Узнали, что хотели? — спросил он.
— Да, — ответила Глория. — У меня к вам небольшая просьба. Вы, оказывается, обладаете замечательной коллекцией холодного оружия. Господин Блаунт большой любитель клинков. Он хотел бы осмотреть её. Если вы не против.
Генбах усмехнулся.
— Не притворяйтесь, мисс Глостер. Вы хотите знать, нет ли среди моих палашей и шпаг орудия убийства. Не желаю умножать ваши подозрения отказом. Местная полиция, правда, осмотрела дом и наверняка заметила мою коллекцию, но если вам угодно…
С этими словами он повёл нас на второй этаж в библиотеку.
— Давно вы начали собирать оружие? — спросил я по дороге.
— Как сказать, — отозвался граф. — В течение жизни у меня накопилось его довольно много, хотя я никогда не приобретал его специально. Просто решил развесить на ковре то, что было. Так что коллекционером я себя не считаю. А вот и библиотека, — Генбах распахнул дверь, и мы очутились в просторной комнате, две стены которой занимали стеллажами с книгами, среди которых попадались, судя по корешкам и названиям, довольно древние издания. Перед большим окном стояли широкий письменный стол и три глубоких кресла с высокими подлокотниками. Напротив располагалась богатая и разнообразная коллекция оружия.
— Прошу! — граф указал на ковёр широким жестом. — Изучайте, что хотите.
Сам он уселся в кресло и, сложив ладони вместе, приготовился наблюдать за нами.
Мы внимательно осмотрели все «экспонаты», большая часть которых представляла собой всевозможные кинжалы и стилеты. Длинных клинков оказалось немного. Судя по всему, всё висело на своих местах. Во всяком случае, лишних дырок от гвоздей в ковре не обнаружилось.
— Наверное, вы не удовлетворитесь беглым осмотром и захотите взять что-нибудь на экспертизу? — насмешливо предположил граф. — Не стесняйтесь.
— Если позволите, я бы прихватила с собой эти три палаша, — сказала Глория, указав на заинтересовавшие её экспонаты.
— А вы не думаете, что, будь я убийцей, то позаботился бы о том, чтобы отмыть орудия преступления? — спросил Генбах.
— Безусловно, Ваше Сиятельство. Но кровь смыть очень трудно, почти всегда остаётся хоть немного. Кроме того, она может затекать в щели — например, между клинком и рукоятью. Современная экспертиза способна обнаружить даже микроскопические частицы.
— Вы что же, намереваетесь разобрать эти палаши? — нахмурился граф.
— Едва ли в этом возникнет необходимость. Прежде всего, нужно убедиться, что форма лезвий не совпадает с раной на теле.
— Может, я снял орудие преступления и спрятал? — не сдавался Генбах.
— Не думаю, Ваше Сиятельство. Видите ли, вы — мужчина и поэтому наверняка уверены, что все в доме отлично знают содержание вашей коллекции. Не правда ли?
Граф недоумевающе нахмурился.
— Ну,
