входила в свои права и хоть немного, но местами солнце уже подсушило направления. Не называть же дорогами ту местность, по которой предстояло передвигаться. Вообще, погода радовала, даже не мог себе представить, почему именно эти годы стали для Руси голодными.
В той истории, которой уже не суждено свершиться, голод стал одной из причин проигрыша в противостоянии с монголами. Ведь кто такие воины? Бездельники и нахлебники для крестьянина. Если же крестьянину удается прокормить не только себя, но и еще одного человека, который исключен из производственного процесса, то и появился воин. И чем больше экономика может прокормить людей, чья задача тренировки и постоянное совершенствование воинского мастерства, без отрыва на экономику, тем больше и профессиональнее войско. У нас получается создавать большие, по меркам Европы и Руси, армии во многом благодаря тому, что выстроена феноменальная для этого времени экономика. Большие урожаи и диверсификация сельскохозяйственных культур, прежде всего картофеля и иных овощей, способствуют и развитию ремесла. Ведь ремесленник не должен пахать землю, но кушать хочет не меньше, а то и больше крестьянина. Так что экономика – соль всего.
Вот благодаря урожаям, получилось в том числе и планировать не одну атаку по степнякам, а несколько. Наши удары наносились по трем направлениям. Первым вектором атаки стал спаленный Булгар, куда выдвигался Ярослав с пятнадцатью тысячами конных. Филипп должен был с двадцатью тысячами идти на Биляр с южного направления, делая крюк по земле буртасов. Была еще одна задача у главнокомандующего этим войском, по совместительству моего друга, – отрезать буртасов от монгольских коммуникаций. Этот народ колеблется поддерживать ли степняков, но уже помогает тем продовольствием и организацией логистических цепей поставок и оружия и подкреплений. Вот их и следует разрушить, как и привести к покорности буртасов, иначе появлялась бы вероятность, что Джучи, располагающийся со своими потрепанными силами на юго-западной границе территории расселения буртасов, быстрее это сделает, приведет к покорности полу степной народ, но к своей, а не нашей. Нужно же было думать о том, чтобы всю Волгу ставить под контроль, иначе торговля, пусть и вероятная и не в ближайшей перспективе, будет осложнена.
Ну и последним направлением атаки будет поход к Биляру через земли марийцев на севере Булгарии. Эта миссия возлагается на Алексея, как командующего нашим войском, его заместителя Лавра, ну и на меня, скорее начальника штаба, ну или просто церемониального генерала. Все же был воеводой. Можно считать некой трусостью факт, что я отрекаюсь от командования большими подразделениями, несмотря на то, что уже немало понимаю в реалиях боя, да и знаю, пусть и теоритически вероятные стратегии вероятного будущего. Да и сам отслужил некогда в славной советской армии. Но пусть трусость и присутствует, нельзя отрицать и обманываться. Но это страх перед ответственностью за людей. Я же уже сделал многое, что все получилось, зачем лезть во все дела? А Алексею нужно расти в ратном деле, еще много впереди сражений.
Всего войско Ярослава к весне составило шестьдесят тысяч ратных без учета обозников. Нужно было быстро решать вопрос с монголами, а то на Руси образовывается серьезная проблема с рабочей силой в период посевной. Если бы были те же урожаи, да с учетом распространения семенного материала по всей Северо-Восточной Руси, то беспокоится нечего, но погода показала себя во всей красе. Так, через две недели, после начала похода, солнышко ненавязчиво грело не только землю, но и согревала двигающихся на Юго-Восток мужчин, начался жуткий холод, потом два дня аномальной жары и вновь метель. Ливни сменялись ледяными дождями, потом вновь теплая погода. В такой ситуации очень сложно, если вообще возможно, понять, когда начинать посевную, чтобы хоть часть семян не сгнили или промёрзли. Поэтому появляется проблема, которую еще предстоит решать, но позже. Сначала - монголы.
Между тем, в планировании операций мало кто учитывал результаты деятельности Ипатия, который командовал полутора тысячами отличных воинов и лихих ушкуйников, наконец, действовавших в своей стихии – на реке. Я знал, что друг-попаданец забрал, кроме двух, которые сейчас у меня, все остававшиеся боевые гранаты, пять светошумовых, пистолет у него же, пятнадцать многозарядных арбалетов еще выделки XXI века. При этом Ипатию шли на апробацию и последующее использование все новейшие образцы вооружения. Так все воины личной сотни Ипатия и все командиры иных отрядов были одеты в бахтерцы. Прибавить корабельную артиллерию и доработанные «танки» - телеги с маленькими пушками и получится сила, с которой Угедею придется считаться и распылять свои силы.
Так что на Ипатия и его орлов сильная надежда.
***
Ярослав быстрым переходом смог неожиданно для монголов подойти к Булгару, на пепелище которого все еще кружили, словно стервятники, монгольские воины, повышая квалификацию мародеров. Разгромив жидкий заслон из нескольких тысяч монгольского войска, великий князь начал зачистку окрестностей.
Большего труда составило добиться поставленных целей Филиппу. Просчет в направлении его ударов мог принести поражение всей военной компании. Дело в том, что Филипп, во многом из-за не своевременных разведданных, оказался в окружении. Буртасы, настроенные агрессивно на пришельцев с далекого севера, оказались с одной стороны, с юга Филиппа подпирало войско западного улуса Джучи, с севера же были в приближении части войска Талая – младшего брата гнезда Чингисхана, ну а на востоке башкиры. Последние, пусть и не тщательно, закрывали направление, но могли доставить немало проблем для русичей, да и Филиппу нечего было делать на Востоке.
Ситуацию получилось разрешить дисциплиной, выучкой, решительностью Филиппа, который накрутив всем своим командирам хвосты, оперативно реагировал на все вызовы и трудности. Как ни странно, но ратники русичей не уступали в маневренности степнякам, а по организованности превосходили их. И это даже в сравнении с непосредственно монгольскими частями.
Имеющуюся у себя артиллерию из семи орудий, Филипп использовал по максимуму. Два сражения были выиграны именно благодаря орудийным выстрелам. Буртасы были рассеяны, когда потеряли от одного залпа больше ста своих воинов, а многие лошади растерялись или даже понесли своих наездников. Ну а пограничные стычки с войсками Джучи показали, что в войске хана западного улуса просто боятся пушки, на фанатичном, помешанном на религии, уровне. Стоило выкатить их на видное место, и за это направление можно было забыть, и монголы и хрезмийцы не шли в атаку. Творимый гром с чем-то похожим на молнии вселяли страх в сердца бесстрашных в схватке воинов. К слову, и без артиллерии столкновения с войсками Джучи не отличались особой ожесточенностью, хан явно не собирался воевать всерьез, но и демонстрировал свое явное присутствие и интерес в
