Попыталась себя на месте Умино представить. Не особо получилось. Нет и не было у меня родителей. Мысленно заменила потенциальную маму на тех, кто у меня сейчас имеется. На самого Фумито, на Миуру. Да у меня бы ублюдки так быстро и гуманно не отъехали бы. Я бы им все ступени пыточной техники показала бы. Провела бы через врата боли и долину страданий. Так что да, братишка у меня почти святой. Ну или со мной что-то серьезно не так. Интересно, есть ли в Конохе психоаналитик для шиноби, который помогает им решать проблемы с головой? Подозреваю, что нет, раз там дело дошло до суицида Белого Клыка Хатаке Сакумо.
Чимамире оказался очень большим судном. Раза в три длиннее шхуны, такой, как Шохеймару. Пузатый корпус с низкой осадкой, намекающий на ну очень вместительный трюм. Мачты всего три, но в свободных промежутках между ними торчат еще и трубы, намекающие на наличие парового двигателя. Гребных колес, правда, нет, но кормовой винт не такое сложное изобретение. Цивилизация, осилившая электричество и кинопленку, способна и на него. Название Покрытого Кровью обыгрывается цветом парусов - они красные, прямо-таки алые, багряные. Как волосы у Узумаки.
Причала, подходящего для настолько крупной и глубоко сидящей в воде посудины, в Северном Порту не нашлось, и потому стоянка у Покрытого Кровью в глубокой части бухты, попросту на якоре. Все сообщение с берегом - посредством шлюпок.
Экипаж - не меньше пятидесяти человек, все физически крепкие мужчины, многие вооружены короткими морскими кортиками. Как увидела их, так захотела такой к себе в коллекцию колюще-режущих штук. Протекторов ни у кого не заметно, ни Такигакуре, ни Югакуре. Но недооценивать простых людей я бы не стала. Уже тот факт, что морячки при оружии, о многом говорит. Вооруженный чем-то серьезным гражданский тут отчасти нонсенс. Даже легавым всего-то дубинки выдают, а не что-то летальное.
План как убить их всех, да еще и довольно мучительно, впрочем, у меня созрел практически сразу. Подобраться поближе к корпусу корабля. Распечатать танто. И в дело вступает невидимая смерть, проклятие Узушио, длань Шинигами. Поражающий фактор губительного излучения, в общем. Сидеть рядом с судном, направляя сквозь обшивку невидимые лучи, правда, придется долго. Может быть, несколько дней.
Смущает, главным образом, тот факт, что нейтронное излучение нифига не избирательно. Кровью гадить будут все. От последнего юнги, до главного сектанта, которого Ооноки-сама живым заказывал. Но “живым” не значит “здоровым”. Умирающий от лучевой болезни мудила также подойдет. На случай, если в Ивагакуре вдруг умеют такое лечить, я по пути в Страну Земли прожарю ублюдка дополнительно. До такой степени, чтобы он к окончанию маршрута уже на последнем издыхании был. Ну а помрет - и плевать. Цучикаге сказал “желательно живым”. То есть сам понимал, что никаких гарантий я дать не могу.
- Но вдруг там на корабле моя мама? И другие пленники. Да, я понимаю, что наивные вещи говорю, но так просто не могу из головы вероятность выкинуть, - сказал братишка, когда я поделилась с ним своими намерениями.
- Я аккуратно, бро. В первую очередь буду по палубе работать. Где смогу, звуковым зрением проверю, на кого нацелилась. Уж женщину или ребенка от мужиков, которые там за матросов, отличить смогу.
Так и поступила. С наступлением темноты, буквально сразу после заката, добежала по воде до корабля с алыми парусами и кровавым названием. Источников света на борту самый минимум. Но наблюдателей на палубе срисовала. Пристроилась в районе кормы под надстройкой, распечатала танто и чуть не хлопнула себя по лбу от досады. Забыла про то, как клинок светится. Не то чтобы ярко, но заметно. Поспешно замотала лезвие собственной рубашкой, которую стянула через голову. Ну не дура ли? Могла ведь и заранее продумать. Главное, чтобы пацаны, которые остались наблюдателями со стороны берега, мое световое шоу за сигнал не приняли и не учудили ничего. Обошлось.
Иванинам я про детали своего плана рассказывать не стала. Нечего им знать об особенностях, вероятно, самой смертоносной из моих техник. Уверена, часть их миссии не в том, чтобы мне помогать, а в наблюдении за мной. Вот захотелось Ооноки-саме с какого-то перепуга разобраться в моих способностях, для того и замутил миссию с поимкой главного мудилы. Не нужно им понимать, что для ее использования мне нужен источник радиации. Для них я просто призываю длань Шинигами и позволяю невидимой смерти собрать свою жатву. Парниши аж побледнели, когда узнали о такой моей возможности. Такими темпами они за попытку бойкота передо мной извиняться начнут и в реинкарнацию Мито поверят.
Так и пошла кропотливая тщательная работа по уничтожению джашинитской заразы. Я медленно обходила плавучую базу сектантов по периметру, проверяла эхолокацией, что под прицелом одни лишь мужики и жгла, жгла, жгла, оставаясь при этом незаметной, как и положено ниндзя. Намного более интенсивная работа, чем на руднике, где на каждую смену вертухаев меньше часа в день удавалось потратить. Ни женщин, ни детей я не обнаружила и потому облучала ублюдков с чистой совестью.
Под утро вернулась на берег. Сегодня всем на корабле должно нефигово так поплохеть. Кроме, вероятно, шиноби. Организм энергетиков ведь намного крепче, чем у обыкновенных цивилов, потому и в рабы самурайским подонкам требовались не первые попавшиеся доходяги, а именно шиноби.
Через несколько часов “Покрытый кровью”, вероятно, и правда покрылся частично кровью, от многочисленных анальных кровотечений. Я через воздушную линзу наблюдала с берега, как вяло шевелящиеся морячки снарядили шлюпку, и, еле-еле работая веслами, направились к берегу. Джики, отлично читающий по губам, которого я позвала присоединиться, передал суть их разговоров с обитателями порта.
- Они считают, что на корабле эпидемия. Высаживаться на берег им запрещают. Требуют вернуться на корабль и объявляют карантин. Говорят, что это холера. Обещают прислать лекарства. Как ирьенин, я поддерживаю решение не позволять больным свободно контактировать со здоровыми. Мне хотелось бы изучить пациентов, Оками-сан. Насколько это возможно?
- Изучишь на корабле. Сегодня ночью мы начнем его штурмовать. Можно было бы еще раз их обработать, но как бы местные их попросту вместе с кораблем не спалили, обгадившись от страха.
К вечеру на Чимамире не нашлось кого-то достаточно здорового, чтобы зажечь сигнальные фонари. Тела как минимум двоих мужчин в течение дня экипаж сбросил за борт. Не иначе как в отместку местным, чтобы распространить заразу. Другие корабли от источника заразы за день отошли подальше, чуть ли не сгрудившись на противоположной стороне бухты. Лекарства болезным на борт все-таки передали. Забросили издалека. Без шансов, что те как-то помогут, конечно. Ну, то есть, если бы это и правда была холера, то есть кишечная бактериальная инфекция по своей сути, то какие-нибудь антибиотики широко спектра вполне помогли бы. Но против “невидимой смерти” - ни единого шанса.
Нашим командам оставалось только лишь подняться на борт, добить команду и забрать великого лидера, главного пророка или как его там. Я на всякий случай надела свою новую броньку, которая валялась в рюкзаке у Миуры. Братишку также заставила облачиться в доспехи. Шиноби Камня на нас смотрели с неодобрением, как на дураков. А мне на их мнение положить. Еще одна дырка в животе будет лишней. Очень велики шансы на то, что главный джашинит окажется не просто шиноби, а кем-то сильным, способным порвать детишек на лоскутки. Я себя не переоцениваю, с нормальным джонином мне в прямом противостоянии не тягаться. Есть, конечно, еще и мой вассал, он так-то очень многим шиноби верхнего звания фору даст, но и он не вездесущ.
На борту нас ждали трупы. Десятки трупов, лежащие на палубе как попало. Их как будто притащили сюда и бросили. Состояние тел неожиданное - высушенные мумии. Нет, обезвоживание - один из ожидаемых симптомов. Но не настолько же! Несчастные ублюдки как будто не денек на палубе повалялись, а десяток лет в жарких песках Страны Ветра. Мы прекрасно могли видеть все детали в свете как раз взошедшей полной луны.
