Читаем без скачивания Космический рейдер «Нибелунг» - Сергей Фомичев

— Скорость девятьсот сорок девять, восемьсот.

— Секция связи! Убрать антенны.

Последние антенны ушли внутрь корпуса и корабль оглох. Если бы на планете решили его остановить или о чем-то предупредить, то депеша не достигла бы адресата. Впрочем сейчас они находились слишком далеко, так что не приняли бы сигнал в любом случае.

— Секция ПРО. Убрать спонсоны.

Выступы с пушками, лазерами, электромагнитными генераторами втянулись внутрь корпуса, а их место заняли панели контура гиперполя.

Теперь корабль остался без метеоритной защиты и ПРО. И лучше бы ему было побыстрее убраться в гипер, пока случайный камушек не испортил идеальную поверхность контура.

— Скорость девятьсот пятьдесят ровно.

Огоньки на экране сменялись на зеленый один за одним. Оставались реакторы.

— Заглушить энергетический реактор.

— Заглушить ходовые реакторы.

— Внимание всем, приготовиться к невесомости.

Ускорение прекратилось. Плазма иссякла. На погасшие дюзы надвинулись панели контура. Теперь оставалось сбросить остатки тепла, чтобы не тащить с собой лишние градусы. На это ушло еще минут десять. В экстренных случаях теплоноситель просто сбрасывался за борт, но если имелась возможность его охлаждали.

— Скорость по счислению девятьсот восемьдесят, двести.

Убрав все внешние приборы, они не могли проверять ход по приводным маякам или светилам. Впрочем, инерционная система справлялась с задачей неплохо.

— Температура в норме, — доложили из реакторного зала.

— Убрать радиаторы.

— Убраны.

— Замкнуть контур! Провести проверку.

— Целостность подтверждена. Контур замкнут. Заряд накопителей в норме.

— Активировать программу перехода. Обратный отсчет до прыжка.

Теперь компьютер усвоил последние данные и выставил таймер, механический голос начал отсчет.

— Пятнадцать секунд… десять… пять…

Вычислитель разрядил конденсаторы на контур. Моргнуло освещение.

— Мы в гипере, сэр, — сообщил навигатор Райт.

Проекция таймера на стене начала обратный отсчет.

10 суток, 11 часов, 04 минуты.

— Перейти на маршевый график вахт.

— Второй и третий вахтам отбой.

Глава двадцать шестая. В гиперпространстве

Жизнь на корабле затихла. На первый взгляд. Команда получила информацию о предстоящем рейде и теперь матросы шептались по углам, оценивая шансы на успех. Значительная часть нижних чинов оказалась недовольна, что их «поимели». Обещали короткий испытательный полет, а отправились на войну. С другой стороны, экипажу предстояло лишь наблюдать за операцией с орбиты, а основная работа возлагалась на морскую пехоту.

Морпехи не роптали, они готовились. Пилоты штурмовых и десантных ботов изучали ландшафт Майрхофена, отрабатывали на симуляторах различные варианты высадки. Взвод Венцеля (теперь уже зная точную цель) занялся изучением схем Ледяного Замка и окрестностей. План операции, однако, ещё разрабатывался. Исбреен просиживал над картами, базами данных, запускал симуляции и вносил коррективы. Он часто обращался к леди Далии за советами и тогда они запирались в каюте и ломали голову над планом резиденции королей. Впрочем, возможно занимались чем-то ещё, во всяком случае рядовые и матросы на этот счет отпускали множество шуток, а герцогиня, несмотря на возраст, и правда выглядела роскошно.

Новобранцы продолжили базовое обучение, без привязки к текущей операции. Ивор застал один из уроков сержанта Колмана, когда проводил инспекцию.

— Сегодня мы поговорим о средствах доставки, высадки и огневой поддержки… — говорил сержант, медленно пролетая вдоль строя.

Впрочем строем это можно было назвать с большой натяжкой. Неопытный народ в условиях невесомости разлетался по всему ангару, что вызывало смешки товарищей и гнев наставника. Через некоторое время рота напоминала колонию летучих мышей в пещере. Они тут и там висели гроздьями, держась за что смогли уцепиться, а сержант плавал между ними, благо имел усиливающую голос гарнитуру.

Ивор в который раз подумал, что вынужден командовать людьми, абсолютно неподготовленными к войне. Первый бой он принял с неполной командой, состоящей наполовину из новичков, а теперь отправился в рейд имея в роте морской пехоты лишь один неполный взвод довоенного набора. Неполный, потому что его хорошо общипали ещё до войны, а затем он понес потери, сражаясь у объекта «Версаль».

Но одними ветеранами им не обойтись, не сейчас, так в будущем. Поэтому обучение новобранцев продолжалось по восемнадцать часов каждые стандартные сутки.

— При спокойной обстановке, то есть когда мы сталкиваемся только с ружейным огнем противника, в качестве средства высадки мы используем транспортно-десантный бот типа «Чанга», — продолжил между тем Колман. — На борту «Нибелунга» их четыре. По одному на каждый линейный взвод. В случае сильного противодействия ПВО или ПКО мы используем двухместные капсулы баллистического спуска БК-100.

— Она не сестра арсенальному контейнеру АК-100? — спросил кто-то из висящих вниз головой новобранцев.

— Если вы перепутаете и пристроите зад не на то место, то на поверхность прибудете в виде стейка "«well done». И даже если не перепутаете, то лучше пропустить обед перед посадкой в БК-100. Капсулы имеют все средства проникновения — совершают с большой перегрузкой противозенитный манёвр, отстреливают ложные цели, выпускают маскировочные аэрозоли и старые добрые дипольные отражатели. Согласно моделированию, в зависимости от плотности обороны, поверхности достигает от ста до тридцати процентов капсул. С уровнем потерь более семидесяти процентов операции проводить не рекомендуется. Что до возвращения, то от вас самих будет зависеть, чтобы «Чанга» смогли пробиться через ПВО. Звено ударных машин типа «Ачех» и беспилотники способны оказать только ограниченную поддержку.

При поддержке флотских миссий вы будете перемещаться на их «Маламутах», — сержант криво усмехнулся. — Обычно флотские миссии не связаны с противодействием противника. Но вы все должны помнить, что случилось недавно.

— А «Скифы»?

— «Скиф», рекрут, это личный шаттл капитана. И только он один может на нем летать. А если ему понадобится сопровождение морской пехоты, новобранцы будут последними, о ком он подумает. Но вернемся к «Маламутам». Их используют во врем миссий в открытом космосе, таких как досмотр подозрительного судна, высадка на тела, лишенные атмосферы, и, гипотетически, абордаж…

* * *

Если у морской пехоты не находилось свободной минуты, то для команды корабля в гипере почти никакой работы не оставалось. Мало того, любая работа вредно сказывалась на тепловой обстановке. Уровень боеготовности понизили до минимума. На вахте оставалось несколько человек на тот случай если корабль из-за какой-нибудь поломки вывалится из гипера. И даже тогда опасность столкнуться с чем-то или кем-то посреди космоса оставалась исчезающе малой. Ходовой вахте следовало доложить обо всем капитану, сделать замеры забортного излучения и приступить к выяснению причин неисправности.

Во время нахождения в гипере разрешалось использовать только оборудование с низким потреблением энергии. Не работала кухня, не работали стиральные машины, только по особому распоряжению капитана включали мощные симуляторы. Горячую воду в душевые подавали по мере нагревания её теплоносителем. То есть дня через три она становилась достаточно теплой. Большую часть времени люди находились в кубриках.

Ивор нашел Маскариля за работой в каморке, которую отвели королевскому представителю, после того, как в его прежнюю каюту вселилась её высочество Далия.

Услышав капитана, тот отстранился от портативного вычислителя и помассировал глазные яблоки.

Ивор протянул ему пластиковую бутылочку-миньон с малиновым бренди. И оставил другую такую же в своей руке. Для употребления в невесомости производитель предусмотрительно снабдил бутылочки поилками.

— Фрамбуаз, — сказал Маскариль. — То, что доктор прописал!

— Как успехи?

— Никак. Я пытаюсь найти того, кто передал противнику информацию о местонахождении принца и не могу найти ни одной зацепки, — шут усмехнулся. — Это ведь единственное задание, что я получил от вас.

— Это была просьба.

— Это было поручение. И я с ним не справился. Ищу мотив — не нахожу. Ищу возможности — не нахожу тоже. Мне нужно отвлечься.

— Мы ещё две недели пробудем в гипере, у вас будет много времени.

Маскариль сменил положение и повис ногами вверх к условному потолку.

— Кстати о гипере. Я много раз летал на другие планеты, но до сих пор не понимаю, как все это работает. Тут у меня явные пробелы в образовании. Из физики я помню термодинамику и механику, ещё оптику… а из астрономии только самые основы.

— Даже если бы вы имели дипломы и степени по космогонии и астрофизике, то и тогда не знали бы больше, — улыбнулся Ивор.

— Вот как?

— Это как с паровой машиной. Долгое время её использовали, не зная толком ни термодинамики, ни теплотехники, ни сопротивления материалов. Все постигалось