С тех пор прошли пара лет, и все участники той беседы давно забыли о мрачных предсказаниях астролога. А зря. Поздним вечером 6 октября 1991 года Панкратов возвращался в ялтинскую гостиницу со съемочной площадки фильма «Официант с золотым подносом». Он сидел на заднем сиденье автомобиля «БМВ» и мирно дремал. Когда до гостиницы оставалось ровно половина пути, «БМВ» внезапно подрезали неизвестно откуда вынырнувшие «Жигули», и иномарка на полной скорости врезалась сначала в легковушку, затем в бордюр и, наконец, в росший на тротуаре кипарис. В результате этой аварии Панкратов получил тяжелые травмы: ему пробило голову, были сломаны 9 ребер. В тот же день его доставили в местную больницу. А утром следующего дня, включив телевизор, он узнал, что накануне вечером во Дворце спорта «Юбилейный» в Санкт-Петербурге был смертельно ранен выстрелом в упор Игорь Тальков. Предсказание Глобы сбылось, правда, наполовину. Позднее другая известная предсказательница — Джуна объяснит Панкратову, что от неминуемой гибели его спасло сильное биополе, которого у Талькова, видимо, не было.
Как же погиб Игорь Тальков?
То, что в его гибели была замешана большая политика, было понятно практически сразу. К моменту своей гибели Тальков превратился в настоящего певца-бунтаря, не выбирающего выражений. Причем в схватке между двумя Козами — Генеральным секретарем ЦК КПСС Михаилом Горбачевым (1931) и президентом Российской Федерации Борисом Ельциным (1931), Обезьяна-Тальков выбрал последнего. Как написано в гороскопе: «Коза нравится Обезьяне, она ее развлекает. У них может получиться неплохой союз, особенно если Обезьяна будет главой, а Коза в подчинении». Однако в силу сложившихся обстоятельств главой в этом тандеме суждено было стать Козе-Ельцину, поскольку тот был президентом России. Однако роль рядового подчиненного Талькова не устраивала, и он решил выступить в роли козлиного идеолога. В сентябре 1991 года он пишет песню-обращение к Ельцину с характерным названием «Господин президент», где учит того политическому уму-разуму:
Господин президент, назревает инцидент:
Мы устали от вранья, в небе — тучи воронья.
Хватит!
Господин президент, почему Ваш оппонент —
Преступник Горбачев — от Вас по левое плечо на съезде?!
Хватит!..
…Мы хотим Вас попросить поскорее заменить
На отечественный герб ненавистный людям серп и молот.
Верит в Вас, как в Бога,
Изможденная страна,
Коммунизмом пораженная,
Очнувшаяся ото сна…
В этих строчках сквозила наивная надежда певца на «доброго царя». Хотя совсем недавно он сам же пел:
Перестроились, паскуды,
Во мгновенье ока,
И пока они у трона —
Грош цена всем нам!
Впрочем, в Ельцина тогда поверили миллионы советских людей (автор этих строк тоже был в их числе), так что Тальков в этом плане был далеко не одинок. Другое дело, что он с этой своей верой полез в гущу политической свары между Горбачевым и Ельциным и должен был отдавать себе отчет, что этот поступок чреват для него самыми серьезными последствиями. Ведь популярность Талькова среди молодежи была большой и все его поэтические декламации принимались на веру его поклонниками безоговорочно. По сути Тальков в тот момент занял место Владимира Высоцкого, но с одним значительным отличием — если знаменитый бард был любим в разных слоях общества (начиная от интеллигентов и заканчивая рабочими), то аудиторией Талькова была молодежь (не зря его называли «певцом пэтэушного розлива»). Однако даже эта узкая направленность творчества певца вызывала беспокойство у его оппонентов — ведь молодежь была двигателем перестройки. Поэтому, видимо, и было принято решение «заткнуть рот» певцу навсегда. Тем более что его радикализм набирал обороты. После того как он передал свою песню-обращение «Господин президент» лично Ельцину (через его личного врача) и получил его одобрение, Тальков собирался в октябре «обкатать» ее на концертах в Ленинграде, а в ноябре и в Москве. Об этих планах певца тут же стало известно горбачевцам, которые имели своих информаторов в тальковском окружении.
Поздно ночью 3 октября (за три дня до концерта в ленинградском «Юбилейном») домой Талькову позвонил некто неизвестный и посоветовал ему «снизить обороты» своей политической активности. Тальков ответил резко: «Вы мне угрожаете? Вы что, хотите войны? Вы ее получите!». Тем самым певец подписал себе смертный приговор. Бросать вызов государственной машине всегда чревато для смельчаков самыми непредсказуемыми последствиями.
Как гласят результаты официального расследования, поводом к разыгравшейся 6 октября 1991 года в «Юбилейном» трагедии стала очередность выступления артистов. По установившейся с недавних пор на российской эстраде традиции, мегазвезды предпочитали выступать последними, пропуская впереди себя менее раскрученных коллег. И когда Тальков узнал, что молодую певицу Азизу собираются выпустить после него, он воспринял это как оскорбление. И бросился выяснять отношения с администратором певицы Игорем Малаховым. Их спор перерос в драку, причем началась она в гримерке артиста, но потом выплеснулась в коридор. Дрались оба Игоря отчаянно, однако сама драка ничего страшного в себе не несла — противники рисковали расквасить друг другу физиономии и не более того. Однако поскольку на дворе стояло начало 90-х, а это было время разнузданного криминала даже в отечественной эстраде, то и Тальков, и Малахов бились не голыми руками, а будучи вооружены: у певца был газовый пистолет, у Малахова — револьвер системы «наган». Именно последнему и суждено было сыграть роковую роль.
Когда к дерущимся бросились люди, стоявшие поблизости, ситуация только усугубилась. Тальков находился под Малаховым, но, вцепившись в него мертвой хваткой, не собирался его отпускать. Подоспевшие к месту драки люди попытались помочь Талькову, обрушив на Малахова лавину ударов. Именно в этот момент Малахов и выпустил револьвер из рук. Прошло еще несколько секунд, и оружие «заговорило»: кто-то из дерущихся нажал на курок, и пуля пробила левую руку… Игоря Талькова и вошла в сердце, повредив легкое.
Истекающего кровью певца занесли в гримерную. Вызвали «Скорую помощь». А пока она ехала, стали делать певцу искусственное дыхание, что категорически запрещено — при огнестрельном ранении оно не делается. В результате из сердца раненого выкачали последнюю кровь. Когда наконец приехала «Скорая», врачу лишь пришлось констатировать биологическую смерть Талькова и заявить, что никакая помощь певцу уже не поможет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
