Адель кубарем скатилась по лесенке и, приземлившись, чудом не составила компанию Змее. Что же делать? Сверху ломится проклятый хозяин Черной реки, за дверью жаждет пообщаться Ворон. И ведь надолго металлические заслонки с ее жалкими заклинаниями их не задержат. Ни оружия, ни нормальной магии, ни места, чтобы спрятаться… Хоть бери и прогрызай зубами еще один выход! Девушка поднялась на ноги и растерянно огляделась. А что, если?..
Фея со смешанным чувством изучала мертвую конкурентку. Жалости к ней она не испытывала, страха тоже. К трупам девушка с детства относилась спокойно – привычка сказывалась. Сейчас Адель больше заботили совсем другие вопросы. Итак, место есть, объект есть, знаний хоть отбавляй, опыт (крохотный, но свежий) тоже присутствует… Времени, правда, маловато, и мела для нанесения пентаграммы нет, но это сущие мелочи по сравнению с методично содрогающейся дверью и люком, вторящим ей. Решив действовать по старинке, девушка попыталась очистить от тончайшего налета часть собственной ладони. Но магическая пыльца не желала стираться. Попытки проколоть или прокусить позолоченный палец ни к чему не привели. Хотя этого и следовало ожидать после кучки клыков, оставленной «собачками» в неравной борьбе с драконьей защитой. Сцепив зубы, Кошка принялась торопливо расцарапывать холодное запястье. Начинающая густеть кровь бездыханной Змеи еще вполне годилась для использования в качестве краски.
Из-за железной двери слышалось тихое бормотание и отдаленный грохот. Дин не торопился: раз Кошка не ушла сразу, значит, другого выхода просто нет. Еще чуть-чуть, и ее заклинания, мешающие открыть дверь, развеются сами по себе. Так зачем же тратить на это силы? Хотя немного сил… самую малость… можно и пожертвовать на благо их скорой встречи.
Ну, вот и все! Хищно усмехнувшись, некромант толкнул дверь, та нехотя поддалась, образовав щель. Из нее высунулась бледная рука и, красиво мазнув когтями по воздуху, ловко схватила мужчину за горло. От неожиданности магистр отступил на шаг, протащив за собой тело, которое с трудом протиснулось в узкий проем.
«Змея? Совсем из ума выжила?!» – опешил Дин, пытаясь отцепить пальцы от своей шеи.
Но женщина вцепилась на совесть и не желала расставаться с добычей. В приступе раздражения некромант рубанул воздушной петлей по конечности. Но ледяные пальцы осиротевшей руки по-прежнему продолжали душить жертву. Багровые пятна расползались по светлым одеждам магистра, а проклятая волшебница, ничуть не смущаясь потери, уже заносила для удара вторую руку. Она не испытывала боли, ее остекленевшие глаза смотрели сквозь Дина, а растопыренные пальцы тянулись к нему, невзирая на опасность. Но главным было не это. Вокруг шептуньи витал сладковатый аромат смерти. Такой знакомый для некроманта. И… такой непривычный одновременно.
Раскромсав на мелкие части четыре ее конечности, маг так и застыл, глядя округлившимися от изумления глазами то на руну подчинения, аккуратно выведенную под подбородком упавшей на пол Змеи, то на хищно извивающиеся плети ядовитого плюща, растущие из ее окровавленных обрубков.
– Э-э-э… что? – Бровь мужчины под маской Ворона недоверчиво изогнулась. Проследив за стремительным распусканием белых ромашек в ушах обездвиженной покойницы, Дин хмыкнул и, подняв голову, начал искать взглядом Кошку.
Серому повезло: скрижаль он нашел за первым же поворотом после того, как остался один. Зато теперь Волк никак не мог найти своих девочек. Интересно, эта внезапно проснувшаяся ответственность вкупе с заботливостью – следствие профессиональной привычки или все же искренней симпатии?
Очередной виток привел мужчину в зал, где также не обнаружилось ни Кошки, ни Рыжика, зато там сидел на корточках Ягуар и что-то сосредоточенно ковырял в гладком полу, периодически дополняя свои действия вспышками темной магии.
– Кисонька, не зли котика – открывай! – От приторно-слащавых интонаций Серого передернуло.
«Кисонька, значит?» Мужчина кашлянул, привлекая к себе внимание.
Конкурент резко повернул голову и уставился на дверной проем, в котором стоял полуголый Волк с черной раскраской на теле. С укоризненной миной на полосатой морде он смотрел на соперника и, демон его раздери, небрежно покачивал зажатой в руке скрижалью.
«Это уже вторая! – мелькнуло в голове воодушевившегося Ягуара. – Что ж, Кошка подождет!» – решил он, плавно поднимаясь на ноги. Затянутые перчатками ладони его осветились алым пламенем готового к атаке заклинания.
– Давно не виделись… Волчонок, – «приветливо» улыбнулся магистр и двинулся к Серому, тот пожал в ответ плечами и зажег в свободной руке не менее яркий, а может, и более разрушительный магический огонь.
Жозефина совсем умаялась, разыскивая непутевую Кошку и нахального Волка. Да и голова ощутимо побаливала с перепоя, невзирая на стандартный набор исцеляющих заклинаний. Как бы не вырвало. Ведьма сглотнула и поморщилась, сжав пальцами виски.
«Где же эти демоновы союзнички? – с раздражением подумала она. – Или, может, ну их всех в болото? Скрижаль у меня есть – значит, вопрос с прохождением второго уровня решен. Вдруг эти двое еще отнимать ее полезут? Доверять нельзя никому!»
Впрочем, в силах своих, несмотря на похмельный синдром, девушка была уверена. И в том, что с вожделенным артефактом она не расстанется ни при каких условиях, тоже. Но портить шкурки своим новым знакомым Лисе как-то не хотелось. Да и не станет Кошка так опускаться, она же честная до глупости и правильная до тошноты. Последняя мысль отдалась неприятным спазмом в желудке, отчего Жозефина болезненно скривилась и едва слышно выругалась. Сразу захотелось кому-нибудь начистить морду. И вариант подраться с Волком за ее собственную скрижаль уже не казался ей неприемлемым. Пусть только попробует посягнуть на ее добычу! Она с удовольствием надерет ему уши! Или оторвет их… или…
Теша себя кровожадными мечтами, Лисица нырнула в очередной люк, спустилась по вертикальной лестнице, прошла по коридору и, принюхавшись к запаху гари, осторожно заглянула в просторное помещение за одной из дверей. Стены оплавлены, в полу вмятины, зал затянут дымом…
Здесь что – масштабные военные действия проходили? Без нее?! Вот невезуха!
Рыжая прищурилась, силясь разглядеть сквозь пепельную завесу хоть кого-нибудь живого. А когда наконец разглядела, то мгновенно забыла о всех своих планах, зато вспомнила о дружбе и солидарности.
– Наших бьют! – кинувшись вперед, завопила она и, не найдя ничего более подходящего, запустила скрижалью в Ягуара, склонившегося над поверженным Волком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
