Алекс сглотнул. В прошлом они с Патриком делили женщин, но жен — никогда. Об этом тяжело было думать. И все же если пришлось жениться при таких обстоятельствах, то не лучше ли, что «другим мужчиной» оказался собственный брат-близнец?
Когда по прошествии трех недель две запыленные кареты наконец миновали массивные каменные стены, Алекс, увидев их из окна кабинета, едва сдержался, чтобы не броситься вниз и не заключить жену и ребенка в объятия. Однако он остался стоять, опершись на подоконник. Появилась жена, проворно вышедшая из довольно ветхой кареты, предназначенной для слуг. Затем открылась дверца второго экипажа, и из него почти вывалилась Пиппа и, протягивая руки, побежала к Шарлотте. Алекс не знал, что так они путешествовали лишь последние два часа, а перед тем всю дорогу Шарлотта ехала вместе с Пиппой. Оставшуюся часть пути Пиппа измучила гувернантку, требуя свою маму. Он увидел, как Шарлотта со смехом взяла Пиппу на руки и та обняла ручонками ее за шею. Это было то, чего он и хотел, не так ли?
Пора было идти вниз. Алекс спускался по крутым каменным ступеням винтовой лестницы, ведущей из его кабинета, мысленно готовясь к встрече. За эти недели он забыл, как сильно действовала на него красота Шарлотты: даже ее поза, когда она наклонилась к Пиппе, пробудила в нем желание. Ну, тем лучше, рассуждал он, неторопливо направляясь к дверям. В конце концов, она — его жена. Может быть, он сумеет сделать так, что ей некогда будет думать о других мужчинах, Он вышел во двор. Собравшиеся слуги выстроились, чтобы быть представленными новой графине. Шарлотта, со слегка заинтересованным видом, стояла, держа Пиппу на руках. Выражение ее лица не изменилось, когда она увидела Алекса. Она чуть заметно склонила голову и сказала:
— Милорд.
Алекс внимательно посмотрел на нее. И тоже кивнул в ответ:
— Шарлотта.
Во дворе наступила тишина. Пиппа, из-за плеча Шарлотты наблюдавшая за лошадьми, обернулась. Алекс улыбнулся ей и протянул навстречу руки. Но вместо того чтобы со своим милым итальянским акцентом сказать «папа» или вырваться из рук Шарлотты и побежать к нему, как она побежала к Шарлотте, Пиппа с ужасом взглянула на него и, ухватившись обеими руками за шею Шарлотты, разразилась громкими рыданиями.
— Милая, — сказала Шарлотта, — я говорила тебе, что папа вернется. Видишь, папа здесь, и он скучал по тебе, и он тебя очень любит. Он не уехал навсегда. Помнишь, что я тебе говорила?
Пиппа не отвечала. Она еще сильнее прятала лицо на груди Шарлотты. Алекс чувствовал, как краска заливает его шею. Его собственная дочь не признает его на глазах тридцати с чем-то слуг, вытянувших шеи, чтобы лучше видеть происходящее. Алекс подошел к ним обеим, изо всех сил скрывая желание обнять Шарлотту и целовать, целовать ее.
— Солнышко, — спокойно и убедительно произнес он своим приятным бархатным голосом, — я очень скучал по тебе. По правде говоря, каждую ночь я думал о том, как не хочу больше с тобой расставаться. Ну же, мне очень хочется, чтобы мое солнышко меня обняло.
Пиппа подняла заплаканное лицо.
— Папа? — спросила она.
Алекс наклонился, не обращая внимания на то, что Шарлотта немного отступила назад, когда он приблизился. Они с Пиппой потерлись носами. Она засмеялась и потянулась к нему.
— Папа! — повторяла она. — Папа!
— Я люблю тебя, солнышко, — прошептал он, забыв об окружающих.
Шарлотта смотрела на мужа. Это был прежний Алекс — тот, каким он был до свадьбы: любящим отцом. Таким она видела его накануне их брачной ночи. Чувство облегчения переполнило сердце Шарлотты. Кроме собственного горя она очень переживала за Пиппу. Как сможет Пиппа, пережившая смерть своей настоящей матери, лишиться и отца, если он решил уехать, оставив ее в Шотландии? Но возможно, его решение и не было столь жестоким, как думала Шарлотта: Алекс и Пиппа обнимали друг друга, казалось, не замечая, что на них смотрят.
Вдруг Алекс поднял голову и окинул взглядом собравшихся слуг.
— Это ваша новая хозяйка, графиня Шеффилд и Даунз. — Он надменно посмотрел на них.
Он не хотел, чтобы к молодой графине относились неуважительно из-за того, что видели ее выходившей из экипажа для слуг. А что будет, когда они услышат рассказы приехавших с ней лакеев? Он застонал в душе, но лицо его осталось высокомерным и уверенным. И тут он внезапно улыбнулся:
— А это моя дочь, леди Филиппа.
Раздались приветственные крики. Алекс протянул Шарлотте свободную руку. Она взяла ее, чуть касаясь, и он повел ее вдоль первого ряда, начав утомительное представление старших слуг поместья.
Шарлотта же была очень довольна собой. После всех страданий последних трех недель она смотрела йа Алекса, своего мужа, и не чувствовала ничего: ни влечения, ни сильного гнева. Ее лишь кольнула жалость: такой у него был необычно болезненный и усталый вид. Но она испытывала удовлетворение от того, что, увидев его, ни на йоту не отступила от своего решения. Даже улыбаясь и разговаривая со слугами, она внутренне радовалась, что предательская слабость, заставлявшая ее трепетать всякий раз, когда он касался ее хотя бы пальцем, исчезла. Она держала его руку и не чувствовала ничего!
Наконец Шарлотта познакомилась со всеми слугами верхних этажей. Ей чрезвычайно понравился дворецкий; она решила, что, вероятно, придется сменить одну из горничных; взяла на заметку, что надо проверить расходные книги экономки. Она улыбнулась всей остальной прислуге и отпустила руку Алекса. Вместе они поднялись по каменным ступеням и вошли в холл.
— Боже мой! — воскликнула она, когда они оказались в огромном гулком каменном зале.
— Я получил его в наследство от своей прабабушки, — весело сообщил Алекс.
Теперь, когда Пиппа была у него на руках, а Шарлотта, кажется, не смотрела на него как на чудовище, он чувствовал, что жизнь снова становилась управляемой. Как только подвернется случай, он просто объяснит Шарлотте, что тогда она спала с его братом, но он, Алекс, великодушно решил простить ей ошибку. Он мысленно улыбнулся. Это был правильный выход из создавшегося положения. Его мать одобрила бы его, а вот отец наверняка бы отверг Шарлотту или навсегда оставил ее в этом шотландском замке в далекой глуши. Но он не был похож на отца. Он предпочел бы брак, основанный на великодушии, если уж не было любви. Надо сказать, Алекс почувствовал себя воплощенной добродетелью, К сожалению, его жена, кажется, этого не заметила. Она ходила по комнате, трогала гобелены, висевшие на стенах, и хмурилась, обнаружив, как они пропылились.
— Хорошо, — сказала Шарлотта, без малейшего смущения встретив его взгляд, — до ужина я буду в своей комнате, милорд. Миссис Маклин, конечно же, проводит меня. — Шарлотта улыбнулась экономке, ожидавшей у лестницы. — Когда в Шотландии подают ужин?
