маскируясь под советских граждан. Я-то не понаслышке знаю, что такое националисты, приходилось, скажем так, сталкиваться, — немного грустно улыбнулся он. — Начнём с Украины, а после и за остальные республики примемся. Этих националистов хватает и в Прибалтике, и в Средней Азии. Поэтому будет якобы пойман стрелявший, который сознается, что стрелял в тебя из-за того, что ты москаль, да не простой, а знаменитый, тем самым желая вызвать серьёзный резонанс, в том числе на Западе. Вот и вызовет, только такой, что нужен нам. Ну что, прощаешь?
Я вздохнул.
— Ну что уж теперь, что сделано — то сделано. Надеюсь, эта операция действительно окажется полезной, пойдёт на благо нашему обществу. И спасибо, что раскрыли карты, ведь могли и ничего мне не говорить. Значит — доверяете, а доверие дорогого стоит. Так что обиды я не держу, тем более что ваш снайпер в самом деле профи высочайшего класса. За это отдельное спасибо!
Судоплатов расплылся в улыбке.
— Дилетантов не держим. Ладно, у меня дела ещё, — он посмотрел ан часы, — нужно ехать. Эта квартира в твоём распоряжении. В холодильнике еды достаточно: яйца, колбаса, курица варёная, консервы, даже фрукты есть. Хлеб в хлебнице. Пресса свежая в комнате на столе. Кстати, почитай, в той же «Комсомолке» сегодня уже вышла небольшая заметка. Ну и книги какие-то на полке стоят. Постельное бельё тоже свежее. И в ванной есть горячая вода. В 5 утра за тобой заедет мой человек, отвезёт в аэропорт. Билет уже взяли, спишешь в счёт выданных тебе командировочных.
Он встал, протянул, прощаясь, руку.
— Только я тебя на всякий случай запру снаружи. Мало ли… Мне так самому спокойнее будет.
Он ушёл, снаружи в дверном замке провернулся ключ, и я остался один. Включил чёрно-белую «Чайку-2», уселся в кресло, взял со стола свежий номер «Комсомолки», кое-как развернул с помощью висевшей на перевязи руки…
«Кто стрелял в Евгения Покровского?» Хм, нормальный такой заголовок. Заметка была на несколько абзацев, автор больше перечислял мои заслуги, нежели выдвигал какие-то версии покушения. И фото моё парадное, из Кремля. Блин, а ведь теперь Полина тоже прочитает, мы ведь выписываем газеты, или уж по-любому кто-то ей перескажет. А жене моей волноваться нельзя. Хорошо, что в конце заметки автор указывает, что сейчас здоровью отделавшегося ранением средней тяжести Евгения Покровского ничего не угрожает. Вот же Судоплатов, не мог подождать, когда Полинка родит…
И даже телефона нет, чтобы домой позвонить, сказать, что я живой и почти здоровый. Надо же, в прошлой жизни хромым стал, и больше ничего со мной не случалось. В этой же ногу спас, зато за пару лет получил несколько шрамов и даже откушенное ухо. Причём вроде бы как никаких усилия для этого не прикладывая. Не иначе карма, всё в этой Вселенной имеет свойства уравновешиваться.
Я отложил газету, закрыл глаза и под бубнёж телевизора вскоре задремал.
[1] Ринг имеет форму квадрата со стороной минимум 4,90 м (16 футов) и максимум 6,10 м (20 футов) внутри канатов. При проведении международных соревнований должен использоваться ринг со стороной 6,10 м.
Эпилог
Сегодняшнее утро пришло без боли. Три дня назад он отказался от приёма обезболивающих, после которых сознание словно бы погружалось в туман. Чувствовал, что финал близок, и решил свои последние дни провести, что называется, в ясном уме и твёрдой памяти.
Ирония судьбы, но и в этой реальности Евгений Покровский умирал от рака. Но не от рака лёгких, а поджелудочной. Первые признаки болезни появились полгода назад. Слабость, отсутствие аппетита, рвота, снижение веса… Полина чуть ли не силком отправила мужа на обследование, но было уже поздно. Онкология в неоперабельной стадии. Оставалась слабая надежда на химиотерапию, на которую он согласился лишь потому, что на этом настаивали Полина и их дети.
Что ж, в глубине души Покровский был готов к тому, что за шанс начать жизнь если не с нуля, то с точки бифуркации, когда он спас свою ногу, придётся рано или поздно расплачиваться. Получилось в общем-то поздно, всё-таки 75 лет — вполне достойный возраст.
Он приподнялся, насколько хватило сил, протянул исхудавшую, костлявую руку к палочке регулировки жалюзи, привёл створки в горизонтальное положение, давая проникнуть внутрь солнечному свету. За окном начинался очередной сентябрьский день 2024 года.
Сколько же всего случилось за эти полвека с небольшим, что прошло с момента переноса его сознания в самого же себя, 21-летнего… Одни успехи на ринге чего только стоят! Семикратный чемпион СССР, трёхкратный чемпион Европы, двукратный чемпион мира и также двукратный олимпийский чемпион. Победитель самого Мухаммеда Али, который впоследствии вновь стал чемпионом мира среди профи и несколько лет удерживал этот титул.
На музыкальном поприще Евгений Покровский так же снискал немалых успехов, хоть в глубине души каждый раз и корил себя за то, что приходится «заимствовать» у других авторов ещё не сочинённые ими произведения. Его песни пели и на правительственных концертах, и в телепрограмме «Утренняя почта», выпускались на дисках и множились на магнитофонных лентах. Отдельная история — творчество группы «Альфа», выпустившей один альбом для внутреннего, так сказать, пользования, и восемь на международный рынок. Каждый из этих восьми стал платиновым, плюс пять статуэток «Грэмми» от американской Национальной академии искусства и науки звукозаписи.
Для Полины он тоже расстарался, даже выведя её в итоге на международную орбиту с несколькими беспроигрышными хитами. Она до сих пор вела активную творческую и гастрольную деятельность, правда, в последние полгода из-за болезни почти сошедшую на нет. Полина хотела забрать мужа в их загородный дом, где могла бы обеспечить ему уход с нанятой сиделкой, но Покровский наотрез отказался. Мол, не хочу близким создавать неудобств. Тем более у меня тут персональная палата, и сервис вполне на уровне.
— Ничего, Полька, скоро отмучаюсь, хоть вздохнёте.
Она ругала его за такие слова, но сама с трудом сдерживалась, чтобы не пустить слезу. Не любил он, когда женщины плачут. Навещала его в последний месяц, как он лёг в клинику, почти ежедневно, иногда часами просиживая у его постели. Особенно когда начались сильные боли, и ему стали колоть наркотические анальгетики. Иногда его сознание прояснялось, и он корил жену, что она столько времени тратит на него, есть же кому за ним ухаживать. Но Полина оставалась непреклонна.
Он взял с тумбочки смартфон «Автора» производства питерского объединения «ЛОМО», на экране загорелись цифры 07.23. Подключился к отечественному браузеру «Синтаксис». Пролистал сводку новостей. Надо же, и советские, и мировые СМИ всё ещё держат в топе новость о его болезни. Впрочем, это уже не новость. Информация о том, что знаменитый в прошлом спортсмен и до сих пор выдающий изредка на гора классные песни композитор Покровский тяжело болен, стала достоянием общественности, едва он лёг в диспансер.
Он не стал закрывать аккаунты в соцсетях, в том числе в самой популярной соцсети СССР «Земляки», просто везде опубликовал один и тот же пост, где всем желал счастья и здоровья, отключив комментарии. Да, а ведь социальные сети — это было его изобретение, не говоря уже о том, что он приложил руку к развитию в Советском Союзе интернета. Первая соцсеть, появившаяся в 2002 году, и была «Земляки». Не прошло и года, как в Штатах появилась своя соцсеть «Америка». А вот с приложением для смартфона Евгений не стал ничего выдумывать, взял хорошо известное ему название «Instagram» с прицелом на международный уровень. Ожидания оправдались, на сегодняшний день насчитывалось более 600 миллионов пользователей приложения. «Instagram» приносил очень приличный доход, правда, бо́льшая его часть шла в казну государства. Но и Покровскому оставалось немало, достаточно сказать, что процентов за месяц ему хватило бы на покупку «Москвича». В этой реальности советский автопром входил в пятёрку лучших в мире, и тот же «Москвич» легко мог поспорить с каким-нибудь «Рено», а в топовой комплектации, пожалуй, и с не совсем топовой «Тойотой».
Многие бренды повторились и в этой реальности, но многие появились заново, чего, впрочем, вполне можно было ожидать. И Покровского радовало, что немало российских производителей сумели выйти на серьёзный международный уровень. Особенно приятно было сознавать, что в этом и его немалая заслуга.
Как и в том, получается, что в 75-м Брежнев по состоянию здоровья покинул пост Генерального секретаря, а его место занял бывший теперь уже первый секретарь ЦК КП Белоруссии
