дёрнулся, выронил меч, схватился за горло, словно пытаясь убрать от шеи что-то, что его душило. Шагнул в мою сторону. Затем ещё раз. Но двигался он неуверенно, словно враз растеряв скорость. На третьем шаге, ноги Императора начали подкашиваться, и он упал на колени. Протянул ко мне трясущуюся руку.
"А теперь в костяную клетку его, и готово", — довольно заключил Александр, и я выполнил его указание.
Мои руки тряслись от перекачиваемой силы. Голова кружилась. А перед глазами то и дело появлялись причудливая картины. Словно вместо мускулистого человека, в клетке в кровавом болоте, барахтался огромный, покрытый перьями змей, с костяными крыльями и мордой ящера. На секунду, он застыл, уставился на меня холодным взглядом вертикальных зрачков. Зашипел, забился, взмахивая крылья, словно пытаясь разрушить клетку и взлететь. Но у него ничего не выходило.
А затем, морок резко спал, и я заморгал, тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.
Император лежал лицом вниз. А над ним стояла Вагош. И лезвие её топора было измазано в крови. Девушка ошарашенно смотрела на тело у своих ног. Ее била дрожь.
— Я давала клятву Императорскому дому, — проговорила она. — Но не безумцу.
"Пока ты стоял, пускал слюни, и улыбался, как дебил, девушка доделала дело, — вкратце пересказал мне ситуацию наставник. — Ладно, сейчас будет самое интересное".
От тела императора потянулся багровый дымок. А затем, чуть в стороне от трупа, возник тот самый покрытый перьями змей с костяными крыльями:
— Так, так, так, — задумчиво протянул он, с интересом рассматривая нас. — Кто у нас здесь? Молодой ведьмак, отведавший силы двух богов, и девушка, знающая вкус человеческой крови. Красивая девушка. Вам удалось меня одолеть. И ритуал соблюдён. Но кто из вас двоих достоин стать следующим Императором?
Я покачал головой:
— Я пас. Не смогу я здесь править.
— Но бой провёл ты, смертный, — перебил меня Кеотцль. — Ты силён, ты здорово ослабил меня, ты сумеешь…
— Ты знаешь, кто я на самом деле, — усмехнулся я в ответ. — К тому же, мне должен один человек. Вернее, не совсем человек.
Я достал из кармана вексель Легбе. И завидев его, змей зло зашипел, и ударил хвостом по земле.
— Так что, у меня есть минимум два способа, как от тебя избавиться, — спокойно продолжил я. — И будь уверен: я ими воспользуюсь.
— Ты не понимаешь, от чего ты отказываешься, — вкрадчиво начал бог, глядя на меня.
Его зрачки манили, словно гипнотизировали согласиться. Сказать "да". Но я только покачал головой, отгоняя морок:
— Мне хватит и тех крох, которые я получил от тебя и Кавиля. К тому же, местные вряд ли примут меня как своего.
— Ну, не знаю. Твоего соотечественника, вон, приняли, — протянул змей, и указал на тело мёртвого императора. — И эта земля стала для него домом.
— Мой дом далеко отсюда, — покачал головой я. — Там, за океаном.
— Ох уж эти русские, — разочарованно протянул Кеотцль. — Ладно, убедил.
Он взглянул на Вагош, но ведьмачка хмуро мотнула головой.
— Не уверена, что мне это надо.
— Что? — опешил змей. — Вы совсем нюх потеряли?
Мне подумалось, что Васа научил своего покровителя забавным речевым оборотам.
— От такого дара не отказываются!
— Я не хочу быть одержимой, — угрюмо добавила девушка и сжала топор крепче. — Многовато богов стало…
— Подождите, — змей ошарашенно посмотрел на меня, потом на ведьмачку и примирительно поднял лапы. — Я не зло и вовсе не отбирал волю прежнего носителя. Со мной он становился сильнее, дары развивались быстрее. К тому же жрецы не смели перечить.
На этих словах Вагош вздрогнула и змей это заметил.
— Я смогу помочь тебе стать первой правительницей. Изменить эту страну. Сделать мир лучше, как ты всегда хотела.
— Или ты можешь послать его подальше, — оборвал я искусителя и шагнул к землячке. — Я отдам тебе билет. Ты вернешься домой, как и хотела. Снова станешь жить там, где родилась.
— Домой, — прошептала подруга и глаза ее стали влажными.
Вагош отвернулась и уронила руки. Топор не выскользнул из ее пальцев, но уперся в землю.
— Она давно уже дома, — зашелестел Кеотцль. — Много лет я видел ее глазами Васа. Я знаю, что она сильная, смелая дочь Мезоамерики. И какая разница, где она родилась? — он вновь обратился с Вагош. — У вас поговаривают, что Россия там, где есть хоть один русский. Так вот вас в этом мире и впрямь хватает. Уж не знаю, как именно вам удается прорываться сквозь запоры. И ты сможешь поменять страну, которую успела полюбить. Ты здесь на своем месте. Ты уже прижилась…
— Я согласна, — мертвым голосом сказала девушка и бросила на меня взгляд исподлобья.
— Ирина, — позвал я, хотя обещал не называть ее этим именем. — Тебе не обязательно становится жертвой.
— Я и не буду ею.
— Но твоя мечта…
— Пора становится взрослой, Морозов. И мечтать не о прошлом. Я давно хотела разрушить традиции Мезоамерики и сделать страну другой. Но у меня никогда не было шанса. И теперь он появился.
— Да. Я явился, — довольно проурчал змей и буквально засветился от удовольствия. — Но я не могу отпустить тебя без подарка, Морозов, — обратился он ко мне. — Это была славная победа. И даже почти честная. Тебе подсказывала коса.
"Спасибо, Великий, — ответил Александр вежливо. — Я весьма польщён".
— Держи.
Кеотцль взмахнул хвостом, и в мою сторону полетел какой-то предмет. Я на лету поймал его. Разжал кулак и осмотрел подарок. В руке лежало ожерелье из острых длинных белых зубов, похожих на акульи.
— Тебе, как тёмному с тремя путями, будет в самый раз, — довольно добавил змей. — Оно работает как диадема Васа. Отводит глаза посторонних, любопытных, и всяких технических приблуд, типа камер. Если ты его потеряешь или даже выбросишь, вещица вернется спустя время самым невероятным образом. В вашей стране тоже есть такая штука. Кажется, называется шапка-невидимка. Только мое ожерелье чуточку мощнее. Как-никак из клыков бога. Правда, старых. Выпавших.
Я склонил голову, благодаря пернатого змея за подарок:
— Это великая честь для меня. Спасибо.
От моего вежливого обращения Кеотцль приосанился.
— Обращаться с ним просто, — протянул змей. — Произносишь «взываю к
