Отвечаю на твой последний вопрос. Нет, я не думаю, что войну между Империей и Каббалой можно было предотвратить. Сила, которой владела Каббала, всегда была для Империи угрозой. Пока при дворе каждого князя имелся свой колдун, ситуация оставалась под контролем. Как только это переменилось, война стала неизбежной. Власть всегда должна иметь противовес. Может быть, именно поэтому, несмотря на очевидные преимущества, Каббала не смогла победить Империю на поле битвы: правление Каббалы не оставило бы места такому противовесу, а отсюда оставался всего один шаг до разложения.
Читай внимательно. Научись всему, чему сможешь.
Как всегда, подписи под запиской не было.
Эндрю прислонился к стене и вздохнул. Кожаный переплет, казалось, грел его руку, и мальчик жаждал поскорее погрузиться в чтение... Но все-таки как хотелось бы узнать, кто оставляет для него книги и отвечает на его вопросы, кто, в свою очередь, задает вопросы ему — вопросы, на которые не так легко бывает найти ответ.
В животе у Эндрю забурчало. Даже ненасытное любопытство не могло побороть голод.
Эндрю спрятал книгу в тайник, чтобы прочесть ее позднее. Он вернул на место камень, расправил занавеси и принялся раздеваться. Погрузившись в теплую воду ванны, Эндрю откинул голову и вздохнул. Из расположенной в нижнем этаже кухни долетали соблазнительные запахи, и желудок Эндрю снова громко напомнил о себе.
Несмотря на это, Эндрю сосредоточился на другом: попытался ощутить в воздухе то нечто, что обычно появлялось вместе с книгой. Однако на этот раз никаких следов... его ведь не было дома два месяца, наверное, это слишком долго.
А может быть, он просто вообразил себе... В конце концов, раз он не колдун, как может он что-то ощутить колдовскими чувствами?
К тому времени, когда Мика добрался до своего коттеджа, в воздухе чувствовалась сырость. После долгих споров с Беллой и Лоренсом было решено, что Мика поселится в домике дровосека, скрытом в густой рощице, над которой нависала скала. Мике иногда снилось, что скала обрушивается на него, но это была единственная неприятность: коттедж был и удобен, и незаметен. Последнее имело важное значение — ведь считалось, что Мика здесь никогда и не появлялся.
Конечно, немногим из мятежников так повезло. Большинству тех, кто пережил битву при Шан Моссс, пришлось покинуть Люсару. Мика прекрасно понимал, как удачно ему удалось устроиться. Ни Белла, ни Лоренс так в полной мере и не одобрили его присутствия, несмотря на всю помощь, которую он оказывал. Они все еще полагали, что Мика, какую бы цель он ни преследовал, не только защищает Эндрю, но и представляет для него опасность. Мика не мог с ними в этом не согласиться.
И все-таки он оставался.
Скоро склон стал более крутым; Мика спешился и добрался до своего коттеджа, ведя усталого коня в поводу. Щурясь в темноте, он вышел на крошечную лужайку перед домом.
Что-то здесь изменилось.
Мика выпустил повод и бесшумно вытащил меч из ножен. Было слишком темно, чтобы ему удалось разглядеть следы на снегу. Положив руку на ручку двери, Мика затаил дыхание, готовый немедленно отскочить.
Дверь открылась без его усилия; за ней не было видно ничего, кроме темноты...
Но запах! Милый, неожиданный запах...
— Сайред! — Шепот Мики еще не успел стихнуть, как она появилась из коттеджа. Случайный отблеск света упал на ее улыбающееся лицо. Мгновение — и Сайред была в объятиях Мики, теплая и близкая. Мика прижал ее к себе, а Сайред спрятала лицо у него на груди.
О боги, какое же счастье вновь ее обнять! Мика вдыхал ее запах, позволяя ему наполнить себя, утолить давний мучительный голод, согреть и вернуть полноту жизни. Минуты летели незаметно; потом Сайред немного отстранилась и взяла лицо Мики в ладони.
— Я уже много часов жду тебя. Я уж думала, что ты никогда не вернешься домой. Тебе не нужно сегодня ночью больше никуда отлучаться?
— Нет, — ответил Мика, не в силах сдержать улыбку. Прошло два долгих месяца с тех пор, как он в последний раз видел Сайред. — А тебе?
— Нет. Я могу остаться до завтра.
— Хорошо. — Больше тратить слов Мика не стал, поцелуем помешав и Сайред задавать вопросы.
Когда через несколько часов начался дождь со снегом, ни один из них этого не заметил.
* * *
Эндрю отхлебнул вина со специями. Одного аромата напитка было достаточно, чтобы ему отчаянно захотелось спать. Неделя пути верхом по зимнему бездорожью, горячая ванна, сытный ужин — в результате Эндрю ничего так не хотелось, как соскользнуть под стол, свернуться клубочком между собаками и провалиться в сон.
У Лоренса, однако, были иные планы. Он сидел во главе стола и своим тихим голосом не спеша перечислял все, что случилось в Мейтленде за время отсутствия Эндрю. Он не пропустил ни одной мельчайшей детали, не забыл упомянуть ни об одной потерявшейся овце, не обошел вниманием ни одного сломавшегося под грузом снега дерева. Таких вещей Лоренс никогда не забывал.
Ужинал дядюшка тоже размеренно и в раз и навсегда заведенном порядке: глоток вина после каждых трех кусочков мяса. Весной Лоренсу должно было исполниться пятьдесят, и Эндрю с Беллой планировали устроить небольшое празднество. Отблески свечей на лысине заставляли лицо Лоренса казаться более суровым, чем оно было в действительности, карие глаза внимательно следили за каждым движением племянника. Отсутствие чувства юмора не мешало Лоренсу быть мягким и добрым человеком, хотя он никогда не одобрял ни поведения Дженн, ни постоянного увлечения Эндрю всем, что имело отношение к колдовству.
Сидевшая напротив Лоренса Белла мало участвовала в разговоре мужчин; рядом с ней расположился верный отец Джон. Он был капелланом Дженн в Эйре и перебрался в Мейтленд вместе с Эндрю после смерти отца мальчика. Ни Белла, ни Лоренс не знали, что отец Джон — салти пазар, хотя он и редко прибегал к своей не очень значительной колдовской силе.
Отец Джон был учителем, воспитателем, компаньоном, но в первую очередь другом Эндрю; это был тот человек, с которым мальчик мог говорить обо всем.
Сейчас, за ужином, отец Джон с улыбкой в серьезных глазах следил за Эндрю, которому приходилось отвечать на вопросы, которых он не слышал.
— Боюсь, дядюшка, что я отвлекся, — с виноватой улыбкой, сделав глубокий вдох, чтобы прогнать сонливость, сказал Эндрю. — Что ты сказал?
Лоренс поднял брови.
— Я понимаю, что ты устал, сынок, но знать об этом тебе нужно. Ситуация может накалиться в любой момент.
Эти слова заставили Эндрю проснуться.
— Какая ситуация?
Лоренс допил вино и отодвинул тарелку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
