- Подойди сюда, Риджар, - манил он юношу. - И без всяких твоих "домовых" штучек, Риджар выступил вперед, пробуя саблю в руке. На его лице играла зловещая улыбка.
- Но я и есть домашний дух, то есть домовой. - Он тоже начал кружить вокруг Трэда. - Как же, по-твоему, я могу об этом забыть? - Он сделал внезапный выпад, лишь на какой-то волосок не задев плечо Трэда. - Что заработаешь, то и получишь.
- Неужели? - Трэд без усилий парировал следующий выпад Риджзра. - Ты - еще и сын Крю. Ты собираешься загипнотизировать меня, чтобы я выронил саблю, или будешь драться, как воин?
Риджар гибко прыгнул вперед, сделал финт влево, повернулся и вовлек Трзда в каскад умелых маневров. Характерное для него изящество движений сослужило хорошую службу
- Я буду драться, как войн, - их сабли издавали треск разрядов, когда они ссыпали друг друга, градом ударов, который к тому же еще и домашний дух.
Для человека, который заявлял, что "немножко умеет" фехтовать, он проделывал это чертовски хорошо. Дина наблюдала за схваткой Трэда с Риджаром и удивлялась.
- У него просто талант, - произнес подошедший к ней Лорджин. - Такая жалость, что он отрицает свои способности. Если бы он практиковался, то стал бы превосходным воином.
- Я считаю, что Риджар проявил прекрасную интуицию, когда выбрал свой путь. Он верит в то, что лучше побеждать с помощью своих внутренних сил, а не сабель.
- Домашние духи любят так поступать. Но должен сказать тебе, Адианн, что эта философия за долгие годы погубила многих из них. Их убили. Но Риджара ты не так поняла. Он умеет драться и дерется. Когда домашние духи вступают в борьбу, они оказываются грозными и безжалостными противниками.
Дина не ответила ему, и Лорджин переключил все внимание на схватку.
- Трэд артистически владеет саблей, - пробормотал он.
- А ты блестяще, - проговорила она и, стиснув зубы, посмотрела на обожженный по краям разрез на его рубашке. - Но если ты еще раз повторишь такую же глупость, я тебя сама убью! - Сказав это, она ринулась прочь из зала.
Лорджин проводил ее взглядом, в котором явно читалось, как это его забавляет.
- Адианн чем-то встревожена? Трэд вытер пот со лба. Заставить Риджара сдаться было делом нелегким.
- Кажется, моя жена не может жить без меня и готова убить, чтобы это доказать.
Трэд глубокомысленно кивнул и сухо заметил:
- Женщин так легко понять.
И они разразились хохотом.
Стиснув плечо Трэда, Лорджин сказал:
- Как же приятно слышать твой смех, друг мой. Трэд улыбнулся.
- Прости меня, Лорджин, но твоя женщина... очень занимательна.
Лорджин приподнял одну бровь:
- Только смотри, чтобы она тебя не услышала. Думаешь, мне было легко заставить ее возиться с навозом, чтобы тебя позабавить?
- Право же, Лорджин, это было нехорошо с твоей стороны. Такое самопожертвование... И оба расхохотались снова.
- А теперь, Трэд, я дам тебе шанс сравнять счет. Мой вызов на игру в дайзу остается в силе.
Трэд улыбнулся:
- Ты знаешь, что можешь спокойно вызывать меня, Лорджин, потому что у меня здесь нет доски для игры.
Лорджин кивнул, соглашаясь:
- Хм... это проблема. - Он хитро взглянул на Трэда. - Полагаю, для того чтобы играть в эту игру, нам придется отправиться на Авиару.
Всегда сообразительный, Трэд сразу догадался, к чему клонит Лорджин. Его словно вырезанное резцом скульптора лицо стало неподвижным, замкнутым. Исключение составили только глаза, в которых засверкали зеленые искры гнева.
- Если хочешь поиграть в эту игру, Лорджин та'ал Крю, тебе следует вернуться на Авиару. Уверен, что там ты найдешь себе партнера столь же умелого, как я.
Ответ Трэда не оставлял никаких сомнений в том, что он хотел сказать.
Слова Лорджина прозвучали сдержанно, но так же недвусмысленно:
- Никто не может сыграть эту партию, кроме тебя.
Трэд заткнул втянутую на место саблю за пояс и вышел из зала.
Дина сидела перед зеркалом у туалетного столика в их комнате, теребя в руках гребень, но мысли ее явно были заняты другим. Заботливый слуга оставил ей халат, который она тут же надела, поскорее сбросив шаровары и тунику. Она начала ненавидеть этот наряд: он никогда не пачкался и не изнашивался!
Она видела отражение комнаты в зеркале: широкая постель с массивным изголовьем, несколько столиков разного размера, огромное кресло в углу и старомодный туалетный столик, за которым она сейчас сидела. Все выглядело, как во времена короля Артура.
Что она здесь делает?
Сама того не сознавая, она принялась расчесывать свои длинные волосы, но прекратила это занятие, когда ее руки начали дрожать. Она на миг закрыла глаза, а затеи открыла и уставилась на свое отражение.
Лорджин. В нем был корень всех се проблем, и она начала боятся, что в нем заключено и их решение. Ничего не было очевиднее. Сегодня, когда она смотрела, как он фехтует с Трэдом и лезвие сабли полоснуло по нему, она чуть не упала в обморок. Это тошнотворное ощущение внутри могло означать лишь одно: она слишком сильно увлеклась Лорджином та'ал Крю.
Сама мысль, что он может быть ранен, доводила ее до полного отупения. Пора с этим что-то делать. Она погрузилась слишком глубоко. Ей определенно пора домой.
Дина нахмурилась, глядя на свое отражение в зеркале.
Этот человек исполнял какое-то дурацкое пророчество.
Он похитил ее из родного мира, объявил, что она его жена, совратил и протащил через половину вселенной для какого-то туманного Поиска.
Ну что ей с ним делать?
Она должна раскрыть этот обман. Она должна заставить его внять голосу разума. Она должна заставить его пообещать, что он немедленно отправит ее на Землю. Поэтому здесь наибольшую для нее опасность представляла она сама.
Дина не собиралась давать волю его фантазии. Для этого он был ей слишком дорог. Со временем он поймет, какую совершил ошибку, и сумеет начать все сначала... Он забудет ее...
Тяжелая деревянная дверь спальни с грохотом распахнулась.
- Труднее этого человека я в жизни не видел. Он упрям до невероятия.
- Тебе не кажется, что следует закрыть дверь, прежде чем ты перебудишь весь дом?
Лорджин пинком закрыл дверь и в досаде воздел руки к небу:
- Его нельзя и на микрон сдвинуть, если он этого не захочет!
Дина подняла брови и выразительно посмотрела на Лорджина.
- Почему это звучит очень знакомо?
- Я вовсе не такой.
- Неужели? - Она даже не пыталась скрыть иронии.
Он прошел дальше в комнату и, скрестив руки на груди, надменно уставился на нее сверху вниз:
- Ну-ка, объяснись.
- Хорошо, я объясню. - Повернувшись на стуле, она посмотрела ему в глаза, для чего ей пришлось задрать голову. - Я хочу вернуться домой.
