и нервы; вены называются яремными, артерии — сонными, нервы залегают подле артерий.
2.6.5. Не следует прямо разрезать яремные вены или сонные артерии, как мы поступаем с нервом, ведь животное тотчас погибнет из-за стремительного кровотечения. Лучше, перехватив сначала верхнюю и нижнюю их части надежными лигатурами, рассечь их посередине, чтобы не последовало никакого кровотечения.
2.6.6. Если ты хочешь разрушить нервы, перехватив их лигатурами или пальцами, или рассечь их, за этими действиями последует одно: животное тотчас потеряет голос, но ни одна из других функций не окажется нарушенной ни в момент эксперимента, ни впоследствии.
2.6.7. Если же артерии перехвачены лигатурами или рассечены, животное не утратит голос и не заснет, как неверно полагают большинство последователей Гиппократа, но полностью утратит пульс выше места пересечения.
2.6.8. Пересекая лигатурами или перерезая описанным способом вены, ты не увидишь явного прекращения каких-либо функций.
2.6.9. Наблюдая все это, можно прийти к заключению, что сердце не нуждается в мозге для поддержания пульса, а мозг — в сердце для того, чтобы животное чувствовало и совершало произвольные движения.
2.6.10. То, что сердце для своего движения не нуждается в мозге, следует из того, что после перевязывания вен, артерий и нервов лигатурами сердце и другие артерии продолжают сокращаться. Ведь утрачивает пульс только часть артерии выше места пересечения. Та ее часть, что остается нетронутой, сокращается и дальше.
2.6.11. То, что сердце получает начало движения не из мозга, следует из того обстоятельства, что при рассечении или перехватывании лигатурами всех перечисленных нервов животное лишается голоса, однако дышит беспрепятственно, вдыхая и выдыхая обоими описанными выше способами, двигает всеми четырьмя конечностями, слышит и видит, сохраняя всю полноту чувств.
2.6.12. Ведь, как было сказано, при рассечении нервов, пролегающих вдоль артерий, животное теряет только голос.
2.6.13. Многие из врачей и философов думали, что животное лишается чувств из-за того, что упомянутые артерии рассечены или перевязаны лигатурами. Из этого они заключали, что сердце передает головному мозгу чувства и движения. Им следует возразить, что они ошиблись в интерпретации наблюдаемого явления и что они ясно увидели именно то, что следует из их гипотезы.
2.6.14. Ведь если животное впадает в ступор — а это слово обозначает бесчувственное и обездвиженное состояние, — то можно заключить, что именно сердце посылает головному мозгу первое начало ощущения и движение, которые тот передает через нервы по всему телу, словно являясь неким вторым, но точно не первым началом — подобно наместнику великого царя.
2.6.15. Ведь ранее было доказано, что сердце есть начало артерий, а головной мозг — нервов. Из этого следует, что если бы то, что они говорят, было верно, это означало бы, что сердце снабжает головной мозг психической силой через артерии.
2.6.16. Но это не так: они исказили факты, полученные при вскрытиях. Ведь животное не впадает в ступор ни при рассечении нервов, ни при рассечении артерий. При повреждении нервов оно утрачивает голос, чего не происходит при повреждении артерий и тем более — при повреждении вен.
2.6.17. Однако большинство врачей и философов, видя, как животное теряет голос при перехвате лигатурами одновременно артерий и нервов, ошибочно связали этот эффект с состоянием артерий. Они неверно назвали его «ступором», если только этим словом они не хотели назвать потерю голоса. Если это так, то они всего лишь ошиблись в названии. Если же они считали, что животное из-за повреждения артерий впадает в состояние ступора, то они заблуждались относительно самой сути дела.
2.7.1. Как мне кажется, я вполне исполнил совет Хрисиппа, исследовав возможность передачи некой силы от сердца к мозгу или от мозга к сердцу.
2.7.2. Сам же Хрисипп, как мы видим, небрежно произвел исследование этого вопроса: он видел путь, на котором следует обрести искомое, но не воспользовался им.
2.7.3. Я порицаю его вследствие того, что в одной и той же книге он имел наглость говорить противоположное в отрывках, недалеко отстоящих друг от друга: написав, что рассуждение Зенона является доказательным, в дальнейшем он привел его опровержение.
2.7.4. Я обнаружил, что Хрисипп допустил и некоторые другие противоречия в том же самом рассуждении о руководящей силе души.
2.7.5. Ведь сначала он говорит, что если в определении местоположения остальных частей души все единодушны, то вопрос о том, где находится руководящая часть души, остается открытым, так как эта часть не может ощущаться с помощью органов чувств и у нее нет никакого заметного признака. Немного позже он, напротив, рассуждает об этой части как об обнаруживаемой посредством явных признаков.
2.7.6. Речь же его строится следующим образом: «Таким образом, место явно ускользает от нас, раз у нас не возникает ясного ощущения о нем (как возникло о других частях) и не находится никаких знаков, на основании которых можно было бы вывести об этом заключение. В противном случае не возникло бы такого большого расхождения среди врачей и философов»[226].
2.7.7. Сказав это, Хрисипп далее утверждает, что все люди ощущают страдания разумной части души в грудной клетке и сердце.
2.7.8. Вновь я цитирую его: «На мой взгляд, большинство пришло к этому убеждению постольку, поскольку сложилась своего рода уверенность в том, что их внутренние переживания возникают в груди и ближе всего к области сердца. Это в особенности очевидно в случае скорби и страха, а также в случае гнева и более всего в случае ярости»[227].
2.7.9. Вот в эту фразу он вставил небольшое уточнение — «своего рода уверенность», не решаясь прямо сказать, что люди чувствуют страдания разумной части души в области груди, он говорит: «своего рода уверенность».
2.7.10. Но чуть позже он избавляется от слов «своего рода» и пишет так: «Ведь душевное расстройство, возникающее при каждом переживании, ощущается в груди»[228].
2.7.11. Затем: «Поскольку гнев возникает здесь, то разумно предположить, что и остальные влечения находятся здесь же»[229]. Далее: «Переживания гневающихся людей, как это ясно, возникают в груди, и то же самое касается влюбленных»[230]. И далее без передышки рассуждает о том, что страсти рождаются в грудной клетке и в области сердца.
2.7.12. Удивляюсь этому человеку: как же он не вычеркнул написанное им самим вначале, где он говорит, что руководяящая часть души не может ощущаться с помощью органов чувств и у нее нет никакого заметного признака, иначе не было бы таких споров среди врачей и философов в вопросе определения ее местоположения?
2.7.13. Или, если он продолжает считать свое прежнее утверждение верным, то как он не стыдится обосновывать
