Уже дома, перед тем, как уснуть, женщина вспомнила одно обстоятельство, которое ее сильно обеспокоило. Сведения о магазине, где она сегодня работала, были найдены в самом дальнем уголке сознания Горбина несколько дней назад, когда началась суета из‑за портативок. Розалина не сомневалась, что, будь старик хоть немного поздоровее, он сумел бы скрыть это воспоминание. О магазинчике знали очень немногие подельники Горбина – и знал Пожиратель Смерти Драко Малфой, с которым, если верить воспоминаниям старика, они в последний раз виделись три года назад, вскоре после ареста Люциуса.
Женщина отчаянно пыталась понять, правильно ли поступила сегодня, без вопросов отпустив мальчишку, но усталость взяла свое, и Розалина уснула, так и не придя к определенному решению.
Драко плохо помнил, как в тот вечер добрался домой, прошел в свою спальню и уснул.
6 – 13 июля 1999 года
Долги, часть II
На следующее утро, вернувшись после перевязки, Драко с изумлением обнаружил, что полученные от Розалины деньги лежат в Честном мешке, который на них никак не реагирует. Юноша не помнил, как и почему засыпал внушительное количество золотых монет именно туда, но факт оставался фактом.
Драко на всякий случай переложил полученные вчера галеоны в испокон веков стоящий в доме Малфоев Супер–честный сейф, но и эта вещь никак не отреагировала на свое новое содержимое. Торки тоже внимательно изучила золотые монеты и не заметила на них никаких чар. Но даже от «чистых» денег нужно было избавиться поскорее: вдруг их все же хватятся в Министерстве?
Драко написал в «Гринготтс» и попросил разрешения вернуть всю сумму долга единовременно. Это было рискованно, — мракоборцы могли заинтересоваться, откуда у условно–досрочника на принудиловке взялось столько денег, — но юноше почему‑то казалось, что гоблины не слишком откровенничают с Министерством. Впрочем, Драко понимал, что вполне может получить отказ: излишек денег не всегда необходим банку.
Тем не менее, ответ пришел почти сразу: гоблины согласились. Юноша предложил выплатить все деньги на следующий день после того, как ему снимут бинты: хотелось предстать перед кредиторами человеком, а не замотанной в бинты куклой. Гоблинов эта дата устроила.
Оставшиеся до снятия бинтов дни юноша прожил в каком‑то странном нервном напряжении. Он то поминутно вздрагивал, ожидая визита мракоборцев, раскрывших аферу с фамильными драгоценностями, то тревожно размышлял, как заживают его ожоги. Иногда Драко, никем не видимый под наложенными Торки чарами Мимикрии, гулял по улицам Лондона, но большую часть времени проводил дома. В фамильной библиотеке юноша разыскал старинный фолиант «Становление эргерена» и прочел его. Увы, знаменитая книга оказалась всего лишь набором нелепых, бессмысленных фраз. Было просто стыдно за десятки поколений драконоводов, зачитывавшихся этой ерундой. Впрочем, от коллег нищебродова сыночка не стоило ждать особого ума.
Воспоминания о визите Чарли Уизли, однако, беспокоили, и Драко всерьез опасался увидеть во сне этого нищебродова сыночка: безумие заразительно. К счастью, ничего подобного не происходило. Юноша не помнил снов, но просыпался в хорошем настроении, точно зная, что никакие Уизли его ночью не беспокоили. Тем не менее, Драко все же немного тревожился, когда наступало время идти спать, поэтому старался как можно дольше оттянуть этот момент.
С мамой говорить было почти невозможно: юноша понимал, что ей тяжело видеть сына таким, как сейчас, и он старался не беспокоить ее понапрасну. Поскольку никого из знакомых видеть не хотелось, Драко подолгу беседовал с Торки. Старушка, ставшая с возрастом болтливой, с удовольствием говорила с молодым хозяином, вспоминала старые времена и рассказывала о Малфоях, живших многие века назад.
— А что ты знаешь о Бенджамене Малфое? – спросил юноша однажды.
В детстве он не слишком интересовался фамильной историей и домовуху тогда слушал невнимательно, но хорошо помнил, что об основателе рода Малфоев Торки никогда не говорила, обещая рассказать, лишь «когда молодой хозяин, мистер Драко Малфой, сэр, вырастет».
— Ох, и печальная это история, мистер Драко Малфой, сэр! – вздохнула старушка. – У вас и без того жизнь трудная, а тут еще такие ужасы слушать…
— Ничего, Торки, я уже вырос. Да и некрасиво ничего не знать об основателе своего рода…
— Что ж, мистер Драко Малфой, сэр, будь по–вашему! Слушайте! — Эльфка набрала в грудь воздух и заговорила нараспев: — Очень–очень давно – в тридцатые годы XVII века — жил во Франции купец по имени Бенджамен Безье. Торговал он честно, никого зря не обижал, но был убежденным гугенотом–протестантом, а их в католической Франции в те времена не жаловали. Вот и решил Бенджамен уехать в Англию, где большинство людей – протестанты.
Сказано – сделано. Поначалу Бенжамен радовался очень, но потом понял, что большинство англичан на словах протестанты, а на деле – хуже католиков: обрядов не соблюдают, слова не держат, погрязли в роскоши и разврате. «Плохая у вас вера!» — часто повторял Бенджамен, а поскольку говорил он это по–французски, его и прозвали «Малфой», что означает «Плохая вера». (Именно так фамилия «Малфой» переводится с французского языка – прим. авт.)
Со временем Бенджамен немного привык к здешним обычаям и женился на хорошей скромной девушке по имени Доротея. У супругов родились двое детей, Изабелла и Реджинальд. Жить бы им долго и счастливо, но тут беда случилась! Появился в Англии очень плохой волшебник, называвший себя Бледным Всадником, и попытался захватить власть в стране. Началась война, а где война – там и голод. Худые времена настали, ой, худые! Многие высокородные волшебники – об остальных я и не говорю – голодали страшно!
Бенджамен был добрым человеком и решил людям помочь. На континенте тогда тоже нелегко жили, но все ж не так, как в Англии, и еду тамошние купцы продавали. Вот ваш предок и стал продовольствие через море возить. Как часто ему с пиратами встречаться приходилось, да и с сухопутными разбойниками тоже, – ни в сказке сказать, ни пером описать! Но хранила судьба Бенджамена, и всегда он возвращался домой, к жене и детям.
Беда пришла, откуда не ждали. В те времена еды было мало, и стоила она дорого. Вот многие и возмущались тем, сколько денег приходится платить за муку и мясо. Не понимали глупые люди, что купец не может торговать себе в убыток, ибо на выручку новый товар закупает. Раздал бы ваш предок один раз еду даром — и разорился бы, а новую партию продовольствия купить было бы уже не на что. Увы, это не всякий понять может… (Взгляд на семейную историю Малфоев с другой стороны читайте в 5–ой главе моего фика «Harry Potter and Octopus’s Garden» — прим. авт.)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
