Читаем без скачивания Боевые роботы Пустоши - Сергей Зайцев

Впрочем, о чем это я?

У нас не было специальных операторских комплексов для дистанционного управления. Игровое кресло «Сферы» в моей комнате не годилось для этой цели, да и Икс-барьер сразу прервет связь, как только робот окажется за ним. Так что все эти размышления о безопасности – лишь теоретические, и я их отбросил сразу же, как только оказался около «Костолома».

Я замер возле его правой стопы, невольно подняв взгляд. Черт, ну и здоровая же тварь этот «Костолом». Тридцатитонный «Шершень», если присядет, запросто пройдет у «Костолома» между ног. Общая высота – пятнадцать метров. Бронированный великан отдаленно-гуманоидного облика, ростом со стандартный пятиэтажный дом на Сокте (у нас таких высоких домов нет, поэтому приходится прибегать к инопланетным аналогиям). Почти такое же бочкообразное тело, как у «Разрушителя», с которым мне довелось столкнуться в симуляторе, но в целом облик иной. Более мягкие, закругленные очертания корпуса, вместо головы, где у «Разрушителя» размещены блоки пространственных сенсоров, мощная РСЗО «Вихрь-12». Руки за счет стволов тяжелых гаусс-пушек значительно длиннее. Каждая нога – толщиной с глайдер, а «копытом» можно раздавить сразу парочку гаражей (кстати, дополнительный нижний сустав, противопоставленный колену, из-за которого нога «Костолома» смахивала на козлиную, обеспечивал ему подвижность большую, чем у обычных гуманов). Щитовых бронеэкранов, служащих для защиты подвижных узлов всего тела, тоже не в пример больше. Собственно, «Костолом» тяжелее «Разрушителя» на пять тонн именно за счет дополнительной брони, что и позволяет ему перейти в самый мощный класс – класс штурмовых роботов.

Ладно, хватит млеть, восхищаться и ужасаться этим многотонным чудищем с ногами сатира. Пора его оседлать…

Но стоило сделать еще один шаг, и меня внезапно охватил сильный озноб. А происходящее вдруг представилось совсем в ином свете. Я снова остановился. Черт меня подери, мелькнула в голове паническая мысль, и что эта жуть делает у нас в РВЦ? Мы же мирные люди, как мы могли во все это ввязаться?

Я даже отступил на шаг. Робот…

Вдруг я осознал, что те безумная боль и страдание, испытанные в симуляторе на Сокте, когда мое сознание горело в том проклятом роботе, уже никогда не изгладятся из памяти. Никогда. «Черный рай» – дерьмо. На самом деле он не помогает, а лишь на время приглушает ощущения. И память о них теперь всегда готова вернуться при любом намеке на…

– Map, не высовывайся из РВЦ. И за Сонатой присмотри!

– Хорошо, мой генерал. – Map шутливо отдала Ухану честь, одновременно свободной рукой заталкивая подругу в комнату, да еще и бедром ее подтолкнула. – Соната в надежных руках, командир!

Я машинально повернул голову на голос Ухана, продолжая находиться в каком-то ступоре. Лифтовая площадка, в которую превращался люк при выдвижении из брюха «Мстителя», уносила моего друга в его нутро. Уже пропадая из виду, Ухан заметил мое состояние и связался по лоцману:

«Что случилось, Вождь? Чего ты медлишь?»

«Черт, не могу…»

«Чего не можешь?»

«Этот проклятый робот… помнишь симулятор? Я же там…»

Он частенько понимал мое состояние с полуслова. Понял и сейчас. Поэтому оборвал мои бессвязные объяснения, не дослушав:

«Надень „иждивенца“».

«Да не могу я, Ухан. Придется все это дело отложить…»

«Возьми себя в руки, Вождь! – прикрикнул Ухан. – Надень „иждивенца“, черт тебя подери! Это поможет! Догоняй, у нас совсем нет времени!»

«Иждивенец». Да, «иждивенец». Дрожащей рукой я прилепил его к виску поверх лоцмана. Несколько секунд на автоматическое соединение. Еще несколько на подключение к нервной системе. «Иждивенцу» не требуется много времени на вживление в сознание, он пользуется готовой информационной базой, созданной лоцманом.

«Сканирование лоцмана закончено. Опознана военная операционная система „Плеяда-Х“. Данная система является идеальной базой для работы „мехвоина“ – программы временной перенастройки сознания для функционирования в режиме пилота индивидуального боевого робота, настройки на стопроцентную совместимость программного обеспечения не требуется. Загружать дежурный режим?»

«Да… Да. Да!»

Внезапно пол тяжко вздрогнул, гул вибрирующей волной прошел сквозь подошвы ботинок, будоража мышцы ног. Еще раз. Мигнул свет. Я резко повернул голову. Аккуратно обогнув ремонтное оборудование, окружавшее монтажную площадку, гигантский кработ Ухана уже вышел на центральный проход и топал к выходу из РВЦ. Каждый шаг мощной «голенастой» лапы сотрясал пол, гротескная панцирно-птичья туша семидесятитонника с равномерными интервалами заслоняла спиной световые панели на потолке зала. Аура физической мощи, источаемой этим роботом, просто пугала. Кажешься ничтожным муравьем на ее фоне. А я еще даже не забрался в своего «сатира». Да какого хрена я все еще торчу здесь, как огородное пугало? Страшно стало, видите ли, нашел время для страхов.

Прохладный ветер обдал лицо, когда лифтовая площадка вознесла меня на шестиметровую высоту к «заднице» «Костолома» – вход находился в поворотной платформе между ног. Своеобразная ассоциация. Несколько секунд – и я уже внутри кабины. Люк под ногами глухо захлопнулся, сросся с корпусом в одно целое, вокруг сразу зажглось дежурное освещение кабины. Делать ничего не пришлось – система жизнеобеспечения робота сама определила мой статус, Ухан недаром лично возился с программным обеспечением, силовые поля мягко подхватили меня и поместили в кокон. Кокон закрылся. Меня охватило ощущение, что я очутился внутри живого организма. Я застыл в мягком ложе, обволокшем мое тело со всех сторон защитными слоями пульсирующей органики. Словно плод в утробе матери. Очень похоже на противоперегрузочный кокон, используемый в космических кораблях при гиперпространственных прыжках.

И только сейчас, уже забравшись в робота, я осознал, что «иждивенец» действительно помог. Дежурный режим «мехвоина» приглушил эмоциональный фон, причем сделал это столь ненавязчиво и аккуратно, что я не понял сразу. Поэтому и специфические ощущения, которые любой нормальный, но неподготовленный человек должен испытать, попав в кокон боевого робота, не испугали, а лишь слегка обеспокоили. Но беспокойство сразу отпустило. В сознании словно крупными буквами вспыхнули слова: «БЕЗОПАСНОСТЬ. СПОКОЙСТВИЕ». Кокон не мог причинить мне вреда. Он был другом. Защитником. А несколько мгновений спустя станет частью моего нового искусственного тела.

Откуда Ухан знал, что так и будет? Уже когда-то баловался подобными военными программами?

Ладно, все вопросы потом.

На голову опустился нейрошлем, и гнездо коммуникатора замкнулось с контактами «иждивенца». Включение.

Переход всегда немного неприятен.

Кажется, я это уже говорил?

Ничего, кашу маслом не испортишь. Теперь-то я сижу в настоящем боевом роботе. Имею право повториться. И развить тему. Это тебе не симулятор, здесь ощущения совсем другие. Процедура переключения сознания прошла довольно гладко, но шоковое состояние продлилось на несколько секунд дольше – я потом проверил по таймеру, сколько времени находился в отключке. Двадцать восемь секунд. Все эти двадцать восемь секунд я просто не существовал, превратившись в набор из сотен и тысяч крохотных компонентов, чипов, которые ИскИн робота складывал по-своему, кирпичик за кирпичиком, в соответствии с заложенной программой. Восприятие моего «я» изменилось настолько, что мозг едва не взбунтовался против того, что с ним творили. Чуткая нейросистема уловила импульсы неприятия и мягко погасила их, растворяя шок. Мозг адаптировался к новому «телу» и иной системе ориентации, чувств, приема информации. Теперь я весил восемьдесят тонн и обладал «Взглядом Бога» – сотней тысяч микроскопических глаз, встроенных в броню по всему телу. Перед «глазами» вспыхнула и развернулась панорама новой действительности.

Мозг самостоятельно включился в рабочий режим.

Я не задавался вопросами, что делать – просто делал. Словно занимался этим всю свою сознательную жизнь – преимущества «иждивенца». Анализ основных параметров роботизированной оболочки. В норме. Массивы строк технических данных воспринимались столь же легко, как таблица умножения. Никаких неясностей. Мгновенный расчет любых параметров – расширение сознания.

Я осмотрел сразу уменьшившееся пространство РВЦ новым взглядом, отстраненно отметил наличие двух человеческих фигурок, проступавших на экране инфрасканера теплыми розоватыми силуэтами. Марана все еще стояла в дверях моей комнаты, загораживая собой проход, а Соната ошеломленно выглядывала из-за ее плеча, разглядывая ожившего «Костолома» и уже не пытаясь прорваться. Когда-то я их обеих знал. Но это было в другой жизни. До того, как я стал роботом. Смешно.