Своим вторжением на рассвете 22 июня 1941 г. немцы добились полной внезапности (по причинам, которые будут рассмотрены ниже) и абсолютного господства в воздухе. Это, а также полная беспомощность советского командования в первые дни военных действий дало немцам абсолютное превосходство. Первоначальные цели плана “Барбаросса” были выполнены до конца. Смоленск, расположенный на половине дороги к Москве, пал в середине июля, а к концу августа группа армий “Север” впрямую угрожала Ленинграду. С более действенным сопротивлением столкнулись немцы на Украине, где советское командование оказалось более квалифицированным в военном отношении. Но даже там в результате прорыва в конце августа пал Киев. Позже, однако, Гитлер начал колебаться по поводу направления дальнейших наступлений. Немецкие рывки на Ленинград и Москву потерпели неудачу. Вместо этого немцы закрепили свои успехи на Украине, чей промышленный потенциал имел для них большую ценность. Основной же целью наступления были нефтяные месторождения Каспия. Одновременно группа армий “Центр” начала двигаться к Москве. Началась осень, дороги развезло, что свело к минимуму те преимущества, которые давали крупные моторизованные немецкие соединения. Блицкриг увяз в осенней распутице. Месяц спустя немцы вопреки всему подошли к Москве, но оказались совершенно неподготовленными к зимней кампании. Линии немецких коммуникаций были чрезмерно растянуты. Местное население относилось к немецким войскам со все возрастающей враждебностью.
Это был первый поворотный пункт в войне. Сталин перевел наиболее талантливого из старших командиров Красной Армии Георгия Жукова в Москву и передал ему свежие дивизии, танки и авиацию, переброшенные из Сибири. Это стало возможно благодаря работе разведывательной группы Рихарда Зорге, получившей сведения о том, что Советскому Союзу не угрожает нападение Японии. Жуков организовал оборону столицы как раз вовремя — по дороге к Шереметьевскому аэропорту можно и сегодня видеть противотанковые заграждения, отмечающие то место, где немцы ближе всего подошли к Москве. Красная Армия остановила вермахт и даже отбросила назад немецкие части, однако, вопреки первоначальным планам Жукова, попытка окружения крупной группы немецких войск не удалась. Но все же это был первый случай, когда германская стратегия блицкрига потерпела серьезную неудачу. Сталин решил воспользоваться моментом и отдал приказ об общем наступлении по всей линии фронта. Но это было уже за пределами возможностей Красной Армии и привело лишь к ее ослаблению и потере боевого духа в столь критическое время. И действительно, когда весной 1942 г. вермахт возобновил наступление, оно стало развиваться вполне успешно.
Следующий период военных действий, продолжавшийся до ранней осени 1942 г., был для советского командования во многих смыслах самым обескураживающим за всю войну. Германская армия продвигалась вперед в степях Украины по всей линии фронта. Немцы захватили Харьков, Крым и Ростов-на-Дону. “Как долго мы еще будем отступать?” — спрашивали тогда себя многие советские люди, не проявляя, однако своих сомнений публично. Конец наступил в сентябре 1942 г., когда немцы дошли до Сталинграда на Волге. За ним лежали только азиатские степи или — к северу — глубокий тыл, откуда недалеко было и до Москвы. В Сталинграде Красная Армия остановилась в соответствии с заранее разработанным планом, в то время как Гитлер, возможно загипнотизированный самим названием города, принял решение взять его. Яростные уличные бои в Сталинграде показали лучшие боевые качества Красной Армии, чьи небольшие, смелые и стойкие отряды пехоты теперь были экипированы относительно неплохо. Вместе с тем немецкие танковые части оказались теперь безнадежно зажатыми в городе, действовали при чрезмерно растянутых коммуникациях и не могли показать, на что были способны.
Тем временем Советское командование разработало классический и чрезвычайно эффективный план контрнаступления, предусматривавший форсирование Дона. Атака началась 19 ноября 1942 г. и привела к захвату тылов немецкой шестой армии, которой Гитлер приказал любой ценой удерживать Сталинград. В результате армия была окружена и через некоторое время капитулировала. Немцам пришлось отвести свои передовые части, которые дошли уже до вершин Кавказа, и начать продолжительное отступление через Украину.
После этого Красная Армия смогла достичь всеобъемлющего превосходства над Германией. Тому более всего способствовали усилия советского народа, привлечение богатейших ресурсов страны и помощь союзников — Британии, Франции и Соединенных Штатов. Перемещенная на восток советская промышленность производила теперь вооружения и боеприпасы в достаточном количестве, в том числе танки Т-34 и минометы “катюша”. Они превосходили по своим качествам любое немецкое оружие. Все чаще и чаще Красная Армия превосходила вермахт по численности войск, их снаряжению и воздушному прикрытию. Все это было продемонстрировано в огромной танковой битве под Курском в июле 1943 г. Тогда немцы впервые понесли поражение от рода войск, который всегда был их коньком, — от мобильных бронетанковых соединений. Не обходилось и без неудач — так, например, весной 1943 г. немцы на несколько месяцев смогли взять Харьков. Но в целом было уже ясно, что в конце концов победят Советы, особенно после того, как союзники все-таки открыли в июне 1944 г. во Франции Второй фронт.
Наступление Советов было медленным и в целом методичным. В отличие от своих германских противников советские командиры не пытались вести молниеносную войну, но предпочитали хорошо подготовленные, обдуманные и массовые наступления в тех местах, где Красная Армия имела какие-то преимущества. Следует сказать, однако, что в ее стратегии была некоторая странность. Летом 1944 г. Красная Армия прекратила наступление на северном фронте, остановилась неподалеку от Варшавы и вместо того, чтобы двигаться прямо на Берлин, всю осень и большую часть зимы вела бои на Балканах. Вероятно, в этом случае Сталин руководствовался политическими соображениями. Основной силой польского сопротивления была антикоммунистическая Армия Крайова, и когда в августе 1944 г. началось варшавское восстание, Сталина вполне устраивало, чтобы обременительная задача его подавления легла на немцев, в то время как он будет освобождать Румынию и Венгрию. Возможно, именно для того чтобы лишить Армию Крайову помощи со стороны союзников, Сталин запретил американским и британским самолетам садиться вблизи советской линии фронта.
Только в середине января 1945 г. возобновилось наступление в Польше — к тому времени повстанцы были уже уничтожены. Это наступление привело Красную Армию в апреле 1945 г. в Берлин. Затем последовало самоубийство Гитлера и окончательная капитуляция Германии 9 мая 1945 г.
В период, непосредственно предшествовавший началу войны и в первые ее месяцы советская система в наибольшей степени проявила присущие ей косность и неповоротливость. Действительно, велась серьезная подготовка к войне — она, конечно же, началась сразу после прихода Гитлера к власти в январе 1933 г. Но приготовления эти нередко были плохо продуманы и выполнялись отнюдь не на должном уровне. Отчасти это объясняется тем, что Сталин уничтожил во время чисток 1937–38 гг. своих лучших командиров. Другой причиной, возможно, стало то, что после заключения в августе 1939 г. нацистско-советского пакта Сталин свято в него уверовал и считал, что он обеспечивает постоянную — или по меньшей мере на несколько лет — безопасность Советскому Союзу, а за это время вооруженные силы страны станут более мощными.
Красная Армия, которая в июне 1941 г. приняла на себя всю мощь германского удара, едва ли не с самого момента своего рождения имела парадоксальные, а подчас и напряженные отношения с обществом, частью которого она была, и с политическим руководством, которому подчинялась. С другой стороны, армия была одним из формационных институтов общества, и она глубоко влияла в двадцатых-тридцатых годах и на партию, и на государство. Ранее мы уже имели возможность убедиться в том, что армия снабжала партию кадрами. В 1928 г. Ворошилов подсчитал, что две трети председателей сельских советов РСФСР в прошлом служили в Красной Армии. Тем не менее после провала политики создания “трудовых армий” в 1920–21 гг. армия больше никогда не становилась рабочей моделью для построения нового общества так, как это впоследствии было в Китае или Вьетнаме. В то время как коммунистическое ядро в армии всячески поддерживалось и поощрялось, политические лидеры никогда не забывали, что большинство офицеров и солдат происходило из имущих классов общества — это были военспецы из бывших офицеров и крестьяне — ив лучшем случае равнодушны, а в худшем враждебны к режиму. В особенно мудреных операциях, вроде подавления антоновского восстания в Тамбове или Кронштадтского совета[16], вместо обычных солдат использовались специальные части ЦК и партийные активисты. Более того, после окончания гражданской войны армия была очень быстро демобилизована и ее численность составила одну десятую от общего количества ее личного состава в 1920 г. Военспецы были на время оставлены в армии — до тех пор, пока не появилась возможность заменить их молодыми офицерами из комсомола.
