Читаем без скачивания Почерк убийцы - Дороти Сэйерс

— Вилли! О! Вилли! Он не хотел жить! О! Мои бедные дети! Что же теперь нам делать?

Уимзи не мог слышать этих криков. Он быстро пошел на колокольню и поднялся по лестнице наверх. Колокола по-прежнему звонили. Лорд Питер прошел мимо звонарей и поднялся выше. Звон оглушал его, но здесь, по крайней мере, не было слышно криков бедняжки Мэри.

Отсюда были видны силуэты мерно качающихся колоколов. От шума, высоты и вида колоколов у Уимзи закружилась голова. К нему снова вернулось то самое ощущение собственного ничтожества и подавленности, которое он однажды уже испытал на колокольне. По телу пробежал холодок. Уимзи показалось, что вся кровь, которая текла по его венам, вдруг ударила в голову. В висках бешено заколотился пульс… Лорд Питер попытался опереться о стену… но собственное тело, казалось, не слушалось его… в следующий момент он почувствовал, что вот-вот упадет… Нет, это было не из-за шума и звона колоколов… нет… его тело вдруг пронзила какая-то резкая, непереносимая боль… Уимзи крикнул, но сам своего голоса не услышал… чувства ускользали от него. Это было ощущение ужаса… как будто перед ним открылась бездна ада… а вокруг кружили дьяволы… Он не мог даже пошевелиться.

«Надо выбраться отсюда… надо выбраться», — подумал лорд Питер.

«Дин-дон-дон… дон… дон-н-н-н…» Колокола все звонили…

Он не мог спуститься. Голова сильно кружилась. Он боялся даже посмотреть вниз. Собрав всю волю в кулак, он преодолел пару ступенек вверх и с огромными усилиями поднялся до верхнего этажа, вернее до двери, в которую упиралась лестница. Там он сделал последнее усилие и толкнул дверь, которая, к счастью оказалась незапертой. Сделав еще пару шагов, он, наконец-то, ступил на верхний этаж. Здесь было попрохладнее, но главное — здесь были окна. Ему показалось, что он вырвался из темного плена, захлопнул перед собой двери ада.

Прикрыв дверь, лорд Питер лег на пол. Он какое-то время пролежал неподвижно, пока чувства и силы постепенно не возвратились к нему. Почувствовав себя немного лучше, он встал на четвереньки и медленно подполз к окну. На небе уже взошла луна.

Лорд Питер сделал усилие и поднялся на ноги. С высоты колокольни были видны огни в домах прихода храма святого Стефана. Похоже, соседнюю деревню тоже сильно затопило. Он посмотрел на запад — там тоже все было под водой. На юге было то же самое.

Присмотревшись, лорд Питер разглядел очертания храма святого Петра, возвышающегося среди бескрайних водных просторов.

Весь мир, казалось, был теперь под водой. Не было видно ни реки, ни канала — все слилось воедино. Вода была повсюду, до самого горизонта. Только деревня и храм святого Павла, казалось, находились на острове в бескрайнем водном просторе. Должно быть, вода все еще прибывала. Постепенно она поднималась все выше и выше, подступая все ближе к домам.

Лорд Питер долго смотрел на воду, думая о том, что где-то там, у самого горизонта, в этом море нашли свой покой тела Вилли Тодея и его товарища…

Все колокола замолкли по очереди. Гауде, Саваоф, Джон, Иерихон, Джубили, Димити и Бетти Томас… на пару секунд воцарилась тишина… и Тейлор Паул пробил девять тейлоров в честь двух погибших. Из храма донеслись тихие звуки органа.

Уимзи уже окончательно пришел в себя и решил спуститься в помещение, где работали звонари. Там он встретил Хезеки Лавендера, который стоял у своего колокола. Отсюда был слышен голос падре:

— Освети, Господи, наш путь…

3

ДЕЛО ЗАКРЫТО

Бронзовый монстр убил его.

Вода перестала прибывать через четырнадцать дней и ночей. Была затоплена даже железная дорога. Слава Богу, движение не прекращалось — поезда снижали скорость и медленно проезжали место затопления. Они напоминали плывущие по воде огромные корабли.

Больше всего пострадал приход храма святого Петра. Дома в этой деревне были затоплены практически до крыш. В приходе святого Павла вода поднялась на восемь футов — затоплено было все, кроме построенных на холме храма и дома падре.

Организованная мистером и миссис Венейблсами эвакуация помогла сохранить большую часть имущества прихожан, избежать паники и обеспечить всех нуждающихся в приюте, тепле и еде. Своих продовольственных запасов им хватило на три дня. Затем провизию привезли из города. Несмотря на экстремальные условия, жизнь в храме текла по привычному распорядку. Мистер Венейблс проводил службы, читал проповеди, утром и вечером звонили в колокола. По утрам все собирали постели и занимались привычными делами — после службы доили коров, убирались, готовили еду. Воду для уборки и питья грели в доме у падре. Завтрак готовился под руководством Бантера.

Даже школа не прекращала свою работу. Занятия проводились в специально отведенной комнате в доме падре. Дети после уроков играли в саду у дома падре.

Три вечера в неделю миссис Венейблс и мисс Снут организовывали настоящие концерты с участием хоров храмов святого Стефана и святого Павла. Помогали в постановке концертных номеров мисс Хилари и Бантер. По воскресеньям все дела прекращались, и падре проводил торжественную воскресную службу. За время потопа произошли в деревне, вернее в храме, два знаменательных события — венчание и рождение малыша. Ребенка окрестили Паулом — в честь храма, где ему была дана жизнь, а назвали его Кристофером — в честь святого Кристофера — покровителя рек.

Утром четвертого дня, когда Уимзи проходил через кладбище, чтобы отправиться в привычный объезд деревни на лодке, он заметил, что вода спала примерно на дюйм. Вернулся лорд Питер с веточкой оливкового дерева, которую сорвал в саду у дома одного из прихожан. В честь этого события звонари храма святого Павла прозвонили большой Кентский перезвон. Их примеру последовали и звонари из храма святого Стефана, и вскоре все окрестности были залиты веселым перезвоном.

— Странный запах, — сказал Бантер, стоя на ступеньках храма. Это был двадцатый день после начала наводнения. — Кажется, здесь и не такой уж чистый воздух, милорд.

— Не говори глупостей, Бантер, — ответил Уимзи, — если бы ты сейчас был в городе, за один глоток такого воздуха ты бы согласился заплатить не меньше фунта.

К этому времени вода уже спала. По крайней мере, по деревне, несмотря на грязь, уже можно было ходить пешком.

Женщины уже начинали чистить и приводить в порядок свои дома, а мужчины — ликвидировать разрушения: строить заборы, восстанавливать сараи, чинить лестницы и крыши. Дел было очень много и за рабочий день люди сильно уставали.

Тела Вилли Тодея и Джона Кросса были обнаружены недалеко от прихода храма святого Стефана. Видимо, туда их отнесло сильное течение. Похоронили бедняг на кладбище в приходе святого Павла. Только после похорон Уимзи рассказал падре и Бланделлу то, что думал о Вилли и к каким заключениям пришел.

— Бедняга Вилли, — сказал он. — Он умер и унес свои грехи и тайны с собой. Я все же думаю, что он знал или догадывался, как был убит Джеффри Декон. Я даже скажу больше — мне кажется, что он чувствовал на себе ответственность за случившееся. Теперь нам не придется искать убийц.

— Что вы хотите этим сказать, милорд?

— Убийцы Джеффри Декона уже повешены. Ведь, кажется, такое наказание ждало убийцу.

— Убийцы? — переспросил мистер Бланделл. — Их несколько? Кто они?

— Гауде, Саваоф, Джон, Иерихон, Джубили, Димити, Бетти Томас и Тейлор Паул.

Падре и Бланделл были шокированы словами Уимзи и молча ждали объяснений.

— Я должен был раньше догадаться, — сказал Уимзи. — Когда в храме святого Павла звонят колокола — подниматься на колокольню смертельно опасно. Если бы я хотя бы на десять минут дольше пробыл там в день, когда началось наводнение, и звонари звонили бы без перерыва, меня бы с вами уже не было. Я не могу назвать точной причины — удар, апоплексия, шок — выбирайте, что вам нравится. Дело в том, что нельзя находиться в пространстве выше помещения, где работают звонари, и ниже верхнего этажа, отгороженного дверью. Когда звонят колокола, в этом пространстве создается особый акустический эффект, объяснить который я не могу, но для человека он смертелен. Человек может выдержать максимум минут пятнадцать влияния этого эффекта. А Декон был связан и заперт на колокольне… Новогодний перезвон длился девять часов… Шансов выбраться и спастись у него не было.

— Боже мой! — воскликнул старший инспектор. — Так, значит, вы были правы, когда говорили, что убить Декона могли и вы, и Хезеки, и падре…

— Да, именно так, — ответил Уимзи. — Мы и убили его. В ту ночь этот самый акустический резонанс был еще сильнее, чем обычно, видимо, из-за того, что все щели в колокольне залепило снегом… Да, Декон был не самым лучшим человеком… но когда я думаю о том, как он умер… в одиночестве, объятый ужасом…