чесалось под запекшейся коркой кровью. Клепий сделав глубокий вздох, насколько позволили ему перебитые ребра, шагнул за приоткрытую воротину. Сквозняк, пропахшей затхлостью и пылью времен дунул в него. Воздух был тут словно законсервированный, пахло древностью, словно в старой закрытой библиотеке. Глаза Клепия отчетливо видели древние стены, облицованные бронзой и камнем, бронза уже давно почернела, камень ссыпался мелкой крошкой, оставляя от себя след возле двух коридорных стен. Сам коридор уходил куда-то вглубь, и ниже уровня ворот. Страж решил не оборачиваться и двигаться вперед, возможно, в последний раз в своей жизни.
" Интересно, что поджидает меня там?"
Спуск казался монотонным занятием, чем ниже опускался страж, тем более ветхими и обшарпанными казались стены.
" Почему Гесиор спрятал печать именно здесь? Или Печать была спрятана самим Крысиным Королем? Тогда каким образом Хранитель запечатал своей кровью спуск в Подземелье?"
По-прежнему у Клепия оставалось много вопросов, на которых он не мог найти ответов. Но одним из фундаментальных вопросов был тот, что был поставлен о личности самого Велисария. В конце концов его размышления пришли в тупик, как и сам страж, оказавшийся перед стеной, с какой-то выемкой.
" Это какая-то дверь", — рассудил Клепий, разглядывая края этой стены.
Возможно, это могло быть ловушкой, но страж решил, что терять ему нечего и просунул руку в выемку, где было холодно и противно от обилия паутины.
" Рычаг", — подумал имперец и дернул его вниз.
Липкая от паутины рука ощутило холодный железный рычаг, который будто по инерции сам начал опускаться вниз. В стене загрохотали какие-то странные механизмы, начался жуткий скрип заржавевшего железа, Клепий слышал, как что-то внутри заработало. Створки двери начали разъезжаться в разные стороны, при этом осыпались небольшие камни и куски земли, падая разбивались на маленькие кусочки. Пыль подняла в воздух и не в первый раз начала резать глаза стража.
" Надеюсь, эта дверь будет последней", — подумал имперец.
Какой-то странный механизм со странными шестернями заставили дверь открываться и перед Клепием открылся вид этого древнего помещения, построенного еще две тысячи лет назад.
" О, Двенадцать богов, что это?"
Зал идеальной квадратной формы был полностью выстроен из какого-то черного камня, обрамленный бронзовыми барельефами. Под потолком помещения был какой-то странный механизм, который Клепий видел в первый раз. Огромное количество колес были переплетены между собой как большие, примерно размером с колесом телеги, так и маленькие, которые с такого расстояния трудно было рассмотреть. От этого места расходились четыре толстых троса, которые были сплетены из конского волоса, переплетавшегося в очень толстый канат. Они поддерживали в воздухе, высоко над поверхностью помещения, большую бронзовую плиту, с виду больше напоминавший саркофаг или большой варварский гроб, вылитый из бронзового материала. Но Клепий больше был поражен странной громадной фигуре, закованной в бронзовые неуклюжие доспехи. Старческое лицо фигуры больше походило на умело отлитую статую, но длинная седая борода говорила о том, что этот человек был живым и наблюдал за тем, что происходит в помещении. Странные доспехи старца были велики ему в размерах, Клепий отметил большие выпирающие наплечники, большие сапоги, и выпирающие гладкие доспехи. К шее старца был привязан пятый канат, и судя по всему очень туго. Фигура не сдвинулась с места и Клепию вновь показалось, что это превосходно отлитая бронзовыми людьми статуя.
Над старцем на четырех тросах висел бронзовый саркофаг, причем таким образом, что два первых каната, поддерживающие изголовья были короткими, а два, что держали нижнюю часть гробницы были длиннее и соответственно бронзовая махина висела в полувертикальном положении.
" О боги всемогущие, не может этого быть", — Клепий был удивлен, когда начал рассматривать эту гробницу.
Крышка бронзового саркофага была отлита в виде человека, который был больше, обычного. Но узнал лик этого человека, он уже встречал это властное и непоколебимое лицо, широкие густые брови, ярко выраженные скулы. Ладони фигуры были раскрыты и в одной из них было сгусток пламени, а в другом цветок, в котором угадывался мохир.
— Не может быть, — теперь Клепий не смог сдержать своих слов. Гробница Фахтаче… Она здесь.
Теперь страж понял, что хочет найти Куарья.
" Король искал не печати, а тело богини. Но зачем оно ему? Он хочет властвовать над культистами?"
Огненная пляска оказалось не тем местом, где может быть захоронено материальное тело Фахтаче. Это было лишь местом ее убийства, которое культисты обратили в место поклонения. Они искали гробницу богини, чтобы возродить ее, но даже не догадывались, что она сокрыта под Ноблосом.
— Даааввннноооо, — Клепий вздрогнул, когда услышал старческий голос, выходящий изо рта, покрытого седыми усами. Я не слышал звук этих шестерен.
Старик оказался живым. Несмотря на всю его немощь на лице, глубокие морщины и вялые губы, в его медленных плавных движениях чувствовалось величие. Старик был больше любого человека, проживавшего сейчас в Делионе.
" Он тоже из бронзовых, человек из второй эпохи."
Старик растягивал каждое свое слово и казалось, что он делал это с неимоверных усилий, будто его легкие засохли и превратились в два больших изюма, что не мудрено. Сколько уже лун пережил этого человек, выйдя из чрева матери? Говорил он на странном языке, имперское наречие было перемешано с какими-то непонятными словами.
" Он не знает нашего языка. Он провел взаперти больше двух тысячелетий, в отличие от Гесиора или Крысиного Короля."
— Кто ты? — Клепий понимал, что старик вряд ли поймет его, но решил попробовать.
Неизвестный гигант шевельнулся и попытался было встать, однако трос крепко привязанный к его толстой иссохшей шеи не дал ему этого сделать. Каждое его движение казалось неуклюжим, он двигал своими конечностями, будто черепаха, упавшая на спину и пытающаяся перевернуться на ноги.
— Кто ты такой? — повторил свой вопрос страж, сдвинувшись с места.
Хотя Клепий и понимал, что бронзовый вряд ли сможет сдвинуться с места, но был на стороже. Он двигался медленно и аккуратно, пытаясь не провоцировать того, кто прибыл здесь в заточении несколько тысячелетий.
— Твой язык неведом мне, — отвечал на древнем наречии старик, которого Клепий не понимал.
Саркофаг по-прежнему висел неподвижно. С виду он был очень тяжелым, если уж он упадет на землю, то с легкостью проломит ее. Клепий попытался сообразить, как работают эти механизмы, и сразу же понял, что единственный канат, которым можно было опустить гробницу Фахтаче был на шеи старика.
— Но раз ты уже здесь, значит достоин того, — продолжил говорить старик. Лишь только кровью моего отца можно разрушить клятву, которая сокрывало это место.
" О чем он говорит? Возможно
