водой и…
Он выпал из моих рук, разбившись вдребезги. Мое сознание отключилось за секунду, и я даже не помню того, как свалилась на кафельный пол.
Глава 21
Майкл
Полный решимости я ухватился за ручку входной двери, и одномоментно услышал звук бьющегося стекла. Твою ж…
Какого хрена у нее там произошло?!
Ведь хотел же уйти. Заткнул зов своего сердца, захлебнувшегося кровью. Старался не смотреть на искалеченную Мику.
Я просто послал к черту все человечное в себе, что было подарено мне с новым сердцем, но не получилось.
Резко развернулся, стараясь не бежать, вернулся на кухню. Мика лежала на полу без сознания. Обморок.
– Не вздумай, – сказал я самому себе. Поднял и сжал перед собой руки, представляя, как разрываю что-то тяжелое. Сил моих не было бороться с этим, но я не мог оставить ее одну.
Волосы Мики беспорядочно разлетелись по полу, но даже они не прикрывали красных отметин на ее некогда нежном личике.
Почему я не убил эту мразь?! Меня бы оправдали по всем пунктам. Кулаки до сих пор горели от ударов. Они наслаждались хрустом костей, беззащитностью жертвы.
Я озверел, когда лупил его, и это вернуло мне меня прежнего. Поэтому было так легко нагрубить Мике. Хотелось избить ее, только словами.
Я позвонил в «Арену» и отменил сегодняшние тренировки, пообещав Дугласу отработать на бое в два раза больше. Рискованно для человека с таким сердечком, как у меня, но мне, казалось, на все уже было плевать.
Я поднял Мику на руки, в который раз поражаясь ее слабости.
Беззащитная и нежная.
По моему телу прошлая мимолетная дрожь, и я тут же остановил ее, отведя взгляд от девушки.
Но я не мог не чувствовать ее тело, соприкасающееся с моим. Это та девочка, которая таяла подо мной восемь лет назад, и та девочка, что бросает мне вызов сегодня.
Все в доме было чертовски знакомым, и взгляд на ту или иную вещь, вызывал во мне эмоции и воспоминания. Мне хотелось поскорее убраться из этого места.
Может я и хотел играться с Микой, но я больше не хотел быть им. Мне нужны были мои эмоции, мои решения. То, что я сейчас забираю ее, можно бесконечно оправдывать донорским сердцем, но правда остается правдой – я хочу ее. Я хочу видеть ее в своем доме.
Гребанное подсознание рисует мне ее обнаженное тело и то, как она стоит у панорамного окна в моей спальне и смотрит на океан.
Голая. Теплая, после жаркой ночи, которую она провела со мной в постели…или не в постели. Да хоть на полу, лишь бы еще раз кайфануть от ее тесной киски.
Ругая все на белом свете, я тащу ее к машине, мой взгляд периодически падает на синяки, проявляющиеся на ее коже. Слишком нежная – дотронешься и уже остается отметка.
Несмотря на то, что Мика выглядела слабой, я знал, что внутри она другая. И каждый раз я ликовал, когда маленькая бунтарка внутри нее бросала мне вызов.
***
Я почти успокоился, пока ехал домой – легкий вечерний ветерок, приятная музыка и огни ночного города позволили отпустить мне воспоминания об ублюдке, который вытворял с Микой чудовищные вещи.
Чего-чего я о себе не знал, так это то, что я жуткий собственник. Сначала, когда я увидел их вдвоем, подумал, что у них сексуальные игры или что-то вроде того, потому что Мика не выглядела напуганной. Она подыгрывала этому насильнику и я чуть не закипел от ревности, на хрен.
Ревности? Какой ревности?
К черту все.
Мика вдруг упала на мое плечо, когда я резко повернул за угол, и прильнула губами к предплечью.
– Ммм, – неосознанно зашептала она, положив руку мне на пресс. Блядь, она издевается? Почему вечно в машине?
– Ммм, я так соскучилась по тебе, – зашептала она, и я обомлел, чуть не проехав на запрещающий сигнал светофора.
Резко затормозил, собираясь поправить Мику и вернуть на ее сиденье, но не тут-то было. Ее рука стремительно опустилась ниже, глаза оставались закрытыми. На губах появилась блаженная улыбка.
– Родной мой, ты мне так нужен, – замурлыкала она, опуская руку ниже. Ее пальчики поиграли с резинкой моих боксеров над джинсами, а потом маленькая женская ладонь опустилась ниже – туда, где мой бугор уже пытался проткнуть ненавистную ткань. Дерьмо…
Ну, не мог же я убрать ее теперь. Что-то я сомневался, что когда Мика придет в себя, она будет вести себя так же. Или она притворяется? Я окончательно запутался, но от ее руки на моем члене я не откажусь точно. Так и хотелось заехать в ближайшие кусты, откинуться на кресло и насладиться моментом.
– Хочу поцеловать тебя, – продолжала она томным голосом. Ее ладонь заскользила по моим джинсам, она с усилием натирала его, делая чертовски готовым.
Я резко втянул в себя воздух сквозь зубы.
О, да.
– Здесь хочу поцеловать тебя…
Я должен был ее остановить. Мне начали сигналить, потому что я буквально застрял на этом светофоре.
– Ммм…, – она облизнула мое предплечье, мой член стал твердым, как кол. – Ммм…Мааай…Ник. Ник….Ник…
Я резко схватил Мику и отодвинул на ее сиденье. Сука. Если она это специально сделала, ей не сдобровать. Я отымею ее в задницу, и не посмотрю на ее слезки.
Я БЫЛ ЧЕРТОВСКИ ЗОЛ.
Ник!
Мика любила его. И хоть мне было трудно понять, что это значит, эта девушка любила своего бывшего мужа.
Впервые в жизни задевал факт, что девушка любит кого-то другого, а не меня. Но часть Ника…теперь и моя часть.
Черт, может попросить у них пересадить мне сердце?
Мысль моя была по-скотски циничная, мерзкая, но душу грела. Я бы хотел избавиться от воспоминаний и связи с Микой…и в то же время понимал, что моя собственная душа уже на каком-то уровне хочет ее.
Пусть на плотском уровне, но контакт был установлен, и я впервые не хотел бы его разрывать. Я хотел трахаться с ней, пока мне не надоест, но то, что она сейчас назвала меня другим именем, вскрыло вены, ударило по самолюбию.
А что я делаю, когда кто-то зарится на мое самолюбие? Правильно. Бью в ответ.
Мика
Мне что-то снилось. Снилось, как я бегу за Домиником. Полная глупость, но мы в поле.
А потом я кладу руку на его плечо – он поворачивается и улыбается до своих таких милых ямочек на щеках. Любила целовать каждую.
