Читаем без скачивания Казнь на Вестминстерском мосту - Энн Перри

— Безопасна! — возмущенно воскликнул Ройс. Это слово будто бы повисло в воздухе, и вокруг него медленно закружился туман с поблескивающими капельками влаги.

— За дело, — устало произнес Драммонд. — Сейчас вызовем труповозку и заберем ее. Питт, давайте сюда ваш кэб и отвезите сэра Гарнета домой на?..

— Бетлиэм-роуд, — подсказал Ройс. — Спасибо. Если честно, я вдруг почувствовал себя страшно уставшим. Даже не подозревал, что так сильно замерз.

— Мы искренне благодарны вам. — Драммонд протянул руку. — Весь Лондон в долгу перед вами.

— Я бы предпочел, чтобы вы не упоминали о моей роли, — поспешно сказал Ройс. — Может сложиться впечатление… — Он не договорил. — И я… я хотел бы оплатить достойные похороны для этой несчастной. Она была хорошей служанкой, пока… пока не лишилась рассудка.

Питт забрался на козлы. Драммонд открыл дверцу, Ройс сел внутрь, и Томас стегнул лошадь.

Шарлотта спала, когда Питт вернулся домой. Он не стал будить ее, не испытывая никакой эйфории от того, что закончилось долгое расследование страшного преступления. Напряжение, владевшее им все это время, спало, но вместо него пришла усталость, и на следующее утро он проспал и вынужден был бежать на работу без завтрака.

Шарлотте Томас ничего не рассказал, так как первым делом хотел удостовериться, что все казавшееся столь очевидным прошлой ночью — действительно правда. Потом у него будет возможность отправить ей записку о том, что теперь она может сообщить тетушке Веспасии радостную весть: Флоренс Айвори вне подозрений. Перед уходом Томас лишь сказал ей, что расследование приближается к завершению, поцеловал ее и быстро вышел на улицу, игнорируя ее просьбы объясниться.

Мика Драммонд уже находился в участке на Боу-стрит. Впервые за все недели он выглядел так, будто ночью его не мучили кошмары.

— Доброе утро, Питт, — сказал он, протягивая руку в приветствии. — Мои поздравления, старший инспектор. Дело закрыто. Нет никаких сомнений в том, что вина за преступления лежит на этой умалишенной. На ее одежде нашли пятна крови, застарелые, на рукавах и переднике, именно там, где на нее попала кровь во время первых убийств. Кровь обнаружили и на лезвии, и на рукоятке бритвы. Мы вместе со старшим медицинским экспертом уже побывали в Вифлеемской больнице для умалишенных: это Элси Дрейпер, помещенная туда семнадцать лет назад с диагнозом острая меланхолия и выпущенная за две недели до убийства Локвуда Гамильтона. У них никогда не было с ней никаких проблем, они считали ее немного глуповатой, но никогда — склонной к жестокости. Страшная ошибка, но сейчас уже ничего не исправишь. Дело закрыто. Сегодня утром министр внутренних дел передал свои поздравления. Газеты напечатали экстренные выпуски. — Он довольно улыбнулся. — Отличная работа, Питт. Можете идти домой, возьмите пару дней отгулов — вы их заслужили. Вернетесь на следующей неделе уже в качестве старшего инспектора с кабинетом наверху. — Он протянул руку для прощания.

Томас крепко пожал ему руку.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил он, хотя хотел отнюдь не кабинет наверху.

Глава 12

Питт вернулся домой в великолепном настроении, которое лишь слегка омрачалось одним маленьким вопросом, который донимал его, как комар, жужжащий над ухом. Дело закрыто. Нет никаких сомнений в том, что Элси Дрейпер — маньяк-убийца. Она убила троих человек на Вестминстерском мосту и пыталась убить четвертого. Ей помешали лишь выдержка Ройса, который отважился выступить в качестве живца, да действия полиции, которая всячески подстраховывала и оберегала его. Окажись на месте Ройса кто-то другой, ему не миновать гибели.

Томас решил взять отгулы и провести эти дни с Шарлоттой и детьми. Возможно, ему даже удастся выбраться в сад. Они поработают все вместе: он будет копать, Джемайма — выпалывать сорняки, Дэниел — собирать мусор, а Шарлотта — всем руководить. Она единственная, кто знает, как все должно быть в саду. Питт поймал себя на том, что улыбается, представляя их совместный труд; ему даже показалось, что он ощутил пальцами влажную землю, солнышко, пригревающее спину, услышал смех своей семьи.

Но сначала Шарлотта должна поехать к тетушке Веспасии и сообщить ей, что Флоренс Айвори и Африка Дауэлл вне подозрений.

Это будет одним из редких приятных событий за все расследование: увидеть, как страх и гнев исчезают, узнать, что эти две женщины возвращаются к обычной жизни, что их раны начинают затягиваться, — правда, это произойдет только в том случае, если Флоренс Айвори сможет преодолеть свою ярость.

Томас прошел по коридору на кухню, где Шарлотта с закатанными рукавами месила тесто, а Грейд на четвереньках мыла пол. В воздухе витал аромат свежеиспеченного хлеба. Дэниел играл в саду, и Питт через открытое окно слышал его восторженные вопли.

Он обнял Шарлотту и, не обращая внимания на Грейси, поцеловал жену в щеку, в затылок, в шею.

— Мы раскрыли дело! — сказал он спустя несколько минут. — Вчера ночью мы схватили убийцу — в момент преступления. Гарнет Ройс выступил в качестве приманки. Эта безумная набросилась на него с бритвой, и я спрыгнул с кэба, чтобы помешать ей, но Ройс выстрелил в нее — видимо, хотел спасти меня.

Похолодев от страха, Шарлотта напряглась и попыталась отстраниться.

— Все в порядке, — поспешил успокоить ее Томас. — Она все равно не добралась бы до меня. Я уже ударил ее дубинкой, да и остальные были рядом. Но Ройс, видимо, испугался за меня. Как бы то ни было, она совершенно не в себе, бедняга, так что такая смерть лучше, чем суд и виселица. Все закончилось. И я теперь старший инспектор.

На этот раз Шарлотта все же отстранилась. Она внимательно посмотрела на него, в ее расширившихся глазах застыл вопрос.

— Я горжусь тобой, Томас, ты в полной мере заслужил это, — сказала она. — Но хочешь ли ты этого?

— Хочу? — Он же так тщательно скрывал свое нежелание идти на новую должность, свое отвращение к кабинетной работе.

— Тебе оказали честь и предложили повышение, но ты все еще можешь отказаться, — ласково проговорила Шарлотта. — Ты не обязан соглашаться на новую должность, если она предполагает руководство другими людьми из кабинета. — Она прямо смотрела на него, и он не слышал в ее голосе ни намека на колебания, ни малейшего сожаления. — Мы не нуждаемся в деньгах. Ты мог бы оставаться на своей прежней должности, заниматься тем, что у тебя так хорошо получается. Если бы в этом расследовании ты только руководил, а не сам разговаривал с людьми, удалось бы вам раскрыть дело?

Питт подумал о Мейзи Уиллис и о фиалках, о долгих часах на козлах кэба, о том мгновении, когда он понял, что у депутата, хотевшего нанять его кэб, в петлице были свежие примулы.

— Не знаю, — честно ответил он. — Может быть.

— А может, и нет! Томас, — с улыбкой сказала Шарлотта, — я хочу, чтобы ты занимался тем, что тебе нравится и что у тебя получается лучше всего. Все остальное станет слишком высокой платой за крохотную прибавку, в которой мы не нуждаемся. Нам хватает на жизнь, и этого достаточно. Что мы будем делать с лишними деньгами? Что может быть ценнее, чем возможность заниматься любимым делом?

— Я уже дал согласие, — медленно произнес он.

— Тогда вернись и скажи, что ты передумал. Пожалуйста, Томас.

Питт не стал спорить, он просто крепко прижал ее к себе и замер, а внутри у него все ликовало; он чувствовал себя так, будто за спиной выросли крылья.

Грейд взяла ведро и, что-то напевая себе под нос, вышла через заднюю дверь, чтобы вылить грязную воду.

— Ну, рассказывай, — попросила Шарлотта. — Как ты ее поймал и кто она? Зачем она это делала? Почему именно депутатов? Ты уже сообщил Флоренс Айвори? А тете Веспасии?

— Я никому ничего не говорил. Решил, что тебе захочется сделать это самой.

— О да, с радостью. Жаль, что у нас нет телефона! Давай доедем до нее на омнибусе и расскажем ей? А может, ты сначала выпьешь чашку чаю? Или ты голоден? Как насчет обеда?

— Да, да, нет и слишком рано, — ответил Питт.

— Что?

— Да — мы поедем к тете Веспасии, да — я бы выпил чашку чаю, нет — я не голоден и сейчас слишком рано для обеда. И у тебя убегает тесто.

— Ой! Тогда поставь чайник. Я закончу с тестом, а ты расскажешь мне, кто она такая, и как ты ее поймал, и зачем она убивала. — Шарлотта подошла к раковине, вымыла руки и, насыпав муки на доску, принялась месить тесто.

Томас наполнил чайник водой, поставил его на плиту, согласно распоряжению жены, и стал рассказывать, как Ройс выдвинул свою идею и как они ее осуществили. Естественно, Шарлотта уже знала о неудачах, когда в роли живца выступал Мика Драммонд.

— Значит, она не действовала вслепую, — задумчиво проговорила она, когда Питт закончил. — То есть ее целью не были депутаты парламента вообще. Она знала Ройса — ты сказал, что она назвала его по имени.