Сэм к тому времени с сыном на стрельбище пошли, сидели мы вчетвером. Джо помолчал, заказал еще четыре виски пробегавшему мимо официанту, затем спросил меня, в упор глядя, чем же этот Лукас меня заинтересовал так?
Говорить правду? Подумал, подумал, да и решил сказать. В конце концов, из нас и так конспираторы в этой истории никудышные были, тот же Джо прекрасно знает и про бой на Дороге, и про то, что пришел я с конвоем, и про то, что отношения у меня с русскими военными тоже хоть куда. Включать дурака - уважение потерять. И я рассказал, что есть у нас очень даже твердая уверенность, что этот самый Лукас и есть организатор засады. Что если бы мы случайно в Порто Франко не разговорились с парой охотников, (я упрощенную версию изложил), то засада могла бы и удастся, и потери бы у нас были не один человек, которого даже за сорок таких уродов менять жалко, а скорей всего - мы все. Ну и если бы у них фланговые дозоры не курили на боевом посту. Рассказал про управляемое минное поле в овраге, фугас на дороге направленный. Сказал, что теперь нам стало известно, что организатор - человек на "Тойоте лэндкрюзер" старого выпуска, мол, это он у охотников маршрут отхода выспрашивал, что должен этот человек ждать результата нападения в Аламо, а если что-то не так пойдет - рвануть отсюда в сторону Нью Рино. Но мы его здесь не нашли, а теперь вот как он проявился.
Упоминание Нью Рино хорошо подействовало, все поморщились, как будто я при несовершеннолетних девочках из пансиона за столом про подхваченный в молодости триппер поделился воспоминаниями. Джо был человеком спокойным и бывалым, дочка в него пошла уравновешенностью характера, а вот Мария Пилар… La cubanita наша сбилась на испанский и затараторила чаще, чем ЗСУ23-4 "Шилка" из всех четырех стволов. На английском так не получается, я точно знаю, для этого надо, чтобы родной язык был итальянским или испанским. Самое ласковое, что она сказала, было слово "el cabron", а еще много всего сказала и назвала по всякому. С ее слов выходило, что таких "los hijos de puta", которые на Дороге засады организовывают, и честным людям жить мешают, надо резать на куски медленно, куски жарить и свиньям скармливать.
Джо переждал тираду Марии Пилар, затем спросил меня, что мы хотим делать дальше? Я ответил, что есть у нас теория, что эти ребята не одну засаду устроили. Поэтому хотим мы вдвоем присоединиться к завтрашнему конвою на Нью Рино, куда, наверняка, этот Лукас отправиться, и по дороге захватить его и с собой увезти, чтобы выяснить, кто таким бизнесом занялся и кому за это пулю в череп выписать. В общем, не вся правда, но близко к ней.
Тогда Джо спросил, почему мы не хотим сделать это в Аламо? Позвать шерифа с помощниками и добровольцев из местных, арестовать этого Лукаса, вытрясти из него информацию, после чего повесить на площади под аплодисменты местных жителей и горячительные марши местного школьного оркестра? Пришлось сказать, что Лукаса повесить нам мало, а жители Аламо за пределами округа особо не выезжают. А у вояк наших есть острое желание загнать в могилу не только Лукаса, коий, по нашему мнению, не главная фигура, но и тех, на кого он работает. А для этого лучшего инструмента, чем РА, не найдешь.
С этими доводами Джо согласился. Я, было, с облегчением перевел дух, но тут меня шокировали дамы. Мария Пилар заявила, что едет с нами. Я аж виски поперхнулся. Деликатно намекнул, что это военная операция, которая проводится специально выделенными для этого людьми, по приказу старшего воинского начальника, и в его приказе ни слова не было сказано о привлечении добровольцев из числа местных жителей. К тому же нам неизвестно, как поведет себя Лукас, и если что-то случится с Марией Пилар, мы до конца жизни себе не простим, потому что такой красоты я давно не видел.
На это Мария Пилар сказала "Ха!" и заявила, что я ее плохо знаю, и если этот Лукас только подумает сделать что-то не так, то она, Мария Пилар, может его пристрелить, нарезать на куски или отдубасить до полусмерти по своему выбору раньше, чем он хотя бы пальцем пошевелить успеет. Но удивило меня другое, то, что Джо подтвердил ее слова. И Джей-Джей подтвердила, и сказала, что сама бы с нами поехала, но обещала отцу перегнать две машины в Вако, а там уже их ждут, поэтому она не сможет. И на это Джо ничего не сказал, только на дочку свою с гордостью посмотрел. Мда, вот это воспитание.
Видя, что я продолжаю искать повод к отказу, Мария Пилар сказала, что сомневаться уже поздно. В любом случае она завтра присоединится к этому конвою, и всем будет лучше, если мы возьмем ее в команду, чем она начнет действовать по собственной инициативе и заберет этого Лукаса в Аламо в качестве дара местным жителям. А если мы потом с пленным перескочим в русский конвой, то она доедет с нами до Базы, где и закупится благополучно патронами, а с обратным русским конвоем вернется в Аламо. И, кроме того, если мы собираемся потом оторваться от охраны конвоя с пленным, то без нее у нас ничего не выйдет. Конфедератская охрана бдительна и у них такие фокусы не проходят. А с ней все будет намного проще - она их всех знает от первого до последнего, и для нее они что угодно сделают, и мозги она им запудрит лучше, чем мы все, вместе взятые, вместе со всей Базой. А вот в это я поверил, тем более мы и, правда, толком не знали, как будем уходить из конвоя.
И Джо снова влез, сказал, чтобы не сомневался, и брал сеньориту с собой, мол, ни за что не пожалею. Я посмотрел на сеньориту, и подумал, что пожалеть то наверняка не пожалею, только вот по соседству с ней мысли будут… расплываться и путаться. Очень уж отвлекает Мария Пилар Родригез от любых мыслей, кроме как о ней самой. Это я и сказал вслух. Все захохотали, а Мария Пилар восприняла это как должное - привыкла, наверное.
Суверенная Территория Техас, город Аламо. 22 год, 33 число 5 месяца, пятница, 10:30
Западный конвой отбывал из города в одиннадцать утра, но большинство едущих с ним собрались на площадке в промзоне уже к десяти. Народу было около двадцати человек, на десяти машинах. Место в конвое стоило сто экю с человека и триста с машины. Получалось, что одна проводка приносила команде охраны из двенадцати человек порядка шести тысяч за один рейс, занимавший двое суток. В общем, жить так было можно, хоть иногда и недолго. Все же работа опасная, что не говори. Охрана ехала на двух броневиках LAV-150 "коммандо" с 25мм автоматическими пушками, и на двух квадроциклах, которые выполняли функции передового дозора. На багажниках обоих квадроциклов стояли мощные радиостанции, укрытые со всех сторон листами стали, чтобы если дозорного начнут убивать, то сигнал о засаде он подать успел.
"Коммандо" были выкрашены в местный песочно-зелено-бурый камуфляж, на башнях были нарисованы конфедератские флаги, а снизу название команды, ведущей конвой - "Savannah Lizards". Рядом с флагом была изображена причудливо изогнувшаяся ящерица. Бойцы из охраны были одеты однообразно, в местной же расцветки камуфляж, но другого типа, не как у наших. На головах - небольшие кевларовые шлемы, по типу тех, что носит американская "Дельта". Вооружены они были тоже однообразно, в основном - нашими АК-101, под натовский патрон калибра 5.56, все с коллиматорными прицелами или оптикой небольшой кратности. Бронежилеты, разгрузки, наколенники и налокотники. В общем - все по первому классу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
