— Какого хрена ты здесь делаешь, Декс? — спросил Ганнер. Искреннее замешательство в его голосе подавило мою улыбку, а кровь застыла в жилах.
Мои слова прозвучали неубедительно, когда я ответил. Острая боль пронзила желудок.
— Ты написал, чтобы я встретился с тобой здесь, — сказал я, уже зная, что он собирался мне сказать.
Лицо Ганнера посерьезнело, и он едва заметно покачал головой.
— Сука! — взревел я, хватая ближайшую вещь и швыряя ее в стену. Ваза разбилась вдребезги, осколки разлетелись по комнате. Я вытащил телефон и набрал Никки.
На заднем плане услышала, как Райан спрашивает, что, черт возьми, происходит, но я был слишком поглощен автоответчиком, который перенаправлял меня прямо на голосовую почту. Снова и снова.
Если бы мне эта чертова штука была не нужна, я бы ее тоже разбил.
— Она не отвечает. Ее телефон отключен, — произнес женский голос у меня за спиной.
Скар стояла в прихожей, скрестив руки на груди, и смотрела на меня сверху вниз, трое ее мужчин стояли по бокам, выглядя готовыми к войне.
Что-то в ее позе казалось подозрительным. Она знала то, чего не знали остальные.
— Что ты сделала? — я замолчал, зная, что она замешана.
Райан начала говорить, но голос Калеба прервал ее.
— Следи за тоном, разговаривая с моей женой. Эти трое — единственные люди, которые мне нравятся, я не побоюсь всадить в тебя пулю, — сказал он как ни в чем не бывало.
Кенджи слегка поморщился от этого заявления, глядя на меня с извиняющейся гримасой.
— Может, в бедро или плечо, но да, он выстрелит, — он указал рукой на Скар. — Бля, мы даже Скар накачали наркотиками, чтобы похитить ее, когда думали, что она не будет сотрудничать, — он пожал плечами, как будто это не имело большого значения, и Скар закатила глаза. — Если тебе от этого станет легче, он лжет, что ты ему не нравишься. Просто не так сильно, чтобы не угрожать, — закончил Кенджи, похлопав Калеба по плечу, в то время как ирландец продолжал сверлить взглядом.
Нико еще ничего не сказал, но я сомневался, что он выступит в качестве голоса разума. Его лицо было как чистый лист, но мускулистое тело было готово нанести быстрый удар.
Но я тоже не славным паренек, каким мог показаться.
— В меня стреляли не один раз. Пока бурлит адреналин, с пулей в теле можно дохуя чего сделать, — ответил я, отводя руку в сторону, чтобы показать «Глок» на бедре. — Итак, доказав, что мы безжалостные ублюдки, скажите, где, черт возьми, Никки.
Раздался выстрел, который заставил нас всех пригнуться и потянуться за собственным оружием, когда мы повернулись на шум. Райан, которая пыталась вставить словечко, стояла на островке с пистолетом наготове и разъяренным выражением лица.
Скар усмехнулась, засовывая оружие обратно в набедренную кобуру.
— Сначала стреляй, потом задавай вопросы. Твой жизненный девиз, Бруджита.
— Вы были слишком заняты меряясь членами, чтобы слушать меня, — проворчала она, спрыгивая обратно. Ганнер стоял, прислонившись к островку, совершенно невозмутимый. Его реакция заставила задуматься, все ли ее деловые встречи так проходили?
— Не хочешь объяснить, что, черт возьми, происходит, Скар? — в тоне Райан чувствовалась резкость, но если это и обеспокоило Скар, она не подала виду.
— Это я и пыталась сделать, — она снова повернулась ко мне. — Постарайся не застрелить меня, когда я скажу.
От этих слов все мои тревожные звоночки зазвенели. Я вытащил пистолет из-за пояса и передал его Ганнеру.
— Самоконтроль неважен, — выпалил я, засовывая теперь уже пустые руки в передние карманы. Я знал, что мне не понравятся ее слова, но я долго прослужил в армии, и знал, что с пистолетом далеко не убежишь.
Какой бы информацией ни располагала Скар, мне хотелось знать.
— Я отключила ее телефон этим утром, отправила тебе сообщение, что нужно встретиться с Ганнером здесь, — ее голос был холодным. Я внезапно понял, как получилось, что эта женщина оказалась опытной убийцей.
— Зачем? — слово прозвучало как рычание, больше звериное, чем человеческое.
Никто не пошевелился. Мы все застыли на месте, отчего напряжение еще больше возросло, поскольку это было похоже на противостояние. Жаль, что я отдал Ганнеру свой «Глок».
Глубокий вдох, который сделала Скар, был почти незаметен, но я, тем не менее, заметил и приготовился к удару, который вот-вот последует, потому что это был признак ее нервозности.
— Она встретилась с Андреем, который везет ее к Юрию, — сказала она.
Мое тело двинулось прежде, чем разум смог зафиксировать реакцию. Крики раздались отовсюду, создавая хаотическую симфонию, но Скар не дрогнула, даже когда я обхватил рукой ее горло и сжал. Потребовалась секунда, чтобы туман ярости рассеялся, и я заметил сверкающее лезвие, приставленное к моему запястью. Мой взгляд упал на Кенджи, который все еще дружелюбно улыбался.
Калебу и Нико преградили путь Ганнер и Райан, приставив к ним огнестрельное оружие.
— Дружище, я оставляю это без внимания, поскольку на твоем месте бы сделал то же самое, но если ты не уберешь руку в течение двух секунд, — выражение лица Кенджи изменилось, став тревожно лишенным эмоций, — я ее отрежу, а затем засуну тебе в глотку.
Я ослабил хватку, и Скар резко вдохнула, но не потрудилась потереть красные отметины, которые теперь покрывали ее кожу.
— Возьму на заметку, — пробормотал я, поднимая руки в знак капитуляции. — Никогда раньше не засовывал руки в глотки, — я наклонил голову в сторону Скар. — Продолжай. Закончи то, что ты собиралась сказать.
Боже, я думал, что Райан пугающая, но Скар — другой уровень. Она была совершенно равнодушна к моим попыткам задушить ее. Калеб шокировал меня, издав мрачный смешок.
— Она всегда производит такой эффект на людей. Когда я попытался задушить ее, она прижалась к моей руке и сказала, что у меня маленький член, — сказал он, затем указал на свое лицо. — Ты сейчас думаешь «Какого хрена?» Я также думал.
Скар проигнорировала его, продолжая.
— Андрей пришел после того, как вы покинули клуб, с альтернативным планом. На самом деле, вероятно, это был первоначальный план, но он знал, что вы трое на это не пойдете. Мы не настолько… эмоционально привязаны, — она направилась к островку, положив руки на мраморную поверхность, остальные последовали за ней. — Мы никак не могли подобраться к Юрию. Этот ублюдок известен своей паранойей. Он всегда был таким, но представьте, насколько это усилилось после свадьбы. Он ни за что не вышел бы на публику, поэтому нам нужно было доставить Никки к нему, — сказала она, встретившись со мной взглядом. — И она должна была правдоподобно отреагировать на предательство.
— Она, блять, не знает ни о чем, — взревел я, ударив кулаками по стойке, содрав кожу на костяшках пальцев. Боль помогла сохранить ясность в голове.
На этот раз заговорил Нико, его большая рука опустилась мне на плечо.
Для большого ублюдка он двигался бесшумно.
— Это единственный способ. Я хорошо знаю Юрия, моя семья сотрудничала с ним. Если бы он почувствовал, что ее реакция неискренняя, он бы пустил ей пулю в лоб сразу же, — я открыл рот, чтобы возразить, но Нико проигнорировал меня и продолжил. — И в противном случае мы бы ни за что не смогли приблизиться к нему. У этого человека нет моральных принципов. Он бы посылал человека за человеком, чтобы вернуть ее, убивал без разбора. Уничтожил бы все ваше братство МК, — сказал он, на его лице не было и намека на лукавство.
Вдох на четыре. Выдох на четыре.
Вдох на четыре. Выдох на четыре.
Оцепенение охватило меня, сердцебиение вернулось под контроль. Никки нужен собранный убийца, который знал, как справиться со стрессом в ужасной ситуации. Я не поддамся своим эмоциям, как это было с Кэлл.
Я спасу Никки.
— Хорошо, — сказал я, скрещивая руки на груди и выпрямляясь. — Каков план?
Ганнер скользнул рядом со мной, принимая ту же позу, и в моей груди расцвело тепло из-за этого засранца. Мы братья до мозга костей — независимо от ссор, мы всегда прикрывали друг друга.
