В норе раздался лёгкий шорох. Данилова отступила на шаг и по дуновению ветра поняла, что кто-то выбрался в тоннель, пошёл к залу. Ну вот, её заметили. Впрочем, наверняка заметили ещё раньше... Тильзитки не смотрели в её сторону, но не заметить не могли — значит, доложат или уже доложили.
Пробираясь через узкий лаз, не укреплённый ни единой дощечкой, Наташа старалась не думать о нависающей над ней толщей земли. Мыслями она вернулась к Африканке. Кто она, как попала сюда? Что заставило её стать тильзиткой? Возможно, гипноз. Или комплексное психологическое воздействие, избиение в сочетании с внушением, направленное изменение личности. Наташа слушала лекции по этой теме, даже показывали большой фильм про какую-то ныне разоблачённую секту.
Не верилось, что человека можно переделать так просто, так быстро.
— Если я не уйду, то со мной случится то же самое, Тофик, — сообщила она в «индивидуалку». — Да, я капитан полиции, я продержусь дольше, но ненамного. Если меня сейчас ударят, я не смогу сопротивляться, я зажмурю глаза и свернусь калачиком. А если меня привяжут к кольцу, я сразу сойду с ума.
Тофик, конечно же, ничего не ответил. На открытом пространстве «индивидуалка» может действовать на сотни метров, но не под землёй. Нет антенн — и нет связи. На приборах было много камер, они не могли быть повреждены все. Это крепкие армейские приборы... Тофик видел тильзитов, наверняка видел. Но он видел их и прежде, какой в этом толк? Даже если бы крысы, как они называли этих тварей совсем недавно, притащили антенну в зал, то проку бы в этом не было. Аккумулятор позволит снимать несколько месяцев, но кто просмотрит запись? Для связи нужна непрерывная цепочка передатчиков, указывающих дорогу сигналу, «вешек», как называл их Омар.
— Под землёй его звали Стебель. А это имя дали наверху, в приёмнике? Я даже не знаю. Его сожрали, Тофик. И диггера тоже, а он молодец, хотя бы стрелял. Я не стреляла, не видела мишени, как те снайперы. Сергея, прежде чем съесть, замучили. Зачем? Разве это может быть кому-то приятно? — Обращаясь к Таги-заде, она чувствовала себя спокойнее.
Может ли это быть кому-то приятно... Конечно, может! И на эту тему Наташа видела фильмы, её психологический допуск позволял. Потом не спала ночь, хлестала коктейли. Вот бы сейчас «анисовый»... Или лучше просто водки.
Нора, казавшаяся бесконечной, всё же закончилась. Данилова выбралась в тоннель и в темноте сразу столкнулась с кем-то. Невидимое существо посторонилось, по руке скользнуло что-то твёрдое... Дрова, догадалась Наташа. Тильзитки носят дрова для костра стариков, это входит в их обязанности. Почему наверху этого никто не замечает?! Наверное, пустой квартал... А старики делают дикарям арбалеты и даже взрывчатку. Это они убили Коваля руками тильзитов. Наташа решила непременно придушить всех троих старых мерзавцев, если уж её вернут в зал. Жаль, что она ещё этого не сделала. Но что потом сделают с ней?..
— Знаешь, Тофик, я, наверное, вскрою себе вены. Зубами... Хотя нет, с этим я уже опоздала.
Данилова сказала это вслух, чтобы лучше понять, на что решается. Капитан полиции собирается покончить жизнь самоубийством, запуганный жестокостью взявших его в плен дикарей-мутантов... Позор. Тогда не стоило жить, надо было застрелиться из «рокота» в своей квартире. Но таким, кто может застрелиться, оружие с собой брать не позволяют, едва ли десятая часть обитателей Башенки уносила пистолеты домой. Мужчинам оружие не положено вовсе... Артём бы наверняка застрелился, пьянь эдакая, сейчас, наверное, опять курит у лифта.
Ржавая труба, от которой остались лишь отдельные участки, действительно вскоре повернула. Теперь Наташа шла вдоль стены и шарила руками, отыскивая скобы. Деревянные скобы... Почему деревянные? Потому, что делали их бомжи или даже тильзиты. Им нужен удобный выход поближе к залу, чтобы приносить с поверхности топливо для костра. Тут какой-то парк, а не пустой квартал... Много хвороста. Лосиный остров? Наверняка они здесь не охотятся, чтобы не привлекать внимания.
Впереди раздался грохот, будто что-то упало с порядочной высоты. Ну конечно же, хворост, целая вязанка упала сверху! Наташа, стараясь двигаться бесшумно, пересекла тоннель и прижалась к бетонной стене, покрытой холодной влажной плесенью. Хоть и видят тильзиты в темноте, но всё равно очень хотелось спрятаться. Ведь если Данилову не остановили до сих пор, то, может быть, всё-таки прозевали, проворонили пленницу?
Выждав некоторое время, она подошла к тому месту, откуда послышался шум, и отыскала в стене скобы. По большей части, впрочем, это были не скобы, а просто деревянные брусочки, забитые в трещины. Стараясь дышать ровно, Наташа начала подъём. Там, наверху, обычный коллектор, из которого выбраться, должно быть, очень просто, ведь тильзитки быстро возвращаются. Возможно, она даже увидит лучик света...
Её ударили прямо по макушке, судя по всему, пяткой. Ударили зряче, стараясь оглушить. Данилова сорвалась, но удержалась на кончиках пальцев, повисла, болтаясь в темноте. Если противник действительно её отчётливо видит, то он просто...
Пятка ударила снова, на этот раз по пальцам. Вскрикнув, Данилова полетела вниз и тут же встретилась с землёй. Ей казалось, что она выше, что ещё можно успеть сгруппироваться... В больной лодыжке что-то хрустнуло, но острой боли не было. Откатившись в сторону, Наташа приготовилась схватиться с врагом. Скорее всего, это одна из тильзиток, есть надежда справиться...
* * *
Проснувшись, Живец обнаружил себя на кухне лежащим ничком на кушетке. По привычке он первым делом сверился со своим чутьём. Оно, похоже, крепко спало, наслаждаясь безоблачным будущим подопечного. Что-то часто это стало происходить при довольно странных обстоятельствах.
Отхлебнув из бутылки, чтобы немного прояснить голову — никогда не спать на закате солнца! — Дмитрий прошёл в гостиную и увидел Шацкого. Майор поднял голову от экрана компьютера.
— Ты в порядке?
— Испугался? Не бойся, это не кататония...
— А что?
— Что-то, — пожал плечами Дмитрий. — Что-то же должно отличать меня от всех живущих на земле?
— Дурак ты, Гладышев. Я вот искал Отиля по нашим каналам...
— Я успел про него рассказать?
— И не только про него. А потом отключился, я не смог тебя разбудить. Так вот, Отиль наверняка сбежал, от Милоша, а спрятаться от всесильного мэра можно только с помощью федеральных структур. Я логично рассуждаю?
— Не очень. — Живец устало повалился на диван. — Я, например, обойдусь без вас. Хотя не скрою, очень хотел бы стряхнуть Милоша с хвоста.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
