— Мы потеряем уйму людей.
— Может быть и так. Но что бы сделал ты, Сергей, будучи приглашенным во вражеский лагерь на переговоры? Полностью доверился бы врагам? Или попытался бы как-то прикрыть свой отход?
— М-м-м… да.
— Я рассматриваю сложившуюся ситуацию, как наиболее благоприятную для нас из всех, что были раньше. Если они тащат за собой оружие, на что я надеюсь, это значит, что они относятся к нам достаточно серьезно. Никто не будет стрелять из пушек по воробьям. — Он огляделся. — Не пора ли нам идти? Думаю, что мы достаточно их потомили. Вы готовы, Артур?
— Конечно, — двойник Генерального Секретаря отбросил в сторону исписанные листки. — Этот парень Роббинс знает свое дело. Ни одно из предложений не перегружено согласными, а первые пять строк я выплесну прямо фонтаном!
— Отлично. — Они двинулись: актер первым, затем Секретарь, а за ним — Постоянный Заместитель Секретаря в сопровождении своих помощников.
Из всей длинной процессии хрошии, которая покинула космопорт, в зал вошла только дюжина из них, но даже и сейчас зал оказался заполненным. Мистер Кику с интересом посмотрел на них: ведь он в первый раз оказался лицом к лицу с хрошии. Он удостоверился, что этим существам отнюдь не было свойственно выражение дурашливого кукольного добродушия, которое было у Луммокса, хотя парламентеры были мельче Луммокса. Прямо перед платформой стоял один из них, сопровождаемый по бокам двумя спутниками, и все они смотрели в упор на Кику. Взгляд этот был холодный и оценивающий. Мистер Кику ощутил определенное неудобство: ему захотелось опустить глаза. Вместо этого он выпрямился и припомнил, что, по мнению его гипнотерапевта, взгляд он умеет выдерживать не хуже хрошии. Гринберг тронул его за локоть.
— Они и сюда притащили оружие, — шепнул он. — Вон там, видите? Сзади?
— Мы не должны показывать, что нам это известно, — ответил Кику. — Будем считать, что это их аппаратура для трансляции конференции.
Доктор Фтаемл стоял рядом с передним хрошии, и Заместитель Секретаря сказал ему:
— Сообщите, что здесь присутствует наш Генеральный Секретарь. Представьте его как главу семнадцати могущественных планет.
Раргиллианин помедлил:
— А как быть с Президентом вашего Совета?
— В таких случаях обоих представляет Генеральный Секретарь.
— Очень хорошо, мой друг. — Раргиллианин заговорил на высоких тонах, которые напомнили Кику писк игрушечной куклы. Хрошии кратко ответил ему в том же тоне, и внезапно Кику перестал чувствовать напряжение, которое охватило его при виде этих существ. Невозможно испытывать почтение и преклонение по отношению к существу, которое пищит, как брошенная кукла. Но он заставил себя вспомнить, что смертельно опасный приказ может быть отдан на любом языке. Фтаемл обратился к нему:
— Рядом со мной… — Фтаемл издал короткий визг на странном языке, — тот, кто является командиром корабля и главой экспедиции. Она… нет, пожалуй, «он» будет лучше… он — потомственный маршал и… — раргиллианин остановился и обеспокоенно дернулся. — В вашем языке нет обозначения соответствующего ранга. Я бы предпочел сказать «владелец дворца».
Гринберг внезапно вмешался:
— А как насчет слова «босс», док?
— Прекрасное предложение! Да, он — Босс. Ее… его положение в обществе, может быть, и не столь высоко, но его авторитет практически не имеет пределов.
— Достаточен ли его чин для того, чтобы вести и заключить переговоры? — спросил Кику.
— О, вне всякого сомнения!
— Тогда приступим. — Кику повернулся к актеру и кивнул. Затем, наклонившись к панели, стоящей перед ним, включил систему аварийной связи и спросил: — Все в порядке?
— Да, сэр, — раздался тихий голос в его ушной раковине. — Один раз картина пропала, но сейчас все в порядке.
— Видят ли нас Генеральный Секретарь и Начальник Штаба?
— Думаю, что да, сэр. Их кабинеты на связи.
— Отлично. — Мистер Кику стал слушать речь Генерального Секретаря. Она была немногословной, но преисполнена большим достоинством. Актер говорил так, чтобы Фтаемл успевал переводить. Генеральный Секретарь приветствовал прибытие хрошии на Землю, заверил их, что все люди Земли испытывают большую радость из-за того, что наконец был найден их потерянный ребенок, и добавил, что этот счастливый случай должен стать для хрошии поводом занять подобающее им место в Обществе Цивилизаций.
Затем двойник Генерального Секретаря сел на место и, поскольку никаких практических действий от него больше не требовалось, сразу же отключился, оставшись горделиво сидеть с открытыми глазами. В такой позе римского императора он мог сидеть часами, не обращая никакого внимания ни на какое зрелище или церемонию, в которых был вынужден участвовать.
Столь же краток был и Макклюр. Он повторил слова Генерального Секретаря, добавив, что теперь Федерация готова обсудить все деловые вопросы взаимоотношений между Федерацией и благородными хрошии. Гринберг наклонился к Кику и шепнул:
— Хлопать надо, босс?
— Заткнись, — дружелюбно сказал Кику. — Доктор Фтаемл, собирается командир судна и экспедиции выступить с ответным словом?
— Думаю, что нет. — Он переговорил с главой хрошии и снова повернулся к мистеру Кику. — Его слова представляют собой не столько формальный ответ, сколько достаточно весомый комментарий к двум прослушанным речам. Он говорит, что хрошии не нуждаются в других… м-м-м… низших расах, и говорит, что не собирается заниматься ничем другим, кроме того, что уже было обговорено.
— Если они в самом деле не испытывают нужды ни в ком, спросите его, чего ради они явились к нам и почему предлагают нам подарки?
— Но вы сами настаивали на них, мой друг! — в изумлении сказал Фтаемл.
— Благодарю вас, доктор, но в данный момент я не нуждаюсь в ваших комментариях. Потребуйте от него ответа. И, пожалуйста, не подсказывайте ему.
— Попытаюсь. — Фтаемл обменялся несколькими визгливыми звуками с командиром хрошии. — Прошу прощения. Он говорит, что они приняли ваше детское требование как простейший способ достичь своей цели. А сейчас он хотел бы поговорить о выдаче им Джона Томаса Стюарта.
— Скажите им, пожалуйста, что в данный момент этот вопрос не подлежит обсуждению. Повестка дня предполагает, что первым делом мы должны обсудить установление дипломатических отношений.
— Простите, сэр. Понятие «дипломатические отношения» довольно трудно для перевода. Я работал над его осмыслением и истолкованием несколько дней.
— Тогда скажите ему, что в настоящий момент он видит перед собой образец дипломатических отношений. Свободные существа, беседующие как равные с мирными намерениями, для общей выгоды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
