На землю садятся еще двое и верхнюю область моего черепа начинает жечь с неимоверной силой. Мне кажется, что сейчас вспыхнут мои волосы! Они могущественнее Дроммеля!
Таинственные четырехрукие гости продолжают молчать. Рики спрыгивает с плеча одного из них, бежит ко мне и запрыгивает ко мне на грудь, после чего радостно утыкается носом в шею и замирает. Жжение в голове полностью пропадает.
Кого же ты ко мне привел, малыш?
Владыка ложится на землю и поворачивается на бок так, что уничтожающая его тело руна оказывается прямо перед пришельцами, и… засыпает. В мою голову неожиданно приходит осознание того, кем могут быть эти странные существа. Пожалуй, такое под силу только одной расе по эту сторону Хаттайских гор.
Гитайя!
Один из тех, что остались стоять, подходит к чудовищу и начинает осматривать созданную мной дыру в его спине, а потом поворачивается и пристально смотрит на меня. Я вглядываюсь в его лицо. Первыми в глаза бросаются мощные клыки сверху и снизу крупных челюстей, что просто созданы для убийства и сражений. Маленькие, глубоко посаженные глаза изучают меня, но он продолжает молчать, раздувая небольшие ноздри на том месте, где должен находится нос.
Мимо проходит еще один гитайя и идет куда-то в сторону. На его пути лежит изувеченный труп военного. Он внимательно разглядывает его и садится рядом. Его тело становится неподвижным, а лежащий рядом покойник внезапно оживает и, не взирая на переломанные конечности, начинает ползти в мою сторону. Я неуверенно делаю шаг назад.
— Стой! — произносит труп булькающим невнятным голосом, — Убери магию со зверя.
Они не могут справится с простенькой руной? А как же легенды об их невероятных возможностях? И зачем им сохранять жизнь исполинскому монстру? Они его хозяева?
— Не могу. Мне нужно спасти моих людей. Они глубоко под землей и Владыка их единственный шанс выжить! — я постарался, чтобы мой голос прозвучал как можно увереннее, хотя и сомневался, что это как-то повлияет на странный разговор.
— Тогда спасай их, убирай магию и уходите прочь, — уже более внятно ответил труп, — Но, если тот, кого ты называешь Владыкой умрет, мы уничтожим тебя и остальных. Согласен?
— Да! — я быстро прикинул в голове расход крови на телепорт и заключил, что особого вреда громадный монстр не получит.
— Делай, — коротко ответил мертвец.
Я извлек камы, неуверенно посмотрел на сверлящих меня глазами гитайя и начал взбираться наверх по телу монстра, пытаясь собрать в кучу беспорядочно витающие мысли. Происходящее сейчас казалось каким-то невероятным сном. А как же истории Юфина и профессора о том, что гитайя убивают всех, кто рискует сунутся на их территорию? Хотя, насколько я помню, их земли находятся сильно южнее.
Добрался до Соа, сконцентрировался на силовых линиях, пересекающих пространство над дырой, и начал искать точки для разрыва. В отличии от Феу, этой руне поверхность нужна только для начертания, а дальше она способна существовать и без твердой основы.
Готово! Руна растворилась, и, прямо на моих глазах, кровотечение стало останавливаться, а вокруг раны стала быстро зарубцовываться плоть. Вот в чем секрет потрясающей живучести Владыки! У него что-то похожее на мою регенерацию, но не настолько эффективное. Судя по виду новой ткани, здесь останется большой шрам.
— Кай! — до меня донесся удивленный голос Драфта, который тут же заглушили крики радости остальных заключенных.
Я повернул голову и обнаружил, что мои люди решились на телепортацию. Вокруг меня собралась огромная гомонящая толпа. Они обнимались, пожимали друг другу руки, понимая, что годы, проведенные за тяжким трудом, дали свои плоды. Немного от них в стороне обособился Крастер, который с улыбкой смотрел на меня и одобрительно кивал головой.
— Драфт, Крастер. Спускайтесь со стороны живота Владыки и живо уводите людей в горы. У меня еще здесь дела, я присоединюсь чуть позже.
— Какие дела, старина? Ты уже победил! Мы победили! — на его счастливом лице появилось легкое недоумение.
— Драфт! — я повысил голос и указал глазами в сторону гитайя, — Делай, что велено. Они ведь могут и передумать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава мастеровых проследил за моим взглядом, и его рот открылся в изумлении. Пятеро существ внизу и один труп солдата безэмоционально наблюдали за происходящим.
— Понял, Кай! Я мигом! — он повернулся к ликующим людям и скомандовал, — За мной, уходим отсюда немедленно!
— Крастер, иди с ними, — я перевел взгляд на крысолова, — Так будет безопаснее.
Я дождался прибытия оставшихся членов моей бывшей общины, проводил их вниз и приложил руку к телу монстра. Передо мной открылась бесконечная картина внутреннего устройства этого исполинского существа. Четыре мощных сердца, невероятной прочности кости и странные мышцы, желтоватого цвета. Все жизненно важные органы оплетала желеобразная субстанция, помещенная в упругий каркас все из тех же желтых мышечных тканей. Это точно не могло быть созданием природы! Странно, что я не догадался осмотреть его тщательно в той пещере. Но сейчас Владыка все еще полон сил и однозначно выживет!
Когда-нибудь, я узнаю об этом больше, когда стану сильнее! Ставшие в Яме призрачными планы познания мира и магии, вновь обрели ясность. Надеюсь, гитайя сдержат слово. Я никогда не слышал об их общении с людьми, они просто предупреждали любопытных ментально и давали им шанс уйти, а уж только потом переходили к крайним мерам.
Им так ценен Владыка, что они пошли на компромисс со мной? Или есть что-то еще?
Я уничтожил руну телепорта, спустился на землю и произнес, глядя на укротителей этого исполина:
— Он будет жить.
— Мы знаем, — пробулькал труп солдата, — Теперь уходи.
— Можно вопрос? — все же я еще испытывал робость перед этими существами.
— Зачем?
Я опешил, так как ожидал услышать простое «да» или «нет». Ну и ладно, спрошу сразу.
— Почему вы нас не тронули?
— Ты не нарушал правила.
— Какие правила? — любопытство разгоралось во мне все сильнее.
— Наши правила.
— Я хочу знать больше!
Труп замер ненадолго, а затем снова произнес:
— Ты не как они, — он поднял изувеченную руку и указал в ту сторону, куда ушли заключенные, — Другой. Быть может самый уникальный в этом мире, но то, что нам в тебе интересно — сокрыто непреодолимой для нас преградой. Приходи как избавишься от нее, нам будет что тебе предложить. Теперь уходи.
— Какая преграда? О чем вы? — меня охватило отчаяние.
— Тебе лучше знать, это выше нашего понимания. На плане твой души камень, уничтожь его и тогда возвращайся. Мы будем ждать.
— Как разрушить камень?
— Это тебе предстоит выяснить самому, он сдерживает твою истинную суть. Ты — не тот, кем себя считаешь.
Труп обмяк и повалился на землю, а сидящий до этого гитайя поднялся и присоединился к остальным, после чего указал мне когтистой рукой на моих людей вдали и покачал головой.
Я понял, что разговор окончен и молча поплелся к заключенным. Только что сбылось одно из моих многочисленных детских желаний — увидеть гитайя собственными глазами, а что в итоге? Я получил новые вопросы и ни одного ответа. Или получил? Только то, что я «не тот, кем я себя считаю». Тогда кто я?
И еще этот проклятый камень… Значит его вижу не только я!
Спустя десять минут я нагнал Драфта и людей. Они собрались на небольшом плоскогорье и терпеливо ожидали меня.
— Что дальше, Кай? — произнес уже бывший глава артели мастеровых.
— Вам решать, — ответил я. — Скоро о побеге станет известно, нас будут искать по всем Четырем королевствам. Ты, кажется, хотел отправиться в Далийский Халифат?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я и не изменю своего решения, — твердо ответил Драфт. — Со мной пойдут мои люди, если ты не против.
— Я не против. Но грабить и убивать, без крайней необходимости, запрещаю.
— Хорошо, только вот я пока не очень понимаю, как до туда безопасно добраться, — на его лице появилась легкая растерянность.
