— Это ее дом, — сказала Элли. — Как ты мог потребовать, чтобы она покинула его? Это жестоко.
— И она любит тебя, — добавила Люси.
Уилл повернулся к сестре:
— Ничего подобного. Она просто делала все, чтобы добиться своего.
— Это совсем не похоже на Элизабет, — спокойно возразила Люси.
— Потому что она обманывала нас всех, — сказал Уилл.
Элли неодобрительно уставилась на него.
— Мне это представляется в высшей степени сомнительным. Ты сделал что-то не так. Она уехала из-за тебя.
Уилл сжал кулаки.
— Я ничего не сделал. Но поскольку никто из вас мне не верит, я буду ужинать в другом месте.
— Уилл! — крикнула ему вслед Элли, когда он уходил. — Это не все! Ты извинишься за то, что ты сделал.
— Я ничего не сделал, Элли. Абсолютно ничего. — Он распахнул дверь и с силой захлопнул ее за собой.
Он ничего не сделал, просто полюбил не ту женщину. Повторилось все то, что у него было с Эбигейл. Только почему он не испытывал такого гнева но отношению к Эбигейл? Она ведь манипулировала им годами.
Потому что он не любил Эбигейл.
Ему надо узнать, правду ли сказала ему Элизабет об Эбигейл. Не то чтобы он хотел вернуть ее. Но ему надо было узнать, как далеко могла зайти Элизабет в своих измышлениях. Он вернулся в дом и распорядился, чтобы ему подали карету.
До гостиницы, где остановилась Эбигейл, было недалеко.
— Я хотел бы увидеть мисс Мейсон, — сказал он хозяину гостиницы.
Тот смерил его глазами с головы до пят.
— Они ждут вас?
— Они? — Время от времени Уилл благодарил судьбу, что он герцог, и сейчас был как раз такой случай. Он подал свою визитную карточку.
— Извините, ваша светлость. — Хозяин гостиницы поклонился. — Мисс Мейсон и ее отец в столовой. Я сообщу им о том, что вы здесь.
— Нет, не надо, — сказал Уилл, хватая хозяина за руку. — Я сам.
— Хорошо, ваша светлость.
— Когда они поселились? — спросил Уилл.
— Вчера утром, ваша светлость.
— И они приехали вместе?
— Да.
Возможно, Элизабет была права.
— У вас найдется комната, где мы могли бы побеседовать?
— Да, ваша светлость. Для вас мигом приготовят кабинет — он за вашей спиной. Столовая дальше по коридору, — сказал хозяин гостиницы, жестом показав, куда надо идти.
— Спасибо. — Уилл прошел туда, куда было указано, и остановился у входа. Он окинул глазами комнату и действительно обнаружил в ней Эбигейл и ее отца. В какой-то момент Эбигейл увидела его, глаза у нее широко раскрылись. Она огляделась, словно ища путь к отступлению.
Он подошел к их столу и положил руки на спинки их кресел.
— Добрый вечер, мисс Мейсон и мистер Мейсон. Какой сюрприз — я вижу вас обоих.
Мистер Мейсон поднял на него глаза.
— Я только что прибыл. Я прибыл, чтобы забрать мою бедную девочку прежде, чем она совершит огромную ошибку.
— В самом деле? Почему бы нам, не перейти в более подходящее место? — Уилл отступил от кресел, приглашая их встать.
— Уилл… — начала было Эбигейл, но замолчала, поймав на себе его взгляд.
— Идемте, — хрипло сказал он.
Они последовали за ним в кабинет хозяина. Уилл сел в деревянное кресло и ждал, пока отец и дочь последуют его примеру.
— Вы не хотите закрыть дверь, мистер Мейсон?
Мистер Мейсон нерешительно закрыл дверь.
— Что все это значит, Атертон?
— Теперь Кендал. Вернее, герцог Кендал.
Мистер Мейсон насмешливо скривил губы:
— Не все ли равно? В Виргинии вы были всего лишь фермером.
— Совершенно верно, но сейчас мы не в Виргинии.
— Хотелось бы знать, зачем вы здесь? — требовательно заявил мистер Мейсон.
Уилл улыбнулся:
— Именно об этом я хотел бы спросить у вас. Почему вы оказались здесь? Вы оба.
— Уилл, я уже говорила вам сегодня, — произнесла Эбигейл. — По крайней мере, пыталась сказать, пока эта маленькая шлюшка не прервала нас.
Уилл сжал челюсти.
— Никогда не называйте ее так. — Даже если это было точное определение Элизабет.
Эбигейл раздраженно села.
— Уилл, я все же не верю, что вы спали с той ужасной женщиной.
— Мы уже обсудили это, Эбигейл. Я хотел бы знать, почему вы оба здесь. Особенно вы, мистер Мейсон.
— Я сказал вам. Я недавно сошел с корабля.
— В самом деле? Тогда как случилось, что моя кузина слышала ваш разговор с дочерью в книжном магазине этим утром? — Уилл небрежно сплел пальцы за головой, хотя все его мышцы напряглись.
Вы говорите о той самой кузине, которая носит ваше дитя? — спросила Эбигейл.
— Да, — ответил Уилл.
— Уилл, эта девушка свела вас с ума, вы не видите, что она лжет. Мой отец появился здесь недавно. Ваша кузина просто действует в своих интересах.
Уилл на мгновение засомневался, но вспомнил слова хозяина гостиницы.
— А владелец гостиницы клянется, что вы оба приехали вчера.
Эбигейл побледнела и взглянула на своего отца.
— Хорошо сыграно, Атертон. Мы приехали вчера. Моя дочь рвалась в Лондон, а я не мог отпустить ее одну.
«Это, пожалуй, правда», — подумал Уилл.
— Почему сейчас? За прошедшие пять лет я несколько раз делал ей предложение. Каждый раз вы оба отказывали мне.
— Потому что вы не подходите моей дочери, Атертон. То, что вы теперь герцог, мало что значит для меня. — Мистер Мейсон схватил дочь за руку. — Мы сейчас уедем.
Что-то фальшивое было в этой сцене. Они чего-то недоговаривали.
— Подождите. Моя кузина сказала — она слышала, как вы говорили о том, что Эбигейл станет герцогиней Кендал, — сообщил он, глядя на мистера Мейсона. — За честный ответ я плачу вам тысячу фунтов. Она говорила правду?
— Уилл, я думала, вы уже поняли, что ваша кузина не видела нас, — сказала Эбигейл.
— Я говорю с вашим отцом Эбигейл. И хочу, чтобы ответил он.
Мистер Мейсон покраснел.
— Да, я говорил это. Потому что моя дочь стала бы великолепной герцогиней. Ей надлежит быть герцогиней.
Уилл провел ладонью по волосам.
— Вы ненавидели меня, вам ненавистно даже то, что я стал герцогом.
— Нет, я только хотел, чтобы вы так думали, — ответил мистер Мейсон. — Если бы вы женились на ней до того, как стали наследником, вы бы никогда не вернулись в Англию, не заявили бы права на титул и наследство. Однако посчитав, что у вас нет шансов заполучить Эбигейл, вы остались здесь. Эбигейл, явившись через месяц, рассчитывала преподнести вам сюрприз. К тому времени вы бы уже обосновались здесь.
— Но вы говорили, что ненавидите Британию.
Мистер Мейсон самодовольно улыбнулся:
— Говорил, не отрицаю. Вы должны были поверить, что у вас нет шанса получить мою дочь. Господи, вы хоть понимаете, как трудно обеспечить достойную жизнь в Америке? Эбигейл заслуживает большего, чем маленький неопрятный дом.
