ровесников или равных мне. Я либо начинаю их чему-то учить, или защищать от чего-либо. Поэтому и мне с ними не особо интересно, и для них я кажусь занудой. А взрослые, наоборот, не видят во мне равного себе и всегда подвергают сомнению все мои предложения и рассуждения, несмотря на то что выгляжу я уже как совершеннолетний. Единственным более-менее взрослым человеком, кто воспринял меня всерьёз, оказалась Римани. Она мне прямо заявляла, что не видит во мне ребёнка и обращалась соответственно. Возможно, из-за подобного обращения я часто вспоминал её после расставания и даже несколько раз думал, что нужно было принять её предложение.
Однако, с прихода в Желань равного отношения от старших я так и не увидел. Вот и получается, что за более чем полгода в городе у меня не появилось ни одного друга. С другой стороны, это позволило мне сосредоточиться на воспитании и обучении Луки, а также на моём собственном развитии.
С начала зимы я стал периодически брать в городе подработку на очистку снега, ведь при помощи магии огня я мог достаточно быстро очистить нужное место от снега и сделать так, чтобы на этом месте не образовался лёд после чистки. А иногда брал с собой Луку, и для него это было тренировкой магии ветра, когда он, сильно концентрируясь, собирал потоками ветра снег в одну кучу и не давал ему разлететься во все стороны. Ну а сугроб я потом убирал себе в инвентарь.
Иногда я обедал у Снежаны, либо из-за работы, либо, когда не хотелось готовить. Благодаря этому мы смогли более-менее подружиться с её дочкой, которая оставила у меня не очень хорошее первое впечатление. Но со временем всё наладилось. Я даже передал Снежане пару рецептов соусов, салатов и горячих блюд, которые она смогла использовать в своей таверне. А благодаря тому, что я соорудил в её погребе комнату-холодильник, за небольшую плату, она смогла делать холодец, ставший для местных дорогим деликатесом.
Во втором месяце зимы начались метели, из-за чего город быстро замирал. Поэтому и мы стали довольно рано ложиться спать, не смотря на присутствие магического освещения в нашем доме. По крайней мере, когда не было вдохновения на исследование магии, а все упражнения были выполнены.
Однажды ночью я проснулся от громкого стука в дверь на первом этаже. Я резко встал, мгновенно переоделся и спустился на первый этаж. Следом за мной спустился Хэнк.
- Кто там? – спросил я.
- Откройте, это очень срочно! Мой сын умирает, помогите ему пожалуйста! – кричали из-за двери.
Я открыл дверь и увидел стоящего на улице мужика в утеплённом плаще и меховой шапке. Он поддерживал молодого парня, лет шестнадцати, с очень бледным лицом, потрескавшимися губами и очень измождённым видом. Они оба оказались покрыты снегом, ведь за дверью бушевала метель.
- Хэнк, быстро буди Луку и пусть спускается вниз, а вы за мной. – быстро распорядился я и повёл пациентов в операционную.
- Хорошо. Идём сынок. – проговорил мужик и буквально потащил парня за собой.
- Укладывай его на стол. – распорядился я и помог отцу уложить сына на стол. – Что с ним случилось?
- Его укусил поражённый магией волк. Раны вылечили, а спустя два дня началась лихорадка. По началу было не так страшно, и я думал утром отправить его к знахарю, но после заката Радомиру становилось всё хуже, и сейчас он настолько горячий, что уже не понимает, где он и что происходит. – рассказал отец.
- Понятно. Теперь отойди немного. Мне нужно пространство. – попросил я и стал раздевать пациента, к этому времени как раз спустились Лука и Хэнк. Оставив на больном одну нижнюю рубаху, я стал его осматривать. Парень оказался жутко горячий и весь обливался потом. Я проверил глаза, потом проверил полость рта и увидел белый налёт на языке. Это навело меня на мысли об очень опасной болезни, о которой часто рассказывали ещё в школе прошлого мира, и о которой я видел несколько передач. Поэтому я сразу снял нижнюю рубаху с пациента, это мне понадобилось, чтобы заглянуть в подмышечные впадины, а также проверить пах и шею. Я увидел там сильно распухшие воспалённые лимфоузлы. Я предположил худшее, ведь скорее всего это чума. Надеюсь, что я ошибаюсь. Я сразу же использовал «очищение» на парня, на себя и на всех присутствующих. Потом вызвал «тотемочищения» и стал ждать. Спустя примерно полчаса, воспаления лимфоузлов парня стали спадать. Температура тоже немного снизилась, а дыхание стало выравниваться.
- Так, как тебя зовут, для начала, а то неудобно без имени? – спросил я мужика, когда смог отвлечься от его сына.
- Рубило. Я лесоруб. – ответил он.
- Хорошо, Рубило, сколько в твоей семье человек, и кто находился с твоим сыном после укуса волка в одной комнате хотя бы пару минут? – спросил я.
- Жена и ещё четверо детей, а что? – забеспокоился он. – Ещё стражники, когда я рассказывал о нападении, и Баба Ядрёна, которая лечила его раны. Вроде всё.
- Жена и дети дома? Никто не болеет? – продолжил я.
- Дети вроде нет, жене немного нездоровилось вчера, а сегодня младший постоянно плакал. – ответил он и начал сильно волноваться.
- Понятно. – ответил я, достал лист бумаги и начал писать.
- Габриэль, что происходит? – обеспокоенно спросил Лука.
- Лука, это очень опасная и заразная болезнь. Сейчас ты останешься один, а я пойду в дом к Рубиле. Ты же, Хэнк, доставь это сообщение в кремль. Скажи стражникам, что колдун Габриэль просил передать эту записку главному волхву и что это очень срочно и опасно. Теперь иди. – приказал я закончив писать записку и высушив чернила. Хэнк взял записку, оделся и быстро вышел из дома.
- Рубило, пошли в твой дом. Бегом. – и я телекинезом закутал его сына в одежду, в которой того принесли. – Я донесу его, не беспокойся.
- Хорошо. Я поведу. – ответил всерьёз забеспокоившийся лесоруб, вновь запахивая плащ и надевая шапку.
- Лука, каждого, кто сюда придёт, сразу же после осмотра, обрабатывай заклинаниями «чистота» и «очищение». Про деньги не волнуйся, сейчас важнее лечение. Эта болезнь очень заразна и смертоносна. Я подробнее расскажу, когда вернусь. Однако, если у кого-то увидишь такие же симптомы, как у этого парня, то пусть займёт одну из комнат наверху, но болезнь с
