Читаем без скачивания Я хотел, чтобы меня убили - Борис Бабкин

– Позвони и скажи, – сказал Ольге Павлюк Борис, – чтобы автобус пропустили на аэродром и убрали все машины. Когда остановимся на аэродроме, я скажу, чего я хочу. Если не пропустят, буду стрелять.

– Сейчас! – Она быстро набрала номер.

– Убрать всех от здания! – приказал майор ФСБ. – Закрыть аэропорт для всех самолетов.

– Аэропорт не принимает по погодным условиям, – быстро говорила диспетчер. – Следуйте в Липецк.

– Да что же это такое?! – возмущенно обратился к женщине в справочном бюро пожилой мужчина. – У меня внук женится, а я…

– Слушайте объявления, – перебила она. – Вероятно, аэропорт закрыт ненадолго.

– При коммунистах такого не было! – крикнул он.

– Автобус приближается, – услышал лежавший на крыше здания аэропорта снайпер. Это же сообщение приняли еще пятеро, занявшие различные позиции вокруг возможной остановки автобуса. Рослый со шрамом на лбу, передернув затвор, покосился вправо. Он находился в кабине стоявшего на запасной полосе «ТУ-144».

– Фуу! – облегченно выдохнул водитель автобуса. – А я думал…

– Не снижай скорость, – предупредил его Борис. – Въедешь, скажу – куда дальше.

– На скорости могу и перевернуться, – отозвался водитель.

– Хорошо, снижай скорость. Но не вздумай останавливаться, что бы ни произошло.

Ярославская область, Тутаев

– Погодите, – посмотрел в сторону вертолета Михаил, – я ничего не понимаю! Куда…

– Борька захватил автобус с пассажирами, – сообщила Зоя. – И нас доставят в Воронеж. Может, мы сумеем уговорить его сдаться.

– Это пустая затея, – вздохнул Михаил. – Ну ладно, полетели.

Москва

– Чего они хотели? – спросила Елена у отца.

– Вулич захватил автобус с пассажирами. Просили меня лететь в Воронеж и уговорить Бориса сдаться.

– Ясно. Но он мог бы послушать тебя.

– Ты прекрасно понимаешь, – вздохнул Остоцкий, – что для него сейчас самое лучшее – получить пулю. И для нас это будет, пожалуй, каким-то утешением. Он перешагнул через все, чем жил раньше, и принял правильное решение. Только бы снайпер не промахнулся. Надеюсь, телевидение сообщит нам о его смерти.

Воронеж

– Вулич! – раздался усиленный мегафоном голос. – С тобой хотят поговорить…

Длинно простучала автоматная очередь.

– Значит, ни с кем никаких разговоров, – сказал Бескровный.

– Можно я пойду к автобусу? – тихо спросил Михаил. – Я попробую…

– Все, переговоры, не начавшись, закончились.

– Ну, – поставив автомат на предохранитель, прошептал Борис, – давай бей, ну же!..

Снайпер со шрамом на лбу поймал в прицел лоб Вулича. До предела вжал курок и замер. Открыл правый глаз.

– Он подставляется, автомат на предохранителе. Он подставляется, твою мать!

– Вижу цель, – услышал он в рации. – Первый, вижу цель!

– Автомат на предохранителе, – отрывисто проговорил рослый.

– Отставить! – прозвучала команда для снайперов.

По аэродрому от здания к автобусу медленно шел человек.

– Пустите! – вырываясь из рук спецназовцев, кричал Солнцев.

– Да стой, пока я тебя не вырубил! – зло проговорил один из спецназовцев.

Вулич увидел подходившего к автобусу плотного мужчину лет пятидесяти с небольшим. Сев в кресло около водителя, он опустил голову. Водитель переводил взгляд с подходящего к двери мужчины на Вулича.

– Открой, – сказал Бескровный.

Водитель, облизав пересохшие губы, открыл дверь. Вулич не пошевелился. Пассажиры замерли.

Семен Петрович встал около Вулича.

– Выходите все по одному, не толпитесь, – посоветовал он.

– Первыми дети! – поднявшись, громко проговорила Павлюк. И вывела сидевшую рядом девочку. – Иди, но спокойно. – Ее муж бросился к выходу. Женщина, поймав его за плечи, рывком вернула на место. – Выходят дети, потом женщины! – твердо заявила она.

– Не надо конвоя, – прошептал Борис.

Бескровный увидел бегущих спецназовцев. Набрал номер и сказал: – Все назад, только «скорую» для пассажиров. – Увидел, как бегущие остановились.

Из автобуса начали выходить мужчины. Все они опасливо, стараясь не коснуться сидящего с опущенной головой Бориса, выпрыгивали на землю.

– Сволочь! – замахнулся на него шагнувший последним к открытой двери Павлюк. Жена, поймав его руку, вывернула ее за спину:

– Мужчиной надо уметь быть! – и выбросила его из автобуса.

К автобусу подъехали три машины «скорой помощи».

– Уж лучше жить одной, – неожиданно проговорил Бескровный, – чем рядом вот с таким.

– Я подумаю об этом, – улыбнулась капитан Павлюк. – Автомат у него был на предохранителе, а на поясе – три куска хозяйственного мыла.

– Так я и думал, – кивнул Бескровный. – Обязательно свяжитесь со мной, – он протянул женщине визитку, – жду вашего звонка.

– Командир! – В кабину самолета вбежал молодой снайпер. – Что с тобой?

– Я его узнал, – пробормотал командир. – Это капитан, который в Бамуте меня от пули собой закрыл, и я не смог выстрелить. Потом увидел предохранитель. Не смог я…

– Я только хотел, чтоб меня убили, – глухо проговорил Борис. – Сколько мне дадут?

– Не меньше пятнадцати, – забрав у него автомат, ответил Бескровный. – Все, – кивнул он, вытаскивая из-за ремня Бориса пистолет, – пошли.

– С Вихревым кто-то погиб? – поднимаясь, спросил Вулич.

– Нет. А мог и меня с собой прихватить. Он чеку вытащил и держал, а мне сказал о документах и на живот перевернулся. Кстати, пользуюсь моментом – спасибо. Иначе бы…

– С дочерью Вихрева все в порядке? – перебил его Вулич.

– В будущем она владелица фирмы, – ответил Семен Петрович. – А твоя квартира…

– Знаю. Ну вот и архангелы! – Вулич увидел подходивших к автобусу спецназовцев.

– Я отвезу его сам, – твердо проговорил Бескровный.

– А действительно дело отправлено на доследствие? – спросил Борис.

– Да, но для тебя теперь это мало что значит. Вот если бы…

– Даже застрелиться не смог! – усмехнулся Федин. – Его следователь по особо важным из Москвы ведет…

Проходивший мимо снайпер со шрамом сильно ударил его кулаком в лоб.

– Намутил ты воды, – провожая взглядом Вулича, проговорил один из спецназовцев. – Зла, конечно, мы на тебя не держим, но попался бы под горячую руку, бока намяли бы.

Вулич посмотрел в сторону спецназовца и усмехнулся:

– А может, было бы лучше, если б меня убили.

Московская область

– Все-таки взяли его! – закричал один из водителей молоковоза. – Смотри, батя! – позвал он тестя.

– Значит, так судьбе угодно, – отозвался старик.

– А нас он не потянет?

– Цыц! – неожиданно разозлился старик. – С таким хоть куда можно. Не то что с тобой, рохлей. Но на зоне он не задержится.

– Так это ж он у тебя и был! – всплеснула руками сидевшая на диване пожилая женщина. – Глянь, Софья!

– Да вижу, – отозвалась от двери та. – Одного убили, а этот попался. А ведь они оборотня на чистую воду вывели и участкового разоблачили. Вот те и бандиты, Клавдия.

Москва

– Значит, не убили, – выключив телевизор, сказал Остоцкий. – Зря. Будем ждать звонка, – посмотрел он на вошедшую дочь. – Обязательно позвонит, чтоб узнать, кто родился.

– А из тюрьмы разрешают звонить? – удивилась она.

– Сейчас все можно, – усмехнулся Остоцкий. – Но он не скоро позвонит. А вот как сбежит, наверняка поинтересуется.

– Ты думаешь, он снова сбежит? – засмеялась Лена.

– Обязательно.

Воронеж

– Да не ожидал я, – процедил Федин, – а то бы…

– Мужик уходит из органов, – перебил его полковник. – Что-то сломалось в нем, когда увидел, кого убрать должен был. Но зря пожалел, Вулич сидеть не будет, и еще услышим о нем.

Ярославль

– Надо будет ему передачи отвозить, – сказала Зоя.

– Конечно, – кивнул Михаил.

– Вот и кончился Вихрь, – вздохнул Запорожец. – А Афгану тоже навесят не забалуешь. Лихо он в Воронеж прорвался.

– И спекся там, – насмешливо напомнил Алтын.

– Закрой пасть! – процедил Запорожец. – Ты только и можешь, что бабусь на рынках на копейки обувать.

– Надо будет обязательно к Вуличу съездить, – сказала Оля. – Он же последний, кто папу видел. Да и передачу соберем. Правильно, дедушка?

– Съездим, когда осудят, – кивнул лежавший на кровати Шугов. – Навестить, конечно, надо.

Вулича осудили на восемнадцать лет лишения свободы с отбыванием срока наказания в колонии строгого режима. Пока он был под следствием, Лена родила мальчика, которого назвала Борисом. Он узнал об этом после суда, Остоцким разрешили с ним свидание, и сказал, что имя выбрано не очень удачное. То же он говорил и приезжавшим к нему на свидание Арсеньевым. Капитан Павлюк неожиданно для всех развелась с мужем и переехала в Москву. Бескровный перевел ее в уголовный розыск. Солнцев так и остался в следственном отделе и успешно ведет дела. Квартиру Вулич отдал семье офицера ВВС. Снайпер Рощин остался на службе и несколько раз принимал участие в операциях по ликвидации особо опасных преступников. Бывшие сослуживцы Вулича по армии так и работают в милиции. Доказать соучастие Вулича в убийствах в Тверской и Московской областях следствию не удалось. Но подельникам убитого в Тверской области Буратино, потерявшим большую партию наркотиков, и оставшимся на свободе людям Директора доказательства были не нужны, и они дважды пытались убить Вулича в СИЗО. Но это им не удалось.