Читаем без скачивания Загадочный наследник - Хейер Джорджетт

— Боюсь, сэр, что подобная попытка со стороны моего кузена будет задачей невыполнимой. Если судить по тому признанию, которое сделал мне Ричмонд, когда я возил его с собой в «Семь дубов», то он до сих пор не избавился от этой «нелепой» идеи. Хотя, что правда, то правда, она смертельно ему наскучила.

Лорд Дэрракотт вытаращил на него глаза:

— Неужели?! Ну, если он еще от нее не избавился, значит, сделает это в скором времени! Я никогда не дам тебе своего согласия, ты меня слышишь? Боже правый, он же такой хилый мальчик! Это его сразу же убьет!

Забыв об осторожности, Клод бросил недоверчиво:

— Что такое, это Ричмонд-то хилый? Вот никогда бы не подумал! То есть я хочу сказать, он не успокаивается, пока не обскачет все графство на одной из своих необузданных лошадей, или не пройдет пешком несколько миль за парой каких-нибудь жалких голубей, или не покачается на волнах на этой своей яхте. Я бы счел, что армия ему прекрасно подойдет, поскольку военные, кажется, постоянно занимаются строевой подготовкой, или осуществляют маневры, или занимаются чем-то еще, столь же требующем энергии, а это так подходит для Ричмонда — ведь он у нас такой неугомонный!

— Попридержи язык! — зло бросил его светлость.

— Мне не по нутру соглашаться с Клодом, — протянул Винсент, — но справедливость вынуждает меня признаться, что в его словах есть смысл, сэр.

— И ты туда же, не так ли? — угрожающе заметил его светлость. — Как ты думаешь, разве это имеет к тебе хоть малейшее отношение?

— Совсем никакого, сэр. Я просто любопытен. Простите, если эта тема вам неприятна, но нет ли у вас других причин, кроме предполагаемой слабости здоровья Ричмонда, по которой его военная карьера вызывает у вас отвращение?

— Одна из них всем очевидна! — вспыхнул его светлость. — У меня был сын, который выбрал себе карьеру военного!

— На нем свет клипом не сошелся! — чуть не подавился словами Клод. — Нет, черт возьми, сэр!

— У меня шкура толстая, — сказал довольный Хьюго.

— Правда, у меня и в мыслях не было допустить такую бестактность, — вздохнул Винсент. — Полагаю… хотя я несведущ в привычках и обычаях военных, я считаю, младшие офицеры нечасто связывают свою судьбу с дочерьми… э-э-э… состоятельных владельцев прядильных фабрик. — Он сухо улыбнулся своему деду. — Однако умоляю вас, сэр, не вынуждайте меня извиняться перед Хьюго за то, что я навлек ваш гнев на его голову, поскольку мне это чрезвычайно не по душе. Вы позволите мне осведомиться о том, что же вы намерены делать с Ричмондом?

— Нет! Можешь не волноваться насчет мальчишки! — резко ответил милорд. — Я сам позабочусь о его будущем!

— Не сомневаюсь, — сказал Винсент. — Но мысль, что он, возможно… э-э-э… в состоянии сам позаботиться о своем будущем, только что закралась мне в голову.

— Ричмонд еще несовершеннолетний! Когда ему исполнится двадцать один год, он и думать забудет об армии! Можете мне поверить, это не что иное, как мишура, мальчишеское желание гордо выступить в щегольском мундире конногвардейского полка! Я понял это, как только он выпалил, что задумал поступить в конногвардейский полк. Я не собираюсь бросать на ветер тысячу фунтов или сколько там еще, чтобы купить чип корнета, который глупый мальчишка наверняка захочет, стоит ему провести хоть один месяц в армии.

— Это будет очень дорого, — согласился Винсент. — Однако среди нас находится человек, сильный… э-э-э… духом, чтобы противостоять этой чепухе, конечно, если он захочет. — Он повернул голову и посмотрел на Хьюго. — А вы захотите?

Время было неподходящее для того, чтобы Хьюго стал обсуждать столь щекотливый вопрос, однако он отрицательно замотал головой. Результат превзошел все его ожидания. Гнев лорда Дэрракотта выплеснулся через край. Он обращался к Хьюго, но выражение его лица было столь угрожающим, что Клод из опасения превратиться в следующую мишень бочком пробрался к двери и, потихоньку открыв ее, сумел благополучно ускользнуть.

Хьюго, который напоминал Винсенту скалу, омываемую яростными волнами, ждал с невозмутимым видом, пока красноречие его светлости иссякнет. Он лишь сказал, когда закончилось многословное обличение:

— Ну, я не собираюсь начинать с вами распри, сэр, поэтому, похоже, мне предпочтительнее сказать вам спокойной ночи. Но если бы я был опекуном Ричмонда, я бы завтра же купил ему чин корнета, но, поскольку это не так, не вижу причины, почему бы вам не принимать решения как главе семейства.

Тут он дружелюбно улыбнулся своему кипящему от злости деду, кивнул Винсенту и неспешно вышел из комнаты.

Лорд Дэрракотт, утомленный всплеском своих эмоций, замолк на несколько минут, откинувшись в кресле. Но вскоре, как только его дыхание почти восстановилось, он повернул голову и посмотрел на Винсента, сидящего на диване в элегантно-расслабленной позе.

— Поскольку ты предпочел остаться здесь, скажи мне, паршивый пес, какого черта ты оскалился на меня? — спросил он довольно измученным голосом. — Да как ты посмел!

— Ваша светлость, хотя у меня множество пороков, никто до сих пор не уличил меня в застенчивости, — холодно ответил Винсент. — И я ничего не имею против вас. Вы меня неправильно поняли.

— Не лги мне! Ты прекрасно знаешь о моих чувствах по этому вопросу. Зачем ты раззадорил этого… этого выскочку и позволил ему думать, что его чертовы деньги дают ему право совать свой нос в чужие дела, особенно если они касаются Ричмонда?

— У меня есть оправдание, сэр, почему я раззадорил этого слоноподобного Аякса. Мое мнение об его умственных способностях не слишком высокое, но он оказался не настолько туп, чтобы предположить, что в его власти решать судьбу Ричмонда.

— Так, значит, ты играешь роль благожелателя, верно? — язвительно заметил его светлость. — Ведь ты сам не хочешь и пальцем пошевелить ради будущего Ричмонда!

На лбу Винсента между бровями залегла морщинка.

— Меня вообще мало что волнует, сэр. Я питаю к мальчишке определенную привязанность. Но, признаюсь, даже она не подвигнет меня на вмешательство в его дела, особенно если я буду совершенно уверен, что невозможность осуществления той единственной мечты, что он лелеет, не повлечет за собой беды.

— Чушь несусветная! — нетерпеливо бросил его светлость. — Кто заронил в твою голову эти бредни?

— Да этот ваш чертов выскочка, и прошу, не воображайте, что я воспринял их с радостью. Поверьте мне, сэр, никто еще не выводил меня так из себя, как он.

— Я мог бы догадаться, что это он! Да что он об этом знает!

Морщинка на лбу Винсента стала глубже.

— Да, приблизительно это я ему и сказал, но не могу не сознаться, у меня возникло подозрение, что он может оказаться прав. Вряд ли этот олух дослужился бы до своего теперешнего чина, не приобретя значительного опыта в обуздываний юнцов в возрасте Ричмонда.

— Да что он понимает в мальчишках! Разве он может понять Ричмонда! Хотелось бы мне знать, что за беду он напророчил на голову моего внука! — воскликнул милорд. — Черт бы тебя побрал, я думал, у тебя хватит мозгов не позволять Хьюго водить тебя за нос! Знаю я таких! Могу с тобой поспорить, что его ожидание какой-то беды — не что иное, как мелкие неприятности, в которые может попасть не только Ричмонд, но и ты и я. Меня это не беспокоит, но у меня нет этих добрых, побитых молью представлений о морали, какие, будь уверен, имеются у него. Черт бы побрал его дьявольскую наглость! Я дам ему попять, что Ричмонд — настоящий джентльмен! А к тому же внук, каким может гордиться его дед! Никто из вас не сравнится с ним в отваге, потому что он не знает, что такое страх. И характер у него лучше, чем у всех вас, да и внешность. Я больше ничего не хочу слышать ни от тебя, ни от Хьюго! Значит, он думает, что понимает мальчика лучше меня! Господи, это переходит все границы бесстыдства!

— Естественно, — поддакнул Винсент. — Но, боюсь, я не совсем точно выразился. Будет только справедливо указать вам, что Хьюго не бросает тень на характер Ричмонда. Неприятности, о которых он беспокоится, — это беды, в которые может попасть зеленый и упрямый мальчишка просто со скуки. Ему некуда девать свою энергию — а нам всем известно, что Ричмонд очень неспокойный и слишком разочарованный, чтобы обращать внимание на рискованность ситуации. — Винсент хмуро посмотрел на лорда Дэрракотта, а потом опустил глаза на табакерку, которую держал в руках. — Юный Ричмонд меня удивляет, — медленно произнес он. — Насколько я понял, вам неизвестно, что он и не собирался забывать о своей мечте. Я тоже не подозревал об этом, пока не взял его с собой на тот матч. Могу только предположить, что он слегка увлекся боксом, потому что я никогда прежде не пользовался его доверием. Я совершенно уверен, что позже Ричмонд пожалел об этом, а это наводит на мысль, как мало мы о нем знаем.