утром, и я сразу же была заключена в тесные объятия.
Спуститься со своего счастливого облака все-таки пришлось. Калеан позвал всех вниз на семейный совет. К счастью, до того мы уже успели с Дженардом понежиться в постели, поболтать ни о чем, заняться сексом и даже принять душ. Так что к завтраку спустились в полной готовности к трудовому дню.
- Сегодня не получится заняться нашим делом в башне, - Калеан перешел к главному. Он уже знает, что Дженард объявился, наверняка весь дом нас слышал. Тоже надо будет задуматься насчет непроницаемого купола вокруг кровати, чтобы ни один звук не пробился наружу. Калеан с Энирой только так и забавляются. Уверена, малышка Эни сама об этом попросила. Ей было неловко, когда она поняла, что весь дом в курсе их сексуальных игр. Знала бы она, что их постельные утехи – детские шалости в сравнении с нашими. Хотя может и знает… У нее ведь тоже острый слух.
- Сегодня Калеан впервые примет участие в съезде главной двадцатки, - Элим информирует нас с улыбкой. – Там собираются руководители верхних двадцати этажей башни. Наверное, с женами придут, может даже с детьми. Большой праздник намечается для важных шишек.
- Да, именно это я хотел сообщить. Спасибо, Элим, - Калеан будто расстроен, что ему не дали возможности сообщить такую важную новость. – Мы с Эни будем на сборе. Постараемся уйти раньше из-за ее положения, но несколько часов там придется провести.
- Будет кто-то из наших знакомых? – интересуюсь из праздного любопытства.
- Возможно, Энди с Эсмой, но я точно не знаю, какой пост он сейчас занимает. И брат Эниры Дейрус как руководитель этажа хранителей.
- Садитесь ближе к ним, чтобы Эни было с кем поболтать. Эсма очень дружелюбная, и они уже знакомились в башне, верно Эни?
- Да, я помню Эсму. Это был ваш первый день на восемьдесят втором, и Эсма сказала мне, что Калеан – айсберг, - наша блондиночка смеется, щечки порозовели.
- Айсберг? – Калеан нахмурился.
- Да, мы видим только десять процентов тебя, а остальное будто скрыто под водой.
- Странная метафора, - Калеан не оценил.
- А меня она как назвала? – Элим заинтересовался.
- Кажется, одуванчиком.
- Что-о? Почему это? – младший искренне возмутился.
- Она не объясняла, но если хочешь, я переспрошу, - Эни подшучивает.
- Давайте ближе к делу, - Калеан не любит пустые разговоры, заставляет всех ходить по прямой линии. – Дженард, твоим делом мы займемся в ближайшие дни.
- Я понял, не тороплю.
- Калеан, я думаю, этот съезд – отличная возможность замолвить словечко за Элима. Ты ведь уже готов отпустить его в академию? – напоминаю брату о желании младшего.
- Мы уже говорили об этом. Если твой муж займет место Элима в клане, мы его отпускаем, - все перевели взгляд на Дженарда, тот вздернул брови, а Калеан продолжил: - Но в этом году уже поздно. Заявку на пост преподавателя нужно было подавать три месяца назад.
Я грустно вздохнула, посмотрев на младшего брата. Но он не расстроился, скорее задумался.
- Чисто теоретически, если бы я подал заявку три месяца назад, и меня приняли, ты бы меня отпустил?
- Если Дженард остается, то да.
Снова все взгляды устремились на моего парня. Он не стушевался, ответил всем твердым взглядом, но не обронил ни слова, с важным видом продолжил пережевывать завтрак.
- Есть одна проблема, - Элим продолжил свою тему, - преподавателями берут семейных магов от ста пятидесяти лет. Таких, у кого взрослые дети, и нет стремления заводить еще.
- Неужели не бывает исключений? – спрашиваю младшего. Я ведь знаю, что Элим будет там работать, значит, мы должны найти способ его туда устроить.
- Если этот вопрос будут поднимать на съезде большой двадцатки, может даже вынесут на голосование, то мне не помешали бы рекомендации, - Элим смотрит на Калеана.
- Все, что от меня зависит, я сделаю, но на голосование повлиять вряд ли смогу.
- Так может Эндрю поможет? Если он вас в башню рекомендовал, значит, составил хорошее мнение, - Дженард подключился к общему обсуждению, вызвав минутную тишину в гостиной. Все одновременно подумали о том, что это проявление участия можно считать согласием занять место Элима. Я довольно улыбнулась.
- Нет, у Энди к Элиму особое отношение, - брат говорит загадочно.
- Почему? Он среди вас кажется самым безобидным.
- Для Энди он как для тебя Диэн, - Калеан сказал и прокашлялся.
- Ты трахал женщину Хота? – Дженард резко повернулся к Элиму.
- Нет! – в тоне брата послышалось возмущение, чуть ли не оправдание по типу «я не такой, чужих женщин не трогаю». - Мы просто дружили.
- Да уж, куда ни плюнь, у вас сюрприз с подвохом! Просто дружили… Слышал я уже такое.
- Такая у нас семья, - улыбаюсь своему мужчине, задабриваю глазами, только бы он не составил плохого мнения о моем любимом брате. - Эсма влюбилась в Энди, мы тогда считали его обычным человеком, отговаривали даже связываться с ним. Оказалось, что он ее предназначенный.
- Элим, - Калеан серьёзным тоном обратился к младшему, - уже прошло больше трех лет, я думаю, пора тебе знать о том, что тогда случилось.
- О чем ты говоришь?
- Ты был влюблен в Эсмеральду, и у вас было что-то вроде… интима, я не знаю подробностей, но это очень злило Энди. Он стер тебе память об этом, а ты попросил его стереть и твои чувства к ней. Я был единственным свидетелем этого.
- Но почему я ничего не знала? - я возмутилась, среагировала даже быстрее, чем младший, он пока переваривает.
- Твою память он тоже подправил. Энди неслучайно пожимает всем руки при встрече и на прощание. Он стирает, какими силами обладает, и все неугодное ему лично, как, например, близкие отношения Элима с Эсмой.
- Я помню, что мы дружили с Эсмой, в библиотеке часто общались. Она приятная девушка. Но между нами ничего не было, - брат задумался. - Правда, мы с Калеаном предлагали ей замуж… но только для защиты.
Энира резко подняла голову и посмотрела на мужа, нахмурив свое удивительно красивое лицо. Выглядит так, будто маленький пушистый котенок выказывает претензии огромному волку.
Смотрю на Элима насторожено. Не понимаю, он говорит с сожалением или с равнодушием. Каково это,
