Мир достиг или скоро достигнет «нефтяного пика» – максимального уровня добычи, после чего начнется неизбежное падение добычи, в то время как будет требоваться все большее количество нефти.
Последний пункт – о «нефтяном пике» – был ключевым положением, связывающим все остальное. По мере роста цен эта точка зрения приобретала все больше сторонников, особенно на финансовых рынках, и, в результате обратной связи, укрепляла бычьи настроения среди инвесторов и способствовала дальнейшему повышению цен.
На фоне перечисленных причин возникало логичное, абсолютно логичное предположение, что цены будут повышаться и дальше. В конце концов, прогнозы самых известных экспертов предсказывали именно это. Данные, противоречащие этой модели, например анализ одиннадцати сотен нефтяных месторождений, который не выявил «пика» в глобальном масштабе, игнорировались и отбрасывались13.
А имеет ли значение цена?
Этот вопрос расколол нефтяной мир на два лагеря. Одни считали, что цены не имеют значения, другие были убеждены, что имеют. Первые исходили из предположения, что цены продолжат рост по всем вышеупомянутым причинам, но его влияние на потребителей и производителей – и на мировую экономику в целом – будет незначительным.
Вторые утверждали, что влияние будет ощущаться, хотя, возможно, и не сразу. В конце концов, растущие цены сделают то, что делали всегда – приведут к увеличению поставок, привлекут дополнительные инвестиции, подтолкнут развитие альтернативной энергетики и одновременно подавят спрос. Они также опасались более серьезных последствий, таких как замедление экономического роста или даже рецессия, что в свою очередь также ведет к падению спроса.
Однако последняя точка зрения, казалось, опровергалась реальностью. В первый торговый день 2007 г. WTI закрылась на отметке $61,05 за баррель. Год спустя, в первый день торгов 2 января 2008 г. нефть на короткое время подскочила выше $100 за баррель и откатилась. Но уже через месяц она уверенно преодолела этот уровень. И продолжила рост. Нефтяная лихорадка, поразившая Кушинг в далеком 1912 г., вновь вернулась в 2008 г. на этот раз в виде глобальной эпидемии, охватившей всю планету14.
В конце 2007 г. – начале 2008 г. силы, толкавшие вверх цену на нефть, окончательно оторвались от фундаментальных показателей и породили феномен, известный как «гиперрост цен на активы». Или, говоря простым языком, рыночный пузырь.
Взрывной рост
Теперь даже самые крупные и искушенные институциональные инвесторы активно вкладывали в сырьевые товары. В феврале 2008 г. пенсионный фонд штата Калифорния CalPERS, крупнейший пенсионный фонд в США, объявил, что отныне он рассматривает сырьевые товары как самостоятельный класс инвестиционных активов и планирует увеличить свои вложения в «товары» в 16 раз. «Мы ожидаем взрывного роста значимости энергетического и сырьевого секторов», – предварительно объяснил директор по инвестициям CalPERS.
Но град прогнозов продолжался. Один аналитик с Уолл-стрит предсказывал, что в ближайшие два года следует ожидать суперпика цены на нефть на уровне $200.
Этот прогноз поверг в ужас авиакомпании, которые уже пострадали от резкого подорожания реактивного топлива. «Это было, как в страшном сне, – сказал финансовый директор Northwest Airlines. – Мы твердили, что цена скоро начнет падать, но она продолжали расти. Рынок использовал малейшую возможность, чтобы поднять цену еще выше»15.
Свою лепту во всеобщую лихорадку внес и один из наиболее именитых нефтяных аналитиков с Уолл-стрит, опубликовав отчет, в котором объявлял о «структурной переоценке» нефти, отражающей долгосрочные ожидания относительно нехватки нефти и «устойчивого повышения спроса со стороны БРИК». Это означало формирование «рынка с бычьей структурой» на вершине «суперцикла», который будет двигать цены на нефть на «самые высокие в истории уровни». Рост продолжался. К концу мая был установлен рекорд – $130 за баррель. Продажи автомобилей в США резко упали16.
Нефтяной дотком
Некоторые голоса, выбивавшиеся из спетого хора Уолл-стрит, предупреждали о том, что цены на нефть слишком сильно оторвались от реальности. Ветеран нефтяной аналитики Эдвард Морс в своем докладе «Нефтяной дотком» сказал следующее: «Как и во времена доткомов, когда акции “новой экономики” приобрели популярность, все больше аналитиков Уолл-стрит начинают значительно повышать свои прогнозы… Эти прогнозы являются одной из причин притока новых инвесторов, что толкает цены вверх до невыносимого уровня». И далее: «Налицо все классические составляющие пузыря на товарном рынке. Финансовые инвесторы демонстрируют стадное поведение и смотрят на прошлые результаты… Но после достижения некого пика рынок обычно резко падает. Именно так всегда происходит разворот цикла». Больше этого, однако, анализ сказать не может. «Правильно определить момент такого разворота очень трудно», – добавил он.
Морсу не удалось поколебать всеобщую уверенность. Некоторые из его клиентов не просто не соглашались, а громко обвиняли его в неправоте. Цена продолжала крутой подъем, деньги еще больше наводнили рынок на ожиданиях дальнейшего роста. «Пожалуй, главным результатом сегодняшнего уровня цен на нефть являются страхи перед “нефтяным пиком”, – писало одно отраслевое издание. – Мысль об этом заставляет инвесторов покупать»17.
Этому нужно положить конец
Улучшения ситуации не предвиделось. Высокие цены на бензин в сочетании с приближающимся Днем поминовения и открытием сезона летних поездок заразили всю страну тяжелейшей формой агрессии на дорогах. «Наступил идеальный момент, – писала The New York Times, – для конгресса продемонстрировать свою солидарность с разгневанными американскими автомобилистами». Один конгрессмен во время слушаний прямо обвинил руководителей нефтяных компаний в том, что «они грабят американский народ, и этому нужно положить конец». Другой заявил, что нефтяная промышленность должна быть срочно национализирована.
На слушаниях с другой стороны Капитолийского холма сенатор спросил у присутствующих топ-менеджеров нефтяных компаний: «Кого-нибудь из вас беспокоит происходящее?» Один руководитель попытался ответить: «Мы инвестируем всю нашу прибыль. Мы инвестируем в будущие поставки для всего мира, и я горжусь этим».
«Вы, – немедленно вмешался другой сенатор, – бессовестно завышаете цены на бензин»18.
Но на другом конце планеты высокие цены на нефть воспринимались как благо. Каждый год в июне в Санкт-Петербурге в период белых ночей, когда в полночь светло, как днем, российское правительство проводит собственный вариант Давоса – Петербургский международный экономический форум. Форум проходит в огромном модернистском конгресс-центре в выставочном комплексе «Ленэкспо», который вдается в Финский залив. В июне 2008 г. Россия была на подъеме благодаря высоким ценам на нефть и природный газ, что проявлялось в оживленной атмосфере форума.
