Читаем без скачивания Подлость плюс - Алексей Батраков

— Выслал уже.

— Тогда всё пока — Игошин положил трубку.

7 часов утра ровно. Кабинет начальника Заречного РОВД. Кроме хозяина кабинета, находятся Батманов, Филиппов, Волков и Коротков. Последний, вернувшись только что с места происшествия, докладывает начальнику.

— Мы когда приехали, «скорой» ещё не было. Санька на лестничной площадке лежал, в одних трусах, в крови весь. Ему там жена и соседи голову перевязали, подушку подложили — оперативник перевёл дыхание — Топор рядом валяется. Я встал на колени, наклонился над ним — голос всегда хамоватого Короткова непривычно подрагивал — Спрашиваю, Саша, кто тебя? А он рот открывает, а сказать ничего не может. Головой только кивает. Тут до меня дошло, что написать хочет. Я ему сразу — ручку, бумагу, папку подложил… Он писать начал. Выводил, выводил и сознание потерял, а тут «скорая» подъехала.

Коротков достал из внутреннего кармана пиджака лист бумаги, передал начальнику. Игошин посмотрел, мало что поняв, передал бумагу Батманову. Закурил.

— Что жена, соседи говорят?

— Жена первая на крик выбежала. Говорит, два каких-то мужика вниз по лестнице сбегали. Даже про одежду ничего толком сказать не может. Соседи вообще никого не видели. Наши сейчас полный поквартирный обход делают и в ближайших домах — тоже.

— Что в записке-то? — Станислав Викторович перевёл взгляд на Батманова.

— Я думаю… — растягивая слова и усиленно всматриваясь в выведенные на бумаге каракули — здесь три буквы: первая — «С», вторая — «Т», третья — «Е»… Выходит — «Сте…» — закончил, наконец свою мысль начальник розыска.

— Я тоже так думаю — поспешил высказать своё мнение Коротков — «Сте» написано. Это может быть Степанов, Степашин, или Стелькин какой-нибудь…

— Стэфан это! — подал голос молчавший до сих пор Филиппов — Сто процентов, и голову дальше можете не ломать. Это — Стэфан — Корольков Вячеслав Николаевич 1971 года рождения, дважды судимый за грабёж и хулиганство. Второй год, как освободился. Наркоман. Наглый, дерзкий, та ещё сволочь… Ты ж его помнишь, Ильич?… Его Игнатьев месяца полтора-два назад оформлял за неповиновение на десять или пятнадцать суток…

— Ясно — Игошин хлопнул ладонью по столу — Вадим Ильич, план набрасывай: переговорить, по-возможности, подробнее с женой, отработать всех соседей, дворников, кого там ещё…сторожей ночных, Дать ориентировку, встретиться с агентурой и дать задание, ну и т. д. Задерживайте срочно этого Стэфана. Задействуй, кроме своих, весь личный состав и транспорт. Народ собрался?

— Так точно — подскочил Волков — Кто далеко живёт, ещё не добрались, остальные — в актовом зале.

— Николай Степанович — начальник перевёл взгляд на только что зашедшего заместителя по кадрам — Поезжай в больницу и находись там. Может кровь будет нужна, лекарства, ещё что. Если с Игнатьевым можно будет переговорить, постарайся узнать, кто к нему приходил. Я сейчас — к прокурору, а ты, Вадим Ильич, людей разводи по плану. Вопросы есть?… Всё, вперёд!

9 часов 40 минут. Начальник РОВД вернулся с места происшествия.

— Станислав Викторович — встретил на крыльце дежурный Волков — из приёмной начальника УВД два раза звонили. Я сказал, Вы на происшествии. Сказали, чтобы позвонили генералу, как вернётесь.

— Позвоню, позвоню. Какие новости?

— Да всё тоже. В сознание не приходил, операцию делают…

— Да-а…, знал бы, отпустил весной в Чечню. Как ведь просился, на квартиру хотел заработать… А тебя что, не сменили до сих пор? — оторвался от мрачных мыслей Игошин.

— Да чтой-то, заступил Бойко — Волков открыл перед начальником входную дверь — я помогаю просто.

— А…ну-ну — Игошин, поднявшись к себе в кабинет, набрал номер начальника областного управления внутренних дел.

— Слушаю Вас — в трубке послышался как всегда размеренный профессорский голос генерала.

— Здравия желаю, товарищ генерал. Это Игошин из Заречного…Вы велели позвонить…

— Слушаю Вас… — ровный тон генерала не предвещал ничего хорошего.

— Товарищ генерал — начал докладывать Игошин — Сегодня примерно в пять утра двое неизвестных пришли к входной двери квартиры, которую снимает участковый инспектор Игнатьев Александр Иванович 1978 года рождения. Один позвонил, а второй с топором спрятался за стену. Когда Игнатьев вышел на лестничную площадку, второй нанёс ему удар топором в голову. Игнатьев в последний момент успел обернуться и руку выставить. Удар пришёлся вскользь в район височной части, лезвием. Сейчас оперируют… — Игошин сделал паузу. На том конце провода- полная тишина. Может на стол трубку положил и вышел куда, подумал докладывающий — Товарищ генерал, Вы меня слышите?

— Слышу, слышу, продолжайте — тон разговора у начальника УВД сохранялся прежним.

— Вот — выдохнул Игошин — сейчас на раскрытие задействован весь личный состав райотдела, намётки кое-какие есть…

— А что за человек, ваш участковый — перебил генерал — Почему на него покушались, может что не поделили?

— Никак нет, Игнатьев исключительно порядочный сотрудник и…

— А почему у Вас там, в Заречном, всё не слава Богу? — вновь перебили Игошина — То какой-то банк сманивает половину отдела, то сотрудника приходят убивать прямо на дом…

Кто успел уже «вломить», пронеслось в голове у Заречного начальника.

— Никто у меня в банк не ушёл, товарищ генерал, ни одного рапорта я не видел…

— Да когда увидите, поздно будет! — раздражение в голосе генерала проступило уже явно — Работать надо с личным составом, а не рапорта рассматривать. Рановато Вы обюрократились, господин начальник!

— Виноват, товарищ генерал. Думаю, решим мы с личным составом положительно и покушение нынешнее раскроем…

— Не раскроете, можете собирать монатки — в трубке послышались частые гудки.

Игошин тоже положил трубку. Долго чиркал зажигалкой, наконец прикурил.

— Разрешите? — дверь кабинета приоткрылась, в проёме показался Коротков.

— Заходи.

Коротков явно был в приподнято-взволнованном состоянии — Такое дело, Станислав Викторович, я со своим человеком сейчас встречался, и он говорит, что около восьми утра сегодня похмелялся со своим приятелем. А тот приятель на днях пил с Федосеевым Николаем, по кличке Блоха, за убийство судимым, и с нашим знакомым Стэфаном. И те, якобы, по-пьяни, обсуждали меж собой, как мента завалить.

Человек мой про сегодняшнее ничего ещё не знает и подыгрывать не может. Думаю, информация — стопроцентная.

— Да, по-моему, уже весь город знает — засомневался начальник милиции.

— Нет, нет — замотал головой оперативник — не знает он. Третий год у меня на связи, проколов ещё не было. Выходит, прав оказался Николай Иванович, Стэфан это с Блохой, без сомнений уже…

— Ну хорошо — согласился Игошин — Что от меня нужно?

— Машину надо, Станислав Викторович. Ни одной машины свободной в отделе не осталось, кроме вашей. Наши про Блоху не знают, а мне человек адрес один дал, где, возможно, сейчас они оба и находятся. Проехать надо срочно, проверить.

— Пожалуйста, машина в твоём распоряжении.

Оперативник не успел уйти, как зашёл Бойко.

— Станислав Викторович, с областного УВД приехали, с управления уголовного розыска четверо. Говорят, по указанию генерала приехали, помогать…

— Олег — начальник окликнул уходящего Короткова — Слышал? Бери этих помощников, по дороге всё объяснишь.

— Ещё, товарищ подполковник, продолжал докладывать дежурный — звонили из инспекции по личному составу и с управления кадров. Просили передать, что скоро подъедут.

— Начался маскарад — вслух высказал свою мысль Игошин и грязно выругался — Сергеев из больницы не звонил?

— Звонил. Операция прошла нормально вроде, но разговаривать с Игнатьевым не разрешают.

— Слава Богу, что нормально… Позвони в больницу, передай Сергееву, чтобы возвращался, гостей встречал…

11 часов 20 минут. Долго проплутав по пригородным улочкам, Коротков нашёл, наконец, покосившийся домик по переулку Матросова. Адрес совпадал. Пройдя через распахнутую настежь дверь, оперативники застали в доме лежавшего на диване и мощно храпевшего мужчину лет сорока. Коротков узнал в спящем четырежды судимого за хулиганство Петрова Петю, по информации агента — хозяина данного жилища. Быстро проверили все комнаты, чердак, подпол, сарай. Пусто. Стали тормошить спящего. Безуспешно. Били ладонями по щекам. Наконец храп прекратился. Хозяин открыл глаза, обвёл сонно-пьяным взглядом склонившихся над ним оперативников.

— Вставай, Петро! Мы из уголовного розыска — один из «областников» сунул под нос удостоверение — Поговорить надо.

— Ты тут ксивой не тряси — неожиданно заартачился «Петро», поворачиваясь к спинке дивана — Нечего нам говорить, я отдыха…