Госпожа Жервеза
Грезя на пару с Жаннеттой.
Он здесь.
Он здесь как в первый день. Он здесь среди нас как в день своей смерти. Он вечно среди нас словно в первый день. Вечно, изо дня в день.
Он здесь, среди нас, изо дня в день своей вечной жизни.
Его тело, все то же Его тело, висит на том же кресте; Его глаза, все те же Его глаза, мерцают от тех же слез; Его кровь, все та же Его кровь, сочится из тех же ран; Его сердце, все то же Его сердце, источает все ту же любовь.
В силу той же жертвы льется та же кровь.
Один приход озарен вечным сиянием. Но и все приходы озаряются вечным сиянием, ибо во всех приходах есть тело Иисуса Христа.
В силу той же жертвы распято то же тело, в силу той же жертвы льется та же кровь.
В силу той же жертвы недвижна та же плоть, в силу той же жертвы льется та же кровь.
В силу той же жертвы приносятся в дар та же плоть и та же кровь.
Это та же история, абсолютно та же, вечно та же, которая произошла в то время и в том краю и которая происходит ежедневно, изо дня в день до скончания веков.
Во всех приходах всего христианского мира.
Будь то хоть в Лотарингии, хоть во Франции. Все городки сияют в присутствии Божием. Все городки — христианские в глазах Божиих.
Евреи, вы не сознаете своего блаженства; Израиль, Израиль, ты не сознаешь своего блаженства; но и вы, христиане, тоже не сознаете своего блаженства; своего нынешнего блаженства; а это все то же блаженство.
Ваше вечное блаженство.
Израиль, Израиль, ты совершенно не сознаешь своего величия; но и вы, христиане, не сознаете своего величия; своего нынешнего величия; а это все то же величие.
Ваше вечное величие.
Показывая на все городки, все приходы, все колокольни долины — Домреми, Максэ, Вокулер, и в них, и помимо них на все городки, все приходы, все колокольни христианского мира.
Все городки любимы в глазах Божиих,
Все городки — христианские, все городки священные,
Все городки — Божий в глазах Божиих.
Словно заметив, наконец, друг друга.
Жаннетта
– Здравствуйте, госпожа Жервеза.
Госпожа Жервеза
– Здравствуй, дочь моя. Спаси, Господи, твою душу.
Жаннетта
– Аминь. Мой дядюшка сказал Вам, госпожа Жервеза, что я хочу Вас видеть?
Госпожа Жервеза
– Да, дочь моя, и я подумала, что ты несчастна.
Жаннетта
– Увы.
Госпожа Жервеза
– Господь ведет нас, дитя мое, Господь ведет нас за руку. Все в руках Божиих. Мы не совершаем ничего, на что не было бы воли Божией и что не было бы ему угодно. Это Господь, сам Господь привел меня сегодня утром к тебе.
Жаннетта
– Воистину так, госпожа Жервеза.
Госпожа Жервеза
– Господь привел меня к тебе, потому что ты несчастна. Здесь в приходе наивно полагают, что твоя жизнь тебе по душе, потому что ты добрая христианка, потому что ты хорошая прихожанка, потому что ты набожна; потому что ты как должно прошла свое первое причастие; потому что ты исправно посещаешь обедни и вечерни; потому что ты часто ходишь и церковь; и потому что в поле ты становишься на колени, когда издалека доносится мирный перезвон колоколов.
Жаннетта
– Увы.
Госпожа Жервеза
– Но я–то знаю, что всего этого недостаточно. Я подумала, что и ты тоже несчастна, вот почему я сразу же пришла.
Молчание.
Я знаю. Знаю, что ты, напротив, вместила в себе всю печаль христианской души. А эта печаль бесконечна.
Молчание.
Я прошла через это. Святительницы и святители, все святительницы и святители прошли через это. Таково, собственно, условие, тяжкое условие, тяжкий закон, тяжкая школа святости. Я тоже прошла через это, да, и я, недостойная, тоже. Настал твой черед. Каждому свой черед. Каждому свое время. Господь испытывает нас, когда Ему угодно. Господь испытывает нас, каждого в свой черед. Ты не первая. И не последняя.
Жаннетта
Словно бросаясь в атаку.
Внезапно.
– Знаете ли Вы, госпожа Жервеза, что повсюду солдаты штурмуют города и оскверняют церкви?
Госпожа Жервеза
Поначалу словно невольно обороняясь.
– Знаю, дочь моя.
Жаннетта
– Знаете ли Вы, что они кормят своих лошадей овсом прямо на священном алтаре?
Госпожа Жервеза
– Знаю, дочь моя. И уверяют, что получается прекрасная кормушка, очень удобная, как раз на уровне лошадиной головы.
Жаннетта
– И что они говорят ужасные вещи о Пресвятой Богородице, о Матушке нашей Пресвятой Богородице; и что они поносят, что они хулят распятого Иисуса.
Мне даже сказали, что однажды они ударили распятого Иисуса по щеке.
Госпожа Жервеза
– Это не первая пощечина, которую Он получил. Наши Грехи больнее хлещут Его по щекам каждый день.
Наши грехи каждый день наносят Ему тяжкие удары и оскорбления.
Жаннетта
– Знаете ли Вы, госпожа Жервеза, и да простит мне Господь, что я осмеливаюсь вымолвить при Вас эти слова, знаете ли Вы, что солдаты пьют из священной чаши вино, которое дурманит им голову?
Госпожа Жервеза
– Знаю, дочь моя.
Жаннетта
– Следует ли, Господи, следует ли сказать Вам еще и это. Следует ли, в конце концов…
Госпожа Жервеза
– … чтобы исчерпать эту печаль…
Жаннетта
– Следует ли мне сказать Вам еще и это? Знаете ли Вы, что во время пирушек угощением им служат священные пиры?
Госпожа Жервеза
– Все святительницы и святители прошли через это. И мы, недостойные, мы, ничтожные, мы, малые, проходим через это. Я через это прошла, ты — проходишь, мы все через это пройдем. И все же мы лишь простые смертные.
Жаннетта
– Кровь Христова, сосуд, чаша, наполненная кровью Христовой.
Госпожа Жервеза
– Они разрушают дома, они разрушают церкви.
Один дом разрушается, другой строится; один дом разрушается—и этот же дом отстраивается вновь; один дом разрушается — другой дом строится; мы отстроим разрушенный дом заново, мы всегда будем строить новые дома на месте прежних; у нас никогда не будет недостатка в рассыпанных по земле камнях для постройки новых домов, новых земных домов; и у нас никогда не будет недостатка в руках, у нас не будет недостатка в рабочих руках для постройки земных домов, для возведения домов дольних.
Не страшно, мы всегда построим на месте прежних достаточно новых домов.
Мы построим достаточно домов дольних.
Жаннетта
– Кровь Христова, кровь Христова.
Госпожа Жервеза
– Они разрушают наши дома; но даже если бы они разрушили всё, у нас есть, у нас будет, если на то будет воля Божия, в угодиях Отца нашего дом, которого солдаты никогда не разрушат.
Жаннетта
– Плоть Христова, плоть Христова. Что они оскверняют хлеб и вино, плоть и кровь Христову.
Госпожа Жервеза
– У нас есть иные дома, чем те, что нам принадлежат. У нас есть дома, к которым солдаты никогда не подступятся.
Дом, которого солдаты никогда не разрушат.
У нас есть иные дома, у нас есть иные дома.
Есть иные дома, чем отчий дом. Есть иной Отец, чем наш родной отец. Господь уготовил нам, Иисус стяжал для нас иные чертоги, Иисус стяжал для нас чертоги горние.
У нас есть иной Отец, чем тот, который доводится нам родным.
Жаннетта
– Плоть Христова, священная плоть Христова.
Госпожа Жервеза
– Они разрушают церкви, но мы всегда будем отстраивать их заново.'Мы всегда отстроим заново каменные церкви.
Есть иной Отец, чем наш отец.
Мы всегда отстроим заново церкви дольние, мы всегда возведем церкви бренные.
Но есть Церковь, к которой они никогда не подступятся. Есть Церковь Божия, к которой они никогда не подступятся. Есть Церковь горняя, Церковь на небесах Господних. Есть Церковь Вечная. К которой они не подступятся никогда.
Святые сподобились святости навсегда, святые пребудут святы всегда, во веки вечные. Ничто больше не может погубить святых. Иисус сподобился святости навсегда, Иисус свят, Он пребудет Иисусом Христом всегда, во веки вечные. А на небесах Господних пребудет плоть Христова, которой никогда больше не коснутся пальцы грешных рук, никогда во веки веков.
Плоть Христова, которой пальцы грешных рук не осквернят больше никогда.
Жаннетта
– Плоть Христова. Заставить служить греху даже саму плоть, священную плоть Христову.
Госпожа Жервеза
– Есть иная Церковь, чем все церкви (указывая на них) Мёз и Лотарингии, чем Домреми и Максэ, Вокулер и Нанси, Реймс и Руан, Париж и Рим. Есть Рим небесный. Есть Иерусалим небесный. Есть иная Церковь, чем все церкви земли. Есть иная Церковь, чем все церкви христианского мира. Есть иная Церковь, которую грешные руки не разрушат, не осквернят никогда, во веки веков. Есть иная Церковь, чем все церкви земли христианской.
