– Вольха, цей мерзэнный вомпэр...
– Вместо того чтобы с благодарностью принять к сведению дельную критику...
Лично я насчитала четырнадцать столбов, что означало не меньше двух часов ходьбы. “Двадцать верст” Ролар сказал навскидку, а могло быть и восемнадцать, и двадцать три. Усталая, поглощенная своими мыслями, я, не слушая, предложила:
Может, переночуем в избушке?
Друзья осеклись на полуслове, растерянно закрутили головами.
– Где ты видишь избушку?
– Вон там, – я рассеянно махнула рукой вперед. – Завернем за ольховый куст и увидим.
Откуда ты знаешь? Ты бывала здесь раньше?
Я опомнилась и удивилась не меньше друзей.
– Нет... не знаю... У меня просто появилось ощущение, что она там есть – маленькая такая, бревенчатая, с соломенной крышей...
– Приступ ясновидения? – предположила Орсана.
– По ясновидению у меня двойка, – честно призналась я, – но в диплом она не пошла, потому как предмет непрофилирующий. Не могу же я быть специалисткой во всех областях магии!
– А придется, – задумчиво сказал вампир, разглядывая затаившуюся между деревьями избушку. Она точь-в-точь подходила под мое описание; правда, я не упомянула о кой-каких особенностях постройки, характерных для Озерного Края. Огородика и сарайчиков возле избушки не наблюдалось – вероятно, ее использовали как сторожку или охотничью хатку только для ночевок. Когда мы подошли поближе, из печной трубы выпорхнула летучая мышь, давая понять, что в настоящий момент жилье пустует.
– Ой! – восхитилась Орсана, – Избушка на курьих ножках!
– На сваях, – поправил Ролар. – Защита от происков весеннего паводка. Плавающие избушки – не редкость в этих краях. Дриво ежегодно разливается, затопляя луга, а раз в пять-семь лет паводок захватывает и этот лес. Зрелище, скажу я вам, грандиозное: куда ни глянь – вода до трети стволов, избушки по самый порожек заливает, а селяне как ни в чем не бывало на лодках раскатывают, гусей пасут.
– Врешь, – неуверенно возразила наемница. – За гусями по воде даже на галере не угонишься.
– Ну к колодцу за водой плавают, какая разница? Самому правдивому рассказу не повредит немного художественного вымысла. Зануда ты, Орсана.
– А ты врунишка. Сваи от силы по пояс, а вовсе не до трети ствола.
– Смотря какой ствол! – выкрутился Ролар, показывая на чахлую елочку в мой рост.
– Приедете весной и проверите, – оборвала я намечающийся спор. – Леший его знает, сколько еще нам идти и какая дрянь прошлой ночью оставила на дороге четырехпалые следы с парными когтями. Давайте в кои-то веки переночуем под крышей – хватит с меня дикой природы и прелестей кочевой жизни: один бок на костре поджаривается, второй к утру отмерзает напрочь.
– Если верить легендам, одинокие избушки в чаще леса зачастую принадлежат злым ведьмам, – серьезно заметила Орсана. – И посещать их категорически не рекомендуется.
– Нам ли бояться ведьм? – со смешком напомнил вампир, поднимаясь по скрипучим ступенькам.
– Ведьма ведьме рознь, – не согласилась я, на собственном горьком опыте убедившись, что иные коллеги хуже упырей, а избавиться от них куда сложнее. – Постучи на всякий случай, вдруг там кто-то есть?
Стучать не пришлось – дверь проворачивалась на петлях в такт порывам ветра, побрякивая перекошенной, полуоторванной щеколдой. Я вошла следом за вампиром, подсвечивая пульсаром больше по привычке, да еще для Орсаны – нам с Роларом вполне хватало тусклого квадрата окошка. У избушки не оказалось никаких хозяев – ни злых, ни добрых. Она пустовала по меньшей мере с осени, стол и лавки покрывал толстый слой пыли, густо исчерканный цепочками мышиных следов.
– Я бы все-таки предпочла сон на свежем воздухе, – заявила наемница после беглого осмотра. – Здоровее будем. И целее.
Даже Ролар не стал с ней спорить. В избушке отчетливо попахивало склепом, Орсана даже нагнулась и заглянула под просевшую кровать, дабы убедиться в отсутствии гроба. У стены лежал разбитый кувшин, кирпичную кладку над устьем печи пересекала глубокая царапина, обрамленная темными пятнами и потеками, как будто возле нее кого-то с разворота рубанули мечом.
– Кажется, тут была драка, – добавила подруга. – И у меня такое ощущение, что победитель с минуты на минуту вернется и задаст нам перцу.
– Предлагаю его не дожидаться. – Мне совершенно расхотелось спать; пожалуй, я бы даже пробежалась, хотя только что едва волочила ноги. Я погасила пульсар, запоздало сообразив, что мелькающий в окошке свет может привлечь чье-нибудь нежелательное внимание. В темноте чувство надвигающейся опасности только усилилось. Определить, откуда именно она исходит, я не могла; она именно надвигалась,сжимая кольцо вокруг нас. На мгновение мне почудились серые тени, беззвучно скользящие под деревьями, далеко внизу, – и тут же, совсем рядом, стремительный вираж в пяди от оскаленной пасти, потом мелькнул краешек луны и наваждение исчезло.
– Ой! – пискнула Орсана, случайно глянув в окно. – Там кто-то есть!
Не дожидаясь, пока нам навяжут бой в тесной избушке, мы выскочили на крыльцо, но врагов, ошеломленных нашей прытью, не обнаружили.
– Где? – коротко спросил Ролар. Орсана обнаженным мечом ткнула в сторону леса. Мы всмотрелись и прислушались, но тщетно. Что бы там ни было, сейчас оно ушло или затаилось. – Как оно хоть выглядело?
– Такое... движение.
– Уверена?
– Хочешь, перекрещусь? – огрызнулась наемница.
Вместо ответа вампир начал раздеваться. Орсана не сразу сообразила, насколько далеко он намерен зайти, и вид голого мужчины застал ее врасплох. Смущенно охнув и густо покраснев, она несколько запоздало отвела глаза, я же привычно подхватила сброшенную одежду. Орсану ожидало очередное потрясение: Ролар расправил черные нетопыриные крылья, казавшиеся огромными по сравнению с телом, опустился на одно колено и сомкнул крылья над головой. На трансформацию ушло не больше минуты, серый волк энергично встряхнулся и рысцой углубился в лес, обнюхивая землю.
– С ума сойти! – Орсана переложила меч в левую руку. Кончик лезвия предательски дрожал. – Вот уж точно – лучше раз увидеть, чем сто раз услышать. Вольха, почему ты не предупредила, что вампиры сначала... раздеваются?
– А что в этом такого? Голый мужчина – он голый мужчина и есть, вампир там, тролль, эльф, гном, человек или... Слушай, Орсана, ты краснеешь точь-в-точь как благородная девица, воспитанная в женском монастыре! Можно подумать, в вашей деревне не былони одной мужской бани со щелью между ставнями.
– За кого ты меня принимаешь? – не слишком убедительно возмутилась Орсана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
