Она подошла к клетке, перебирая между пальцами ключом. В другой руке она держала черный плащ.
– Я долго думала над твоими словами. Про мою силу. Помнишь?
– Лираса, прошу… – пытаясь отдышаться, заговорил Юстин. – Помоги мне молча. Моя голова сейчас лопнет, и твоя болтовня лишь ускорит процесс.
– Так вот. – Она не послушалась. – Я поняла, что лучше мне уже не стать. Мир не изменить. Себе не помочь. Но все мы рано или поздно умрем, и я хотела бы попасть в иной мир к святой Эвер, а не иссохнуть в пустыне с изгнанным Сэтилом.
– Я передам олхи твое желание, потому что, видят святые, я умру от головной боли прямо сейчас.
– Ты хороший человек, Юстин, – вставив в замок ключ, сказала Лираса. – И я хочу, чтобы ты остановил Ренриса. Я делаю это только потому, что в постели ты старался больше, чем он, – улыбнулась она.
– Похоти бы очень понравился твой комплимент, – усмехнулся Юстин.
Лираса повернула ключ и распахнула скрипучую дверь. А затем бросила Юстину плащ и отмычку, чтобы тот смог освободить себя от оков.
– Когда будешь воскрешать святых, скажи им, что я тебе помогала.
– Идем со мной. – Юстин вставил отмычку в скважину на наручниках. – Ренрис убьет тебя, если узнает, что ты помогла мне.
– Он не узнает. Я спустилась одна, одна и поднимусь. Стража, охраняющая вход в темнице, ничего не заподозрит.
– Ты…
– Достойна лучшего? Ой, прекрати. Достали твои благородные речи. – Лираса развернулась, готовясь уйти. – И… Будь осторожен. В городе сейчас опасно. Умирай после того, как исполнишь пророчество. Хорошо?
– Я постараюсь.
– И когда все закончится, заходи в «Блажь». Скажи Муди, что ты от Лирасы. Он даст тебе ночлег.
И она ушла. А Юстин, накинув на себя плащ, выбрался из темницы через тайный ход, на который указал ему Сэльмон.
Юстин вышел с обратной стороны замка. Там, где высокие волны встречались с острыми скалами. Некогда протоптанная тропинка заросла травой, но скользкие из-за воды камни, уложенные вдоль нее, все еще оставались на месте. Несколько раз чуть не упав, Юстин хватался руками за выступы и медленно двигался вдоль стены дворца. Под ногами хрустели осколки выбитых витражей, и чем ближе он подходил к городу, тем громче становились крики горожан.
Юстин накинул на голову капюшон. Он торопливо обходил паникующих людей, прятался за кустами и разрушенными домами, когда видел наемников. Юстин должен был идти на пристань, но вместо этого бегал по улицам города в поисках Ренриса, у которого должен был забрать камень. Как? Юстин не знал и сам. Решил, что разберется со всем на месте.
«Иди к океану…» – Похоть наконец соизволила ему помочь.
«Гнев ждет нас у портового склада», – Тщеславие ерзало под кожей.
«Торопись, ягненочек!» – вдруг воззвала Похоть. И оглушенный Юстин, сорвавшись с места, побежал вниз, к порту, где стояли корабли.
Сэтхи оказались правы. Со стороны склада доносился шум, и, недолго думая, Юстин направился туда. Прячась среди ящиков, он медленно двигался к Тимсу и Ренрису.
Ренрис, с ножом в ключице, лежал, прислонившись спиной к бочке. Тимс направлял ему в лицо меч. Оба они были в крови, порванной и грязной одежде. Вокруг лежали сломанные доски и разбросанные фрукты из опрокинутых ящиков.
– И давно ты вынашивал этот план, Тимс? – Ренрис сплюнул кровь.
– Четырнадцать лет. – Тимс тоже пытался отдышаться.
– Ого! Твоя выдержка впечатляет… Почему не сделал этого раньше? Зачем тянул?
– У всех нас своя миссия, Бад. Все мы пешки в игре великих олхи. Ты должен был сделать свои ходы для того, чтобы потом сходили другие. Ты расчистил им путь.
– Кому им?
– Тем, кто воскресит святых. Юстин один из них.
– Юстин – бестолковая марионетка.
– Он король на шахматной доске, а ты – обычная пешка. Не мешай ему, Ренрис. Свою роль ты уже выполнил. Пора передать ее другим.
И, замахнувшись острым мечом, Тимс пронзил Ренриса насквозь. Тот даже не вскрикнул от боли, он лишь улыбался. Покрасневшие глаза уставились прямо на Юстина. Он хотел что-то сказать, но Тимс вытащил меч – и Ренрис упал в лужу собственной крови. Тимс наклонился и сорвал с его груди шнурок с аметистом. Вытерев камень о штаны, он повернулся к ящикам. Туда, где прятался Юстин.
– Выходи. Я знаю, что ты здесь, – сказал Тимс. – Я на твоей стороне. Можешь не бояться.
По полу среди ящиков пронеслась знакомая тень.
«Вставай, щенок. – А вместе с ней раздался и знакомый голос: – Хватит трястись. За тебя все уже всё сделали. Никчемный болван».
От этих слов по телу разлилось приятное тепло, а вместе с тем и дикое желание поскорее от него избавиться. Юстин встал и, отряхнув плащ от опилок, подошел к Тимсу.
– Это твое, – протянул кулон Тимс. – Верни его туда, где ему и место.
– Почему вы помогаете мне? – спросил Юстин.
– Тебе не нужно этого знать. Я лишь следую воле сиафа.
– Левиранса?
– Слишком много лишних вопросов. – Тимс вытер лезвие о рубашку Ренриса. – Тебе нужно торопиться. Твоя сестра и потомок святых ждут на Схиале.
– Юри? Она…
– На пристани тебя ждет корабль. Завтра будешь на острове. Моряки уже подняли парус. Если ты не успеешь, я ничем не смогу помочь.
Тимс поклонился. Глубоко и уважительно – так, как обычно делали арасийцы, – и, выбежав со склада, оставил Юстина наедине с тенями.
Глава 33. Далия
![]()
Далия успела соскучиться по Схиале. Сейчас остров пугал ее меньше, как и моряки, зазывающие Далию к себе в штаны. Она смело огрызалась на их выпады и, сыпя проклятиями, грозилась скинуть в океан. Смелости прибавляли и аха, провожающие ее до борделя. На удивление, Далия помнила путь к «Блажи»: улочки, пропахшие специями, и все повороты, ведущие к заветной красной вывеске.
Сокол Варги улетел сразу, как только принцесса взошла на корабль. Аха, так и не отдохнув, уселись за весла и, помолившись Рэю за оставшегося в Виладе сына Севера, отправились в путь. На Схиалу они доплыли быстро: сам ветер будто подгонял их, раздувая белый парус.
В порту Схиалы Далия заплатила смотрителям юны за ночную стоянку, и радостные северные воины побежали в таверны, о которых, кажется, мечтали всю жизнь. Слухи о развратном острове доходили даже до северных земель и, попадая за заснеженные высокие горы, обрастали там новыми деталями и выдумками. Вечно пирующие рокрэйнцы грезили морскими путешествиями и, вступая в ряды аха, ждали, когда король отправит их на Юненский рынок и аукцион. И сейчас, добившись своего, они устремились за расхваленными элем и луксуриями, бродившими вдоль улиц.
Вместе с тремя аха Далия добралась до «Блажи». От разгрома после битвы с Куаном не осталось и следа. Под потолком болтался красный балдахин, на бархатных диванах луксурии ублажали клиентов, а стоны, доносившиеся из закрытых комнат, напоминали о страстной любви.
– Приветствую вас в «Блажи». Доверьтесь нам – и мы исполним ваши желания, – встретила гостей девушка за стойкой.
Далия не знала, как спросить у нее про Соно и Юриэль. Вдруг они не приплыли, и сейчас ее вышвырнут отсюда вместе с аха.
– Вас будет четверо? Вы хотите купить одну луксурию на всех? Или три луксурии и одного луксура?
Аха толкнули Далию в плечо, глазами умоляя помочь им объясниться.
– Э… – Далия засмущалась. – Три луксурии, вероятно.
– А вам?
– А я тут кое-кого жду.
– Киран, Эбби, Шина! – крикнула девушка трем луксуриям, и они, встав с диванов, подошли к северным воинам. – Они не знают эверчанский, – предупредила луксурий девушка.
– Оплата после оказания услуги. Мы ввели новые правила. Теперь каждый платит после того, как получил удовольствие.
Далия перевела это аха, и те, схватив луксурий, разошлись по разным комнатам.
