и поверил на слово. Он всегда мог проверить говорю ли я правду, и не в моих интересах было играть с огнём, пытаясь его провести. Поэтому Торус сразу разъяснил мне новые обязанности:
– Доспехи выдадут в кузнице замка, пока что тебе полагается самый лёгкий комплект. Со временем можешь рассчитывать на лучшую броню, но для начала докажи свою полезность лагерю и преданность Гомезу. Благодаря снаряжению теперь каждый человек в колонии будет знать, что ты принадлежишь к людям барона. Судя по моему опыту, ребята из Нового лагеря больше не одобрят твоё присутствие в их компании, так что имей это в виду. Зато в замок теперь ты имеешь свободный доступ. В казармах займёшь кровать одного из погибших парней – это всяко лучше и безопаснее, чем дырявые хижины по периметру. Не забывай, что ты новичок, поэтому слушай тех, кто уже имеет здесь вес. Лагерь разделён на сферы влияния, рудокопы стараются поддерживать хорошие отношения со смотрящим района, так что вся руда за защиту идёт именно ему. То, что ты формально стал стражником, ещё не даёт тебе права получать долю от этой прибыли. Но ты можешь быть полезен тем, у кого есть руда, или же решать напрямую споры между рудокопами. Главное, чтобы твои действия не противоречили политике тех, кто выше тебя по рангу. И ещё кое-что. Иногда у меня могут быть для тебя особые распоряжения.
– Могу я продолжать охотиться?
– Конечно, занимайся чем угодно. Тебе самому виднее, как заработать на жизнь и сохранить при этом свою шкуру в целости. Никто не будет тут за тобой следить или воспитывать. Просто не забывай, кому ты теперь служишь, и будь готов выполнить приказ Гомеза в любой момент. И ещё кое-что. Если я не увижу тебя в замке больше двух дней подряд, будут неприятности, так что старайся быть на виду.
– Звучит довольно неплохо. Пока для меня нет поручений?
– У меня нет. Походи по лагерю, поговори с нашими ребятами. И не мозоль мне глаза больше необходимого.
– Спасибо.
Первым делом я поспешил в кузницу и получил свои доспехи. Честно говоря, я ожидал чего-то получше. Несмотря на то, что мне разрешили выбрать из двух комплектов, всё равно качество оставляло желать лучшего. Кольчужное плетение было местами порвано, на спине красовалась прорезь от удара ножом, и виднелись следы запёкшейся крови. Видимо, доспехи так и лежали с времён восстания. Самым обидным было то, что кожаные наплечники были немного велики. Доспехи могли обеспечить защиту получше, чем мои охотничьи, но и весили значительно больше. В них было много излишнего, не требующегося в бою, к примеру те же наплечники, или красная ткань, закрывающая кольчугу. Сапог и вовсе для меня подобрать не смогли, и я остался в своих кожаных ботинках.
Руки были закрыты лишь частично, ниже локтя были лишь укреплённые железом кожаные наручи. Ноги и вовсе были защищены только плотными наколенниками, нашитыми на грубые холщовые штаны. Всё это было очень непрактично, тем более для охоты. Зачастую звери вцепляются именно в предплечья и икры. Доспех явно нуждался в улучшении, если я хотел получить от него хоть какую-то пользу. Я попытался убедить кузнеца, что снаряжение надо подгонять и дорабатывать, но он заломил такую цену, что у меня челюсть отвисла. Причём скупердяй напрочь отказался торговаться. Пришлось брать что есть. В конце концов, я решил ходить на охоту в своей старой одежде, а доспехи использовать лишь в лагере. В мыслях я уже представлял себя в красной робе волшебника. Уж она-то должна была быть поудобнее снятой с трупа кольчуги. Но на деле я едва ли хоть сколько-то приблизился к своей цели, ведь поступил на службу к Гомезу, а не к магам. Однако, так или иначе, с этого момента начался принципиально новый этап моей жизни в колонии.
Глава 28. Старые связи
Статус стражника не накладывал существенных обязательств, зато давал множество привилегий. Во-первых, никто из рудокопов больше не рисковал со мной связываться. Стоило порой просто показаться в красных доспехах рядом с оживлённо болтающей компанией скребков, как разговоры затихали. Стражники быстро приняли меня за своего, броня, действительно, оказалась лучшим опознавательным знаком. Можно было беспрепятственно заходить в замок, учиться владению мечом и стрельбе из арбалета, покупать и чинить снаряжение у кузнеца. Но главное – теперь я был поближе к магам. Чтобы как можно больше времени проводить в замке, я даже стал упражняться с мечом. Тренировки проходили прямо во внутреннем дворе, а руководил ими весьма неплохой фехтовальщик, так что время не проходило даром. Мои навыки в ближнем бою никуда не годились, даже самый неопытный вояка легко выбил меч из моих рук в первом же учебном бою. Оставалось лишь удивляться, что такой неумеха, как я, до сих пор выжил в колонии. Если бы не лук, которым я обзавёлся в первые дни, всё могло сложиться совсем не так благоприятно.
Последние события не оставили от депрессии и следа, радость жизни вновь вернулась ко мне. Я откровенно пренебрегал патрулированием внешнего кольца – там и без меня хватало бездельников. В основном, как и раньше, я промышлял охотой. Доходя до одиноко стоящей хижины Кавалорна, я переодевался в свой старый самодельный доспех. Он был легче и практичнее, создавал меньше шума, не мешал подкрадываться к добыче, да и цвета кожаной куртки не были такими броскими, как размалёванные краской тряпки стражников. Был ещё один аргумент в пользу такого перевоплощения – не хотелось встретиться с кем-то из охотников Нового лагеря, будучи облачённым в форму людей Гомеза. К счастью, приятель не отказал мне в помощи и предоставил место в сундуке для хранения вещей. Ради справедливости замечу, что таким гостеприимным Кавалорна сделала пара сотен кусков руды.
Как-то раз, я выслеживал глорха, когда рядом послышалось хлопанье крыльев – птица приземлилась на ветку прямо у меня над головой. Я поднял взгляд и увидел крупного ворона. Он пристально
