смотрим друг другу в глаза. Тёмный огонёк пробегает по его взгляду, от которого у меня перехватывает дыхание.
— Ты не сделаешь ничего подобного. Ты будешь держать мою сперму внутри себя, прижатой твоими мокрыми трусиками, Брайар, или я засуну в тебя что-нибудь, чтобы заткнуть это, — угрожает он. Его угроза только заставляет моё нутро снова ныть, и я слегка стону в его поцелуй. Почему это так горячо? Я не задаюсь вопросом — я просто прижимаюсь к нему.
— Такой нестабильный, — шепчу я ему в губы.
Он улыбается и усмехается. — Я всего лишь мужчина, Сквирт.
Да, тот, кто может убивать людей без угрызений совести.
Карман Романа вибрирует, он достаёт телефон, бросает на него быстрый взгляд, прежде чем опустить его обратно в карман.
— Сазерленд у стола с пивом. — Он нежно убирает мои волосы за ухо, прежде чем поправить мою юбку. — Готова? Я буду наблюдать всё время.
Я нервно киваю и поворачиваюсь, чтобы направиться к пивной стойке. У меня в животе всё переворачивается, когда я подхожу ближе. Грэм разговаривает с несколькими другими мужчинами, поэтому я останавливаюсь на краю стола и делаю вид, что ищу выпивку.
Я смотрю туда, где мы с Романом только что «танцевали», и не нахожу никаких его следов. И никого из остальных. Должно быть, они уже на позициях.
Это должно сработать. Я ставлю всё на кон ради них. Я сжимаю кулаки по бокам и делаю ровный вдох.
— Привет, Торнтон.
Волосы на моём затылке встают дыбом, когда голос Грэма оседает надо мной, как туман. Прошло несколько недель с тех пор, как я в последний раз слышала его голос, и в последний раз, когда я его видела, он выходил из грузовика, с которого началась атака в поле.
Неохотно я поворачиваюсь и дарю ему маленькую улыбку. — Привет, Грэм.
Его мягкие светло-каштановые волосы уложены так же, как и в прошлый раз. Нет никаких следов синяков или порезов от прошлой недели, что означает, что он, должно быть, ушёл невредимым.
Мне стыдно за то, что я облегчённо вздыхаю от того, что он не пострадал. Особенно когда пострадал Гейл. Но он не тот, кто умрёт, даже если он плохой человек.
Он дарит мне свою лёгкую улыбку и непринуждённо прислоняется к стволу сосны.
— Ты так и не написала мне, как обещала, — говорит он с игривым приподнятием бровей, передавая мне пиво в качестве своеобразного мирного предложения.
Я беру его и держу обеими руками, как успокаивающий напиток. Я не могу знать, был ли он на озере той ночью, поэтому решаю оставить всё расплывчатым.
— Да, я уронила телефон в озеро сразу после того, как мы туда приехали.
Брови Грэма хмурятся, и он поджимает губы.
— Правда? Вот неудача. — Тихая пауза проходит между нами. Наше внимание переключается на танцующую толпу. — Я рад, что с тобой всё в порядке. — Он оставляет свой комментарий открытым для интерпретации. Неужели он действительно думает, что я не видела его в поле?
Я решаю перейти прямо к делу и не ходить вокруг да около.
— У меня есть сообщение для Каллума. — Я не позволяю своим глазам оторваться от блеска, который замечаю в тёмных ветвях на другой стороне костра.
Грэм вздрагивает и, подумав секунду над моими словами, бормочет: — Какое сообщение?
— Скажи ему, что я хочу поговорить о том, что он сделал той ночью. Скажи ему, что я… — Боже, это как глотать ножи. — Скажи ему, что я всё ещё люблю и скучаю по нему. Мне всё равно, во что он ввязался. Скажи ему, что мы можем всё уладить вместе.
Грэм просто смотрит на меня, сужая глаза с подозрением.
— Я передам твоё сообщение. — Он поворачивается, чтобы уйти.
— Подожди, откуда я узнаю, каким будет его ответ?
Он смотрит на меня через плечо и пожимает плечами.
— Узнаешь. Он об этом позаботится. — Это чертовски зловеще.
Я вспоминаю продуктовый магазин и то, насколько избитой была Хейли. Я не видела её здесь сегодня вечером, и если Роман прав, она уже уехала из города. Я не могу позволить Грэму уйти безнаказанным от этого. Прежде чем он успевает уйти слишком далеко, я кричу:
— Я знаю, что ты сделал с Хейли. И я не удивлюсь, если ты хлебнёшь собственного лекарства.
Грэм поворачивается и бросает на меня взгляд через плечо, даруя мне пустой взгляд, в котором нет ответов. Я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь, чтобы поискать Романа, но он уже ждёт меня в нескольких ярдах за группой людей.
— Сообщение доставлено, — бормочу я, взбешённая коротким разговором с Грэмом. Я не могу поверить, что мой дядя не видел всех его недостатков. Или, может, мой дядя тоже был частью подполья. Эта мысль угнетает.
Есть ли в моей жизни хоть кто-то, у кого нет тёмной тайны? Почему это должно остановиться здесь? Всё равно я не могу признаться и сказать Роману своё настоящее имя после того, как ждала всё это время. Хотя я знаю, что он поймёт, учитывая то, через что я прошла с Каллумом. Он знает мою боль лучше, чем кто-либо другой.
Но прошло много времени, и его может ранить, как долго я ждала. Я только что заставила его начать открываться. Я не хочу, чтобы это исчезло. Я скрежещу зубами, приближаясь к нему. Я скажу ему, как только эта миссия закончится. В любом случае, мы, по-видимому, пойдём разными путями.
Я надеюсь, что сегодня мы сможем немного повеселиться. Ну, больше, чем уже повеселились. Мои щёки теплеют. Я не могу поверить, что у нас был секс на публике. Я хихикаю, и Роман удивлённо приподнимает бровь.
— Что смешного? — спрашивает он со строгим выражением.
Я качаю головой. — Наш танец.
Он криво улыбается и качает головой.
— Полагаю, разговор с Грэмом прошёл удачно? — Роман протягивает руку, и я с радостью беру её.
— Как по маслу. Он сказал, что мы узнаем, когда получим ответ. — Холодок ползёт вверх по моему позвоночнику. Зловещее заявление до сих пор не даёт мне покоя.
Роман мычит.
— Ну, это всё, что нам нужно было сделать сегодня вечером. Давай выпьем, а потом подождём начала гонки? — Он ухмыляется, когда я передаю ему пиво, которое держала, и он открывает крышку.
Я улыбаюсь и наслаждаюсь прохладным вечером таким, какой он есть.
— Звучит весело. Слишком обычное веселье для такого, как ты, тебе не кажется? — дразню я.
Роман делает несколько глотков, затем смеётся. — Ах, вот где ты ошибаешься, Брайар. Я умею хорошо проводить время.
Я бросаю на него
