– Чё, Малой, сегодня в загул? Ща вернёмся – и по кабакам, да по девкам! – пообещал мне сбивший с мысли Трепач, хлопнув меня по плечу – лучащийся довольством и подкидывающий на ладони вернувшуюся к нему золотую монету, забранную только что из-под камня. – И горячо продолжил:- Я такое место знаю!.. Ты не поверишь, какие там девочки!.. Сиськи – Во! – растопырил он руки, изобразив нечто вроде пары крупных арбузов. И тут же распахнул их и вовсе во всю ширь: – Жопы – Во! – И от души – так что оно аж заболело! хлопнул меня по плечу. – Оторвёмся как никогда, Малой, обещаю!
– Не, я пас! – отчаянно помотал я головой, чем несказанно огорчил Трепача. Ведь кажется я догадался куда он собрался – в весёлый дом матушки Мими! Достаточно известное в Гармине место. У приезжих из Сулима, оно в особенном почёте! По причине габаритов обитающих там девушек. А мы с Томом, иначе как логовом бегемотиков то заведение и не называем! Ну реально жуть же жуткая! Когда девушки из этого весёлого дома выходят на прогулку и идут по городу под предводительством их совершенно необъятных размеров матроны. Ни дать ни взять – стадо бегемотиков под предводительством мамы-бегемотихи! Не просто ж пухлые там девушки, а реально толстючие! Самая мелкая, наверное, весит далеко за пару сотен фунтов! Встреча с ними всегда вызывает приступ весёлого изумления! Это ж сколько жрать нужно! Но я к любителям таких девушек себя не отношу. Точно.
– Ничё, Малой! Мы ещё сделаем из тебя настоящего мужика! – жизнерадостно пообещал мне Трепач, опять хлопнув по плечу. А меня от этого его обещания перекосило! Тем более что за ним последовало ещё строгое: – Но сначала, как полагается – в кабак! Где нажрёмся – в зюзю! – И назидательно воздев указательный палец, важно заявил: – Традиция у нас такая!
А мне не очень-то и хотелось становиться настоящим мужиком… Если это включает в себя упивание до полного отключения сознания и любовь к бегемотикам… Мне как-то и без всего этого живётся неплохо.
– Так что, сегодня реально в кабак – отмечать? – озабоченно поинтересовался я у командира, на всякий случай. Может это и правда так принято в команде – отмечать возвращение и всё такое…
– Да не, это Марвин болтает, – отмахнулся Мэтьюс. – Нет у нас никакой такой традиции. Это у оболтусов, что промышляют близ Гармина всё больше такие.
– Да ты сам подумай, Тим, – рассмеялся Шелби. Ну какая пьяная гулянка может быть в первый же день, ещё до того как мы сдали добычу? Тут даже пивка тяпнуть никак нельзя. Ибо в оба глаза надо следить за своим добром. В Гамине ж ворья – видимо-невидимо! Вор на воре сидит и вором погоняет!
– Ну это да, – чуть смутился я.
– Так что когда добычу сдадим – тогда и гульнём, – заключил он. А Мэтьюс, покосившись на меня и ухмыльнувшись, спросил ещё: – Вот ты сейчас что больше всего хочешь, Тим? Неужто в кабак?..
– Не, – сознался я. – Больше всего хочу в купальню, потом перекусить чего-нибудь домашнего. И в мягкую постель – поваляться, да отоспаться. – Обсказав то чего реально мне хочется после такого продолжительного похода.
– Вот и мы так же, – сказал Мэтьюс. – Так что сразу по возвращению – только отдых! А завтра – ближе к вечеру, отдохнувшие, соберемся уже, добычу сдадим – хоть часть её, при деньгам будем, тогда можно будет и отдохнуть уже со всем своим удовольствием.
"Всё по уму!" – полностью я одобрил такой вариант. И спросил чуть неуверенно: – Так чего, тогда разбегаемся?.. – А прошли мы уже прилично от городских ворот.
– Ну да, – подтвердил Мэтьюс. – Коль тебе не по пути с нами, то здесь давай и распрощаемся.
Глава 17
Поручкавшись на прощанье со своими товарищами по команде, я поправил практически невесомый походный мешок, что не стал уже – сняв на пароме, цеплять нормально – оставив висеть на одном плече. И пошагал в направлении дома гарминской хищницы. Конечно была мысль сбросить всё в комнатушке доходного дома и уже оттуда заявиться к известной особе, но не дало осознание того, что при всей привлекательности такого варианта, у него есть недостаток. У Блэкворт в гостевых апартаментах есть шикарная ванная комната… Чего в съёмной комнатушке доходного дома Реми и в помине нет – один только жестяной таз, прохудившийся! Потому пришлось бы переться в купальни. А жуть как влом… Это и пересилило. Да и страх перед клыкастой как-то немного поблёк за время похода в Пустоши. Немножко тревожит новая встреча, да, не пугает всё же как раньше – до мурашек по всему телу и холодного пота…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В общем, пошёл прямо к Блэкворт. Тем более что и вечер уж близится… И есть очень даже хочется… А у меня даже денег не осталось, чтобы хоть что-нибудь перекусить купить! А у Блэкворт можно надеяться я голодным не останусь…
И всё таки, хотя я искренне полагал, что с удачным возвращением из Пустошей – с приличной добычей, мне нечего опасаться хищницы, а когда её дом увидел – сердце забилось чуть чаще и какое-то волнение возникло! Как я ни заставлял себя успокоиться, ни пытался взять себя в руки, ничего не помогало… Но тревожился я зря!
Блэкворт, гостеприимно распахнувшая дверь и представшая предо мной во всей своей хищной красе довольно скоро после того как я позвонил в дверной колокольчик, с искренней радостью поприветствовала меня:
– Фастин! – И на мгновение прильнула ко мне, приобняв как дорогого друга! Я даже растерялся от такого… Да тут же отодвинулась и смешно сморщив носик, приказала: – В ванную, быстро в ванную! – И смягчив тон, вроде бы переживая о том, чтобы я не понял всего превратно, радостно пообещала: – А я пока что-нибудь вкусненькое приготовлю!
Успокоенный тем как всё прошло, я отправился в гостевые апартаменты. В полном соответствии с понятным требованием Блэкворт (варгам же присущи такие животные черты, как обостренные чувства – тот же нюх) совпавшим с моими собственными чаяньями! Купаться! Отмываться! Чтоб до скрипа кожи! И свежее бельё, да чистую одежду надеть….
Поплюхался я всласть! Как бы не час проведя в ванной! Не заметив течения времени. Но Блэкворт не осерчала – наоборот довольна была, что у неё образовалось время чтобы что-то приготовить! Свиные рёбрышки поджарила – ну мясо у неё на столе всегда за обязательное блюдо! (хищница, что с неё взять…), супчик с фрикадельками – без изысков, но такой по домашнему замечательный. И сладкий ягодный компот. А ещё пирог стоял в печи!
– Ты меня приятно удивил, Тим, – промурлыкала Блэкворт, на протяжении всего ужина не прекращающая лучиться довольством, когда я утолил первый голод. Впервые обратившись ко мне по имени и как бы переходя на новый, более доверительный уровень общения. И созналась: – Я, признаться, не особо верила в эту авантюру… в то что ты выдюжишь в Пустошах..
"Ну так могём!", – хотелось сказануть мне, но что-то я засмущался. И сама видимо наевшись, сложила ладошки одну на другую, опершись локтями на столешницу и опустив на них подбородок, с нескрываемым интересом спросила: – И как тебе первый поход в Пустоши?..
– Да ничего так… – пожал плечами я.
– Ну расскажи… – мило попросила девушка. И я стараясь не пялиться на её красивое лицо, чуть подробней начал рассказывать. Сначала скованно, а потом, чуть позабывшись в чьей компании я нахожусь – увлёкся. И прям в подробностях всё рассказал – скрывать-то по сути нечего. Самому хотелось поделиться пережитым. А Блэкворт отказалась потрясающей слушательницей – очень внимательной и не перебивающей. И не упускающей ни единой детали. Когда я завершил рассказ и неожиданно обнаружил что уничтожил под это дело половину сливового пирога! давно добытого хозяйкой дома из печи и выставленного на стол, она покачала головой и убеждённо заметила:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Тебе очень повезло с командой, Тим.
– Даже спорить не буду, – полностью согласился с ней я. Что есть то есть, с командой мне реально невероятно повезло.
А затем девушка мягко, но настойчиво произнесла:
– Если у вас что-то выйдет с этим металлическим скорпионом – не вздумайте обращаться к нелегальным скупщикам! Если не хотите проблем с коронными властями из-за продажи явно боевого голема…
