оставленные одним точным касанием меча или ножа.
Хейл предположил, что такие чистые, безупречно выверенные убийства — дело рук Эла. А все остальные… были за Тэлли. Думая об этом, он старался сохранять отстранённость, не связывать происходящее с образом Тэлли, который помнил. Не задумываться, кого именно они в итоге найдут.
«Может, так окажется, что прежней Тэлли, которую мы знали, больше нет», — пронеслось в его голове. Он отгонял мысли о том, что именно могло привести к этому. Но чем дальше, тем сильнее осознавал: ни один убийца не стал бы убивать так… извращённо. Каждое новое убийство убеждало его в одном: Тэлли изменилась. И, возможно, безвозвратно. Порой смерти были настолько ужасны, что даже у него тошнота подступала к горлу.
Среди убитых оказалось несколько лекарей-травников. Их тела с запрокинутыми головами были изрезаны, словно решето, а в открытые рты напиханы травы и различные зелья. И Хейл не был уверен, что это случилось уже после их смерти. Повсюду вокруг тел валялись измятые травы, перемешанные с рвотой. Часть жертв была буквально разворочена мечом — огромные раны, будто оружие вонзили в тело и провернули, увеличивая дыру.
Просматривая воспоминания Дивона, Хейл насчитал пятьдесят шесть погибших всего за несколько дней.
— Это словно рейд какой-то, — хихикнул не к месту Крест.
Хейл бросил на него взгляд, но промолчал. Его куда больше беспокоил Туррен, тот стоял бледный, как полотно. Даже несмотря на то, что Хейл не пересказал братьям всех деталей, услышанного Туру оказалось достаточно.
«Он никак не может принять мысль, что Тэлли тоже убивает», — покачал головой Хейл. Хотя и сам себе боялся признаться, что ему это тоже не удалось, даже после того, что он увидел в той таверне.
— Тэлли не способна на такое, — упрямо заявил Туррен, в упор глядя на Хейла, словно пытался взглядом придать вес своим словам.
— Не знаю, брат. Ничего не могу тебе сказать, — тихо ответил Хейл. Он так и не нашёл в себе сил рассказать братьям, что именно увидел в памяти трактирщика — того, чью дочь насиловали.
Добравшись до очередной таверны, которые у Хейла уже слились в одно сплошное пятно и были похожи, как две капли воды, он сразу подошёл к трактирщику, чтобы без лишних вопросов считать его воспоминания за последние дни.
Хейл смотрел глазами трактирщика и вдруг услышал голос Эла, просившего комнату. На нём был капюшон, но часть лица оставалась видимой. Эл был один, и это озадачило Хейла: «Скорее всего, они стали разделяться, чтобы у эмеринов не оставалось воспоминаний о паре, — решил он. — Но они не учли, что я больше не буду задавать вопросы», — холодно усмехнулся Хейл.
Из памяти мужчины он вытащил только два момента: когда тот видел Эла при съёме комнаты и когда наблюдал, как он покидал её. И всё это произошло меньше чем за сутки.
«Они перестали задерживаться на одном месте», — осознал Хейл.
— Покажи мне комнату этого мужчины, — мысленно приказал он трактирщику.
Хейл уже начинал уставать от бесконечных поисков. Всё сильнее хотелось поскорее найти её и задать единственный вопрос: какого демона здесь происходит? Эта гонка, эти убийства начинали вызывать раздражение.
«Если бы я знал причину, может, проще было бы самому убить их всех, чтобы она наконец успокоилась и остановилась хоть на миг?» — мрачно подумал он, признаваясь себе в том, чего никогда бы не озвучил перед братьями.
— Пройдёмте, — покорно ответил трактирщик и повёл его вверх по лестнице.
Хейл ощутил на себе недоумённые взгляды братьев, но не стал ничего объяснять, будучи уверенным, что они сами поймут. Когда эмерин отворил дверь, взгляд Хейла сразу упал на незастеленную кровать. Память тут же услужливо выдала образы, от которых он не мог избавиться. Изучая измятое бельё, он заметил капли крови.
«Наверное, у Тэлли лунный цикл», — решил он.
— Брат, смотри, — Крест указал на полку с тазом и кувшином, рядом с которыми валялась куча окровавленных тряпок. — Кто-то из них ранен? — Он удивлённо посмотрел на Тура.
— Не похоже, — задумчиво протянул тот. — От раны кровь ярче, здесь же она тёмная. Давно они ушли?
Тур кинул взгляд на Хейла.
— Три дня назад, — ответил он. — Почему комнату не убирали после них? — Хейл повернулся к трактирщику, который послушно стоял в коридоре, ожидая новых указаний.
— Дин сказал, что вернётся, — ответил мужчина. — Попросил не убираться до его возвращения.
Хейл на миг потерял дар речи. Это было совсем не похоже на Эла — оставить такие явные следы, зная, что за ними идёт погоня.
— Ты думаешь о том же, о чём и я? — Крест хитро прищурился, глядя на Хейла.
— Иди. Забудь, что видел нас, — мысленно приказал Хейл трактирщику.
Когда мужчина ушёл, Хейл медленно оглядел каждый уголок комнаты, надеясь найти хоть какую-то подсказку. Но, кроме кровавых пятен, ничего не было.
— Хейл? — Тур выжидательно смотрел на него, и, судя по всему, тоже догадался, что Эл сделал это намеренно.
— Эл этого ему не говорил, — твёрдо сказал Хейл.
— Как это? — Крест непонимающе нахмурился. — Хочешь сказать, что это Тэлли?
— Нет, — Хейл покачал головой, мысленно раскладывая картинку иначе, перебирая возможные варианты. — Это слова Эла, но трактирщик их не помнит. В его воспоминаниях между ними не было такого разговора.
— Брат, понятнее не стало, — буркнул Крест.
Хейл усмехнулся:
— Поверь, мне тоже, друг, мне тоже.
Он повернулся к Туррену:
— Это может быть кровью от лунного цикла?
— Вполне, это первое, о чём я подумал, но… — Туррен замолчал, отводя взгляд.
— Но крови слишком много, да? — подхватил его мысль Хейл.
— Да, чересчур много, — глухо подтвердил Туррен.
— Возможно, поэтому Эл и оставил это для нас, — задумчиво протянул Хейл.
— И как нам может помочь информация о том, что у Тэлли лунный цикл? — скривился Крест.
— Не лунный цикл, а что-то иное, — тихо возразил Туррен. — Крови слишком много… Возможно, она больна.
— Но как Эл передал эту фразу, если они не общались? — Крест всё ещё недоумевал, изучающе глядя на Хейла.
Разговоры про магию всегда давались ему тяжело. «А ещё про женские дела», — хмыкнул Хейл, вспомнив, как скривилось лицо Креста при обсуждении лунного цикла.
— Это ментальный приказ, — пояснил он. — Эл оставил в разуме трактирщика словно пометку, чтобы тот произнёс эту фразу, когда кто-то спросит про комнату. И трактирщик, не осознавая этого, просто повторяет её любому, кто интересуется.
— Получается, Эл знает, что мы близко? И хочет, чтобы мы их поскорее нашли? — Крест оживился, размяв костяшки, явно ещё желая отплатить тому за случай в борделе.
Они обошли ближайшие таверны, лишь чтобы убедиться: Эл уводил Тэлли
