УАЗик, вышли на финишную прямую, которая, спустя километр, заканчивалась развилкой у ворот тракторной бригады. Там дорога уходила влево на окраину села, и дальше по полям к границе, а на правую сторону – выводила к Речкам и на Сумы.
До конечной цели участкового и пограничников оставалось пересечь небольшой мостик, что служил переправой над маленькой речушкой, протекающей по задворкам Павловок.
Вдруг Калайтанов увидел, как в самом конце дороги, там где начинался забор «тракторки», в пространстве образовалась брешь. Рассмотреть точнее, что там происходило, мешала идущая впереди машина Карпенко.
– Что там происходит? – приподнимаясь с сидения, и стараясь убрать с поля зрения «Форд», спросил командир у водителя.
– Ворота в заборе открыли! – перекрикивая рев двигателя, ответил Богуненко. – Ждут кого то! – и, после небольшой паузы, добавил: – Может нас? Как думаете, товарищ подполковник?
« – Эт, врятли!» – фразой и интонацией красноармейца Сухова заметил командир. – Кого-кого – а нас они не ждут… Это точно!
– Обана! А это еще что за явление?! – крикнул удивленно водитель. Открыв окно, он высунул наружу голову. Спустя пару секунд, повернувшись к Калайтанову, доложил:
– Товарищ подполковник! Там появился УАЗик! И, по-моему, двинулся нам на встречу!
– Да я уже вижу… – ответил Калайтанов, наблюдая, как со стороны границы выехал УАЗ и остановился возле открытых ворот. Он даже немного повернул в их сторону. В тот же момент, судя по всему, водитель увидел несущиеся в его сторону легковушку и пограничников. Внедорожник вывернул колеса вправо, и, двинулся им на встречу, набирая скорость.
По прошествии некоторого времени, люди, ставшие случайными свидетелями этого происшествия, сравнивали увиденное ими на сельской дороге с кадрами фильмов о войне, где под облаками в лобовой атаке сходятся два истребителя. Они с жутким воем несутся навстречу друг другу и горе тому, кто отвернет первым. Ибо цена воздушного боя – жизнь!
В этом поединке, судя по всему, ставки были не меньше! По крайней мере, для одного из участников. Громовский УАЗ, набрав максимальную для своего «мерсовского» двигателя скорость, и заняв центральную полосу дороги, «летел» на встречу «Форду» участкового. Издали показалось, что до столкновения осталось не больше двух трех секунд. И произойти оно должно было ровно посередине мостика!
– Если они не отвернут – будет горе… – сказал наблюдавший за всем Калайтанов.
– Да не буде! – с ухмылкой ответил Богуненко. – Участковый, по-моему, уже притормаживает.
– Не выдержал… – с каким-то удовлетворением отметил для себя подполковник, наблюдая, как на автомобиле участкового часто замигали фонари «стоп-сигнала».
Карпенко действительно пытался остановить свою машину. Несколько раз, при торможении, «Форд» начинал скользить по асфальту, оставляя на нем черные следы от колес. При этом, уходя в занос, он едва не слетел в кювет. Наконец участковому удалось остановить машину практически возле моста.
Сидя за рулем, Карпенко, как заколдованный, смотрел на несущийся к нему внедорожник. Милиционер попытался включить заднюю скорость, что бы отъехать назад. Но от нервного тремора не смог попасть рычагом в нужные зацепы, и машина, пару раз дернувшись назад, «заглохла».
В наступившей тишине он с ужасом наблюдал, как приближается к нему смерть. Участковый понимал, что летят доли секунды, но для него все начало происходить в замедленном действии.
« – Странно, – откуда то возникла в голове мысль, – а прошлая жизнь перед глазами не проноситься…».
А затем, там же, чей-то тихий голос «ехидненько» сообщил:
« – А в рай то ты не попадешь…».
И до того этот голос был реальным, что у Карпенко волосы зашевелились на голове, а тело покрылось холодным потом. Участковый даже покосился на водительское сидение, дабы убедиться, что рядом никого нет. После, он пытался определить, сколько времени заняли все эти события. Умом он понимал, что не больше секунды. Но тогда показалось, что целая вечность.
Визг тормозов вывел Карпенко с прострации. Вернувшееся ощущение реальности зафиксировало скользящий в его сторону юзом УАЗ. Его, чуть разворачивало боком, при этом, вынося на левую обочину. Еще секунда – и он кубарем скатиться в речку по трехметровому откосу дороги. Но в последний момент водителю чудом удалось направить машину в створ между перилами моста. Правда, вошла она туда боком, при этом ударившись задним левым колесом о пешеходный тротуар. От этого автомобиль накренился на одну сторону и начал переворачиваться.
Все это видел и Калайтанов. По его приказу водитель остановился в нескольких метрах от "Форда" участкового. Когда УАЗик нарушителя качнуло на сторону – у подполковника перехватило дыхание. Казалось, миг отделяет внедорожник от крушения. Что в этот момент происходило в "Форде" с Карпенко – командир не видел. Но он прекрасно видел, что делал в своей кабине водитель УАЗа.
Когда машина встала на бок, водитель инстинктивно бросился в противоположный бок, цепляясь правой рукой за пассажирскую дверцу и наваливаясь всем телом на пассажирское сидение. При этом его лицо выражало, скорее озабоченность, чем испуг. На долю секунды УАЗ, как в представлении автородео, замер на двух колесах. Затем нехотя начал сваливаться обратно и с грохотом стал на все четыре колеса. С днища машины на землю посыпались комья засохшей грязи. Ударившись о землю, они произвели облако пыли, спрятав в нем на время УАЗик.
Когда рассеялась пыль, Калайтанов увидел сидящего в кабине водителя. Он смотрел в сторону тракторной бригады, периодически оборачиваясь лицом к пограничникам. В его взгляде командир заметил жуткое напряжение, а в движениях – крайнюю степень нетерпения. Но, не смотря на это, похоже, сразу уезжать он не собирался. Как будто, кого-то, или что-то выжидая. Правда он завел двигатель и вывернул колеса по направлению к "тракторке" – но с места машина не тронулась.
Первым не выдержал Карпенко. Он выскочил со своего "Форда" и бросился к УАЗику. Подбежав к внедорожнику, он схватился за ручку двери, пытаясь открыть ее. Но водитель предусмотрительно заблокировал замок. Оставшись ни с чем, милиционер начал стучать кулаком по капоту.
– Я требую открыть двери! Немедленно откройте милиции! – донеслись к Калайтанову истошные крики участкового.
Но ожидаемого действия на водителя они не произвели. Он, как и прежде, с нетерпением чего-то ждал.
– Ну что же, пора вмешаться и нам! Мы, все-таки, в приграничной зоне… – сказал Калайтанов, и, сразу скомандовал: – На выход!
Находящихся на заднем сидении солдат долго упрашивать не пришлось. Синхронно открыв с командиром двери, "погранцы" с удовольствием "высыпались" с кабины на улицу. Дорога в тесноте растрясла и утомила бойцов. Выскочив на дорогу, они с удовольствием разминали затекшие ноги.
– Слушай меня! – "отчеканил" подполковник, показывая рукой в сторону предполагаемого нарушителя, скомандовал: – Оцепить машину! Шагом марш!
Солдаты дружно направились к УАЗу контрабандиста.
