— Я пуста! — Крикнула Ашада.
— Я тоже! — Словно констатация факта прозвучало от Лэйлы.
— Леон назад. — Рамус жестом показал мне отступить. Через мгновение проход, по которому мы шли, словно выпучило на изнанку и затянуло темным непрозрачным составом, больше всего напоминающее стекло. Помниться нечто подобное Рамус проделывал на тренировках возле своего дома.
— Это было здорово! — Резюмировал я, пытаясь отдышаться. — Не знаю, как вы, а у меня даже небольшая надежда появилась, что мы сможем отсюда выбраться. Как думаешь Рамус?
— Я думаю, что осталось нам совсем немного. Возможно, даже, это начало конца. — С некоторой грустью в голосе сказал Учитель.
— Ты тоже думаешь, что это ловушка? — Спросила Лэйла.
— О чем это вы — хотел было я возмутиться, но Рамус перебил меня.
— Сейчас я уже больше чем уверен, нас загоняли как дичь, и вот у них все получилось. После 400 уровня у меня вновь появилась возможность читать потоки маны, правда не так досконально, как раньше, но сгустки силы видны очень хорошо. Так вот, если представить всю ту мелочь, с которой мы имели дело до этого за все время после того как нас с Лэйлой ослабили. Принять всю эту массу монстров за общий показатель силы, выведенный в соотношениях и взятый за единицу. То вверху пирамиды нас ожидают еще два таких же сгустка силы равных по мощи всей той толпе монстров, которую мы планомерно уничтожали уже больше месяца. Каждый.
— То есть ты хочешь сказать, что у нас нет шансов, и вообще мы сюда шли на убой!? — Возмутился я.
— Я тебе это и говорю балда.
— А что ж ты раньше молчал!?
— Да я только тут стал четырехсотым. Да и когда мы уже забрались так далеко выйти бы нам не дали в любом случае. — Все так же спокойно ответил Рамус. Не знаю, меня это чуть не взбесило, ведь четырехсотым он стал уже дня три назад не меньше. В темных коридорах время отслеживать очень проблематично, в основном полагаешься на внутренний ход времени, ну и на бафы висящие на тебе.
Я уже хотел смачно выругаться, как к разговору подключилась Ашада:
— Не стоит Леон, тогда решение пусть и было спонтанным, но ведь принимали мы его все вместе. Нас бы смяли тогда всей той толпой, когда купол пал единственное правильное решение было укрыться в проходах их же крепости.
— Рамус как думаешь насколько ты смог их остановить в этот раз? — спросила Лэйла.
— Несколько часов у нас есть, мы уже практически добрались, да и как вы видите, сопротивления спереди нет совсем, нас фактически приглашают. Я думаю, пусть девушки отдохнут, а мы пока подежурим, если получиться, потом и мы немного отдохнем. — Лэйла с Ашадой пытались было, возмутится, но когда Рамус был серьезен, спорить с ним не брался никто.
Пока девушки ложились спать, Рамус накрыл их и нас двумя отдельными пологами тишины. Хорошее заклинание скажу вам, а у наставника и довольно прокаченное. Он мог регулировать вообще любые звуки, приходящие как извне, так и выходящие наружу. И если девушкам приглушил весь шум с внешней стороны, то нам усилил, очень удобно, когда находишься на посту.
Закончив возиться с заклинанием, и местом где мы бы могли спокойно посидеть, Рамус еще раз взглянул на девчонок, устроившихся на импровизированных складных травяных тюфяках нескольких шагах от нас по коридору. Потом отвел взгляд на меня и сосредоточенно глядя мне в глаза начал говорить:
— Леон, есть несколько вещей, которые я хотел бы тебе рассказать. Рассказать не только для того, чтобы хоть кто-то знал правду, просто момент для разговора уже назрел и причин для этого несколько.
Первая, как ты уже знаешь это Лэйла. Единственная кого я люблю настолько сильно, что даже цена собственной жизни блекнет в сравнении с ней. Знаешь, если ее не станет второй такой потери я просто не смогу вынести. Я Вам даже несколько завидую, у вас с Ашадой еще будет шанс, у меня и у Лэйлы нет.
— О чем это ты?
— Не перебивай! — Остановил меня Рамус.
— Вторая причина — это мой народ, я очень давно взвалил на себя ношу за последних Лесных эльфов в этом мире. И сейчас у меня такое чувство, что больше мне ее не нести, не знаю, что это значит, но как один из вариантов дальше по лесам мне ходить не придется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Третья причина это Эльтар и ТЫ. Он мне сын по крови, я его очень люблю, но всегда о думая о нем, я вспоминаю о своей супруге Эльсии. Ты же мой ученик и как мне кажется один из лучших за всю мою довольно долгую жизнь. А с недавних пор я считаю тебя своим другом.
После этих слов пришло уведомление: «Репутация с народом Лесных эльфов повышена — текущее дружелюбие».
Пусть я и отвлекся, но Рамус сделал вид, что не заметил и продолжил:
— А еще я считаю, что ты единственный кто может выйти за рамки, и сделать невозможное. Я полагаю здесь особенность все же больше в самом тебе, я считаю, что многие сдались бы еще в муравейнике. Поверь, я много видел и людей, и эльфов и знаю, о чем говорю.
Я следил за тобой, у учителя есть такая возможность, то бесчисленное множество раз, когда ты умирал и воскресал вновь, продолжая сражаться даже, когда шансов практически и не было. Это не многим под силу. Пусть я и считаю ваше бессмертие великим подарком вам двуживущим и одновременно насмешкой демиурга. От сумасшествия оно не защищает, а оно может быть вечным.
Теперь о твоем развитии. Если у нас с Лэйлой последнее время просто с ростом уровней появилась возможность открывать ранее изученные заклинания, которые мы использовали уже бесчисленное множество раз и открываются они уже изученными на прошлом уровне мастерства. То вы с Ашадой это совершенно иной случай. Однако твое развитие разниться даже с развитием Ашады и очень. Если она просто выкладывает очки талантов за полученный уровень самостоятельно, то у тебя они все накапливаются, развиваешься же ты от постоянных тренировок и сражений. Ты уже и сам не замечаешь, как привык вкладываться по полной и биться на грани возможного.
Сейчас уже начинает быть заметна наша разница в силе, но ты все равно пытаешься не отставать, в этом тебе очень помогает Ашада. Те новые изученные заклинания, да у тебя просто-напросто не хватало бы маны, и постоянное их использование было бы для тебя невозможным. Ты и так остатки из себя выдавливаешь, это тебе очень помогает, потому, как ты нашел именно ту грань, которая помогает тебе идти вперед и развиваться, сражаться на пределе и превозмогая трудности. Я бы даже назвал это стержнем, слой воли.
Теперь о главном. Про дракона Оникса и деревню Эльсу в свое время я тебе рассказывал, думаю, рассказ мой ты помнишь, и повторяться не стоит. Практически все в рассказе, правда, кроме одной маленькой детали, про драконов которых нашел мой учитель. Не было никакого учителя. Точнее не так учитель был, но он не находил драконов, он был драконом.
Да этим эльфом, что обнаружил драконов, и смог с ними подружиться был сам Оникс. Мой друг и учитель — дракон древности. Это великая тайна и хранить ее большая ответственность.
Не сказать, что для меня это было уж совсем что-то неожиданное, но тут видимо имелись некие подводные камни. И по итогу я не ошибся:
— Знаешь, что во всем этом самое смешное? Хорус закрыл Оникса ото всех, понатыкав там ловушек и прочего. И в первую очередь оградил своего сына от Лесных эльфов. Там стоит чудовищной силы барьер. Я пытался подобраться к барьеру, даже смог установить его природу, но оказывается мне не суждено его пройти. Это абсолютная магия, древняя как сам мир, в котором мы находимся.
Он как-то странно посмотрел на меня — В твоих глазах читается неверие, ученик мой.
Рамус прервался, откинул голову назад, взглянув, словно куда-то за стену начал цитировать: «Сей барьер установил Хорус! Его пройти не суждено не одному поколению — не ранее живших, не ныне живущих и не одному из потомков Лесных эльфов».
И вроде не было в этих словах ничего необычного, но определенные мысли навеяло, однако что-либо спрашивать и уточнять я не стал. Учитель вновь посмотрел на меня и продолжил.
