Туша рядом все никак не заткнется — вопит и вопит, но это к лучшему. Крик не дает «уплыть», мешает…
А внутри будто смерч раскручивается. Подстегнутая бешенством, магия мечется, натыкаясь на границы, бьется, пробуя их на прочность.
Не-на-ви-жу…
Нет, стой. Стой…
Тело по-прежнему чужое и непослушное — что бы ни было в тех препаратах, работают они на совесть, язык и то еле шевелится.
Ненавижу. Защищали вас… столько времени… а вы до сих пор никак не выберете, где место мага — на костре или на цепи, на задних лапках. Люди. Бездарные. Вырвусь. Посчитаемся.
Что-то рычит, зло, бешено, клокочет в горле, и вдруг — словно лопнула одна и незримых цепей — выход, где-то выход! Где?
Держись, не смей! Не смей, не смей, не… больно как…
Сверху сыплется что-то, какие-то обломки пластика… ах, вот что. На потолке черных кристаллов нет?! И это не пещера. Ну-ну.
Поплатитесь… вы поплатитесь.
Нельзя. Стой. Контроль, проклятье! Что ж вы наделали, придурки чертовы.
Релаксант действует, но только на Вадима, на его тело. Тут «гостеприимные» хозяева не ошиблись, Дим сейчас и пальцем не шевельнет! А вот «холодок»… «холодок» свободен. Почти.
Надсадно воет сирена. Потолок трясет. Пол тоже. Что-то рушится с диким шумом, взрывается — в зале, за границей. Едкий дым рвет горло кашлем, слепит глаза. Судорожно дергаются тела в путах телекинеза. И вопли, вопли.
— Не-эт, не-э-э-эт, не надо!
— Помоги-и-и-и-и-ите!
Дим не хохочет только потому, что заходится в кашле. Это правда смешно, ждать сейчас помощи от кого бы то было. Кто может прийти на помощь тем, для кого дороже всего деньги? Друзья? Смешно…
Так повеселимся! Новый вихрь рвется из рук, и клокочет воздух, когда комнату охватывает огненное плетение. Молнии, молнии…
Экран. Дымный взрыв, дикий грохот, стеклянный дождь осколков.
Галерея. Телекинез рвет ее пополам и издевательски медленно впечатывает в стену.
Пол. По декоративной плитке, по бетону змеятся трещины, больше, еще, еще… н-н-на! Будто в невесомости, с раскрошенного пола поднимаются осколки. Красиво плывут в воздухе, неторопливо заворачиваясь в подобие смерча…
— А-а! А-а-а!
Чей-то вопль, захлебывающийся от страха, автоматная очередь — и новый вопль, когда пули, покрутившись в воздухе, возвращаются к стрелявшему. Не убивают, нет, не ранят — просто вьются рядом, как игривая стайка мошек, смешно и жутко, и стрелок бежит от них, бежит, пока, оступившись, не пропадает где-то в этой дикой мешанине.
А «холодок» веселится дальше, и несколько каменно-стеклянных вихрей через проломы в стенах уже рвутся в другие залы, в другие комнаты…
Прекрати! Стой! Не смей! Что же вы наделали, люди?!
— Не делаем ли мы ошибки?
— Вот Йоргос и проверит…
— Я до сих пор думаю, что доверять нашего гостя Йоргосу — не лучшая идея.
— Людям нужен страх. Кнут и пряник — стратегия старая, но эффективности до сих пор не потеряла.
— Он не человек. Он маг.
— На него действуют наши препараты, значит, он человек. Он ест и спит… и все остальное тоже. И боли боится, как все, хоть и строит из себя неведомо что.
— Он не строит.
— Георг…
— Погодите. Лично я верю интуиции Георга, но в данном случае нам не стоит бояться последствий. Что бы там ни вытворял сейчас Йоргос, это его частная инициатива, и мы не имеем к ней ни малейшего отношения.
— А у нас будет возможность это объяснить?
— Да, я, знаете ли, тоже чувствую себя несколько… некомфортно. Магия, дай-имоны эти… непривычно.
— Все-таки стоило подождать наших отсутствующих коллег. Константин точно не одобрил бы. Да и Эйке…
— Вернутся — разберемся. Да что вы, в самом деле? Испугались этого мальчишку? Да нас даже демоны побаиваются! Ну-ну, ничего такого с нашим гостем не случится, порезвится Йоргос часок, и мы явимся избавителями. С Йоргосом, правда, придется что-то решать…
— Жаль, он по-своему полезен.
— Но не настолько, как маги?
— Да… Что такое?
Завыла сирена.
Крики стихли, а может, просто не были слышны из-за грохота.
Хотя какая разница.
Душно. В разгромленном зале отключились свет и вентиляция.
Было темно. Дымно. Пыльно. Холодно — воздух остывал. И кажется, безнадежно. Все, что Вадим мог, — не давать «холодку» убивать людей… впрямую. Не давать выпивать заживо.
Но сколько погибло от рухнувших перекрытий, от провалившегося под ногами пола, от обрушенных стен?
Что же вы наделали, люди…
Не смог убедить. Перетянуть на свою сторону… плохо как…
Громыхнуло.
Дим зажмурил запорошенные пылью ресницы, чувствуя, что сейчас…
ГРОХОТ! Тяжкий удар где-то над головой, дикий, невообразимый грохот, скрежет. Пол бьет в лицо, из груди будто вышибают остатки дымного воздуха…
И наступает тишина. И темнота.
Откуда-то Вадим знает, что больше в здании — на базе? в подземном убежище? — нет никого живого.
А кристаллы уцелели, и релаксант до сих пор в силе. Не шевельнуться. Так что и тебе недолго осталось, Дим.
Глава 23
СХВАТКА С СЕРЫМИ
Отряд за спиной рос. Все-таки среди людей есть нормальные, такие, которые в любой ситуации остаются людьми. И даже если на улице локальный конец света, они выбегают на эту самую улицу, чтобы кого-то спасти, а не прячутся в квартире, глуша чужие крики модной музычкой.
Люди. Все не безнадежно. Пусть в его рейд-группе уже треть раненых, но все не безнадежно.
До расчетной точки — две минуты. Получится, интересно? Должно. Ведь не зря продумывал почти пять лет… или сколько? В барьере нечем было заняться, кроме разговоров и воспоминаний. И прикидок: что было бы, если бы… Жаль, этому Диму «барьерная» память не пошла. Хотя в Несебре он и так справился. Но вот этот способ, новый, получится ли?
Узел связи в очередной раз изменил порядок оповещения. Вместо инструкции по выживанию при нападении кто-то умный стал рассказывать, кто такие дай-имоны, откуда они появились и сколько их еще прибудет в перспективе. Последствия неведомый диктор не описывал, предоставляя слушателям додуматься самим. Получилось… леденяще.
Секретные сведения Свода Небес. Правильно, что объявляют. Горожане запомнят, журналистам расскажут…
Стоп. Вот и наши незваные гости.
Та-ак… Людей побросали, сгруппировались. Готовятся к встрече более «питательной» закуски — магов. Люди все-таки слишком бедный рацион, как сырая рыба. А у нас тут гурманы подобрались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
