— Думаешь, еще можно что-то сделать? — слегка хмурится Фредерик.
— Сделаю все, что смогу, — спокойно отвечает Ракель. — А если все это не прекратится, мне придется обратиться в полицию.
— Но как они будут искать автора этого писем?
— Не знаю… Но я точно не буду сидеть, сложа руки.
— Только бы тебе не начали угрожать где-нибудь на улице. Знаешь, как я этого боюсь.
— Ну пока что, слава богу, никто не угрожает моей жизни. Аноним просто грозится сделать все, чтобы разрушить мою карьеру.
— Кто знает, солнце мое. Мы можем ждать чего угодно. Сегодня грозят разрушить твою карьеру, а завтра кто-то наймет киллера, чтобы убить тебя.
— Господи, дедушка, не придумывай, пожалуйста.
Ракель выключает кран с водой, насухо вытирает чашку полотенцем и кладет ее в кухонный ящик, где обычно хранятся все чашки.
— Ни о каком убийстве речи в тех письмах не шло, — отмечает Ракель.
— Ну не знаю… — тяжело вздыхает Фредерик. — Но на твоем месте я бы был поосторожнее и чаще осматривался по сторонам. Кто знает, что тебя ждет впереди.
— По крайней мере, сейчас ты можешь не беспокоиться. Скоро за мной должен приехать водитель, который отвезет меня на съемки и привезет домой сразу же после окончания.
— Да, это определенно радует.
Ракель ничего не говорит, бросает легкую улыбку и направляется в гостиную, а Фредерик снова следует за ней.
— Кстати, он вроде бы уже должен был приехать, — задумчиво говорит Ракель.
— Может, водитель уже звонил? — уточняет Фредерик.
— Не знаю…
Ракель берет в руки свою сумочку, которая уже давно лежит на кофейном столике в гостиной, достает из нее свой мобильный телефон и быстро проверяет, есть ли какие-то пропущенные звонки и сообщения.
— Нет, никаких звонков и сообщений, — пожимает плечами Ракель.
— А во сколько должны начаться съемки? — интересуется Фредерик.
— Где-то после двенадцати.
— Ну тогда у тебя еще много времени…
— Ладно, буду ждать! — Ракель кладет свой смартфон рядом с сумочкой и резко выдыхает. — Хотя признаться честно, мне совсем не хочется ехать на эту съемку.
— Не хочешь? — удивляется Фредерик, присаживаясь на диван.
— Да.
— Надо же… Это первый случай, когда ты едешь на съемки без желания.
— Верно… Первый…
— Ты как будто в первый раз едешь на съемки и не знаешь, что это такое.
— Дело не в этом, дедушка. — Ракель начинает расхаживать перед Фредериком. — Просто я чувствую, что эти съемки могут закончиться чем-то не очень хорошим.
— Почему? — удивляется Фредерик.
— Не знаю… Но я никак не могу избавиться от чувства, что сегодняшние съемки будут ужасными.
— В любом случае ты имела полное право отказаться и заниматься другими делами.
— Однако я уже согласилась.
— Ну и что? Ничего бы не случилось, если бы ты отказалась сниматься.
— Нет, дедушка, я так не могу.
— Я тебя не понимаю. Зачем делать то, что ты не хочешь делать? Поговорила бы с Сереной, а она бы уже все уладила.
— Это моя работа. Работа, которую я обязана выполнять.
— Ты не обязана принимать все предложения, которые тебе поступают.
— Знаю, но раз уж я согласилась, то мне придется это сделать.
— К тому же, сейчас ты находишься в таком положении, что можешь выбирать. Тебе не надо браться за все подряд, чтобы у тебя было хорошее портфолио. Чтобы заработать имя.
— Я знаю, дедушка…
— Ах, Ракель, Ракель… — устало вздыхает Фредерик.
— Я хочу, чтобы эти съемки поскорее прошли. Хочу забыть о них раз и навсегда.
— Неужели все дело в твоем партнере? В человеке, с которым ты должна сниматься.
— Да, в нем. — Ракель на пару секунд призадумывается и переводит взгляд на Фредерика. — В этом несносном осле.
— М-м-м… — загадочно улыбается Фредерик.
— У меня есть опасения, что он может запросто сорвать съемки или сделать мое пребывание на них просто ужасным.
— А вдруг все будет хорошо? Не поладили на первой встрече – подружитесь на второй!
— Не говори глупостей, дедушка! Я никогда не смогу поладить с этим самовлюбленным болваном.
— Сильно же он тебя зацепил!
— Да он меня бесит ! И если МакКлайф не хочет, чтобы я его придушила, то ему придется держаться от меня подальше. Или закрыть свой рот на замок.
— М-м-м…
— Надо же… — ехидно усмехается Ракель. — Кем этот жалкий актеришка себя возомнил? Подумаешь, сыграл в каком-то фильме много-много лет назад! Только кто сейчас помнит его?
— Ну… Например, Наталия помнит…
— А я его вообще не знаю! Понятия не имею, кто он такой и чем прославился.
— Ах, Ракель, Ракель… — скромно смеется Фредерик, покачав головой с хитрой улыбкой на лице.
— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — Разве ты его знаешь?
— Нет, милая, я не знаю, в каких фильмах он снимался. Но я частенько вижу его по телевизору. Этот Терренс принимает участие во многих передачах и дает интервью.
— Что ему еще остается, кроме как бегать по передачам и чесать языком.
— Внучка…
— Ясное дело, что МакКлайф отчаянно пытается спасти свою карьеру и не может смириться с тем, что ей скоро придет конец. Только никто не хочет предлагать ему главные роли, о которых он так мечтает.
— Ну… — задумчиво произносит Фредерик. — Просто пока что не пришло его время. Такое бывает. Многие артисты годами ждут своей звездной роли.
— Поверь мне, у него ее уже никогда не будет.
Ракель уверенно подходит к Фредерику и присаживается на диван рядом с ним.
— А поскольку у него просто ужасный характер, и он – невоспитанный грубиян, то ему не стоит ждать, что кто-то обратит внимание на эту жалкую звездочку, — с гордо поднятой головой добавляет Ракель.
— Первое впечатление всегда обманчиво, — отмечает Фредерик. — Может, сейчас он кажется тебе грубияном, но пообщавшись с ним поближе, ты увидишь, что этот актер не такой уж и плохой.
— Этот актеришка лишь притворяется хорошим. Фальшиво улыбается тем, кто его окружает. На самом деле он противный и невоспитанный козел.
— Слушай, девочка, а этот парень случайно не симпатизирует тебе?
— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — Этот придурок? Симпатизировать? Мне?
— Ты явно положила глаз на того парня.
— Ты правда думаешь, что мне может понравиться этот невоспитанный хам?
— Ну знаешь, девушкам свойственно все преувеличивать. Может, все было не так, как ты мне рассказала.
— Думаешь, я тебе соврала?
— Нет, ты не соврала, но все же могла кое в чем приврать.
— Нет, дедушка, клянусь, я тебе не врала! Я рассказала все как есть!
— Я верю, милая, верю.
— Как ты вообще мог такое подумать?
— А я не удивлюсь, если этот парень и правда чем-то зацепил тебя, — с загадочной улыбкой говорит Фредерик.
— Ко мне это не относится.
— О, еще как относится.
— Нет, дедушка! — Ракель резко отстраняется от Фредерика. — Я не влюблена в него! МакКлайф мне совершенно не интересен. Я его ненавижу! Он меня бесит !
— А я и не говорил, что ты влюблена в него, — невинно улыбается Фредерик. — Но ты определенно чувствуешь к нему что-то особенное.
— Это ложь!
— Любовь не всегда начинается с дружбы и взаимных чувств. Иногда она рождается и после вспыхнувшей ненависти.
— Дедушка…
— Когда я учился в университете, будучи молодым, у нас были парень и девушка, которые на дух не переносили друг друга и ругались по любому поводу. Над ними стали очень часто подшучивать. А потом все буквально обалдели, когда в один прекрасный день их застали целующимися и обнимающимися. Но ребята были еще больше шокированы тем, что эта парочка начали встречаться.
— Я уже слышала что-то похожее от личного водителя этого человека, с которым познакомилась после встречи с Сереной.
— Вот поэтому я и уверен, что твое сердечко определенно екнуло, когда ты познакомилась с этим мужчиной. — Фредерик с загадочной улыбкой трепет Ракель за щеку. — Уверен, что он тебе точно понравился.
