девушка не отрывала глаз от дочери.
Гретта, что стояла рядом и наблюдала за этим, не могла сдерживать эмоций, захотелось обнять эту девушку, сказать, какая она сильная и как ей повезло, что она её дочь.
Она присела рядом у её ног и положила голову на колени матери. Конечно, Диана не могла видеть её, но Гретель стало так спокойно и тепло на душе.
Продолжая сидеть и слушать колыбельную, Гретта чуть было не уснула, но вдруг почувствовала нежное прикосновение руки на голове. Она подняла взгляд и встретилась с глазами матери, что смотрели на неё с такой чистой добротой и любовью.
— Моя девочка, — рука поглаживала по волосам. Гретта перехватила её и поднесла к губам, поцеловала и непонимающе смотрела на неё.
— Разве ты можешь меня видеть?
Диана улыбнулась.
— Я всегда вижу тебя. И я рядом, доченька.
Силуэт медленно растворился, словно дуновением ветра, оставив за собой искорки.
Теперь Гретта все поняла, это была она. В каждом мгновении, что она видела эти искры, это была она. Наблюдала за ней, оберегала.
Светлая комната, в которой вкусно пахло. Лучи солнца поступали сквозь открытую дверь. Диана стояла с грустным лицом в центре комнаты, пока на ней подшивали платье. Светлое, украшенное несколькими деталями.
Сесилия ходила кругом и осматривала её.
— Платье даже почти не испортилось, пару штрихов и будет готово, — она обернулась к портнихе, — И добавь побольше жемчуга, да серебряных нитей, не скупись. Жених велел, чтобы все было в наилучшем виде, — строго сказала она и вернула взгляд на лицо дочери, — Потерпи немного, и сделай лицо веселее. Что если сюда войдет Вемунд.
Диана чуть изменилась в лице, натянув наигранную улыбку.
— Перестань! Вемунд приехал сюда издалека, и смотреть на твои выходки никто не намерен. Выйдите вон! — крикнула она и все вышли из комнаты. — До свадьбы осталось несколько дней, если ты посмеешь, хоть, что-нибудь выкинуть, то так и знай — твоей дочурке я не дам жить.
Диана резко кинула на неё свой гневный взгляд.
— Только посмей! Тогда я не только тебя, но и все здесь снесу к чертям! И никто меня не остановит! — резко одёрнув платье, она направилась к выходу.
Едва выйдя за порог комнаты, она встретилась с радостным лицом Иды, и поспешила узнать в чем дело.
— У меня получилось! — громким шепотом защебетала она. — Двэйн рядом, я чувствую, мне как-то удалось связаться с ним! Видимо Сесилия так увлекалась подготовкой к свадьбе, что ослабила хватку. И очень зря, — с ухмылкой глядела она.
— Не верю, — Диана положила руку на грудь. Взгляд передавал всю надежду, что Двэйн заберет их оттуда. — Мать лишила меня всякой силы, мои руки связаны, но прошу тебя Ида, будь осторожна, но взывай к нему. Подай знак, где нас искать.
— Я все сделаю, не переживай. А сейчас натяни улыбку и продолжай делать вид, что рада всему этому, — она прошлась глазами по белому платью.
Голова Гретель закружилась, рассудок помутнел и все поплыло. Теперь перед ней новое видение: Едва сумрак опустился на землю, и Диана собиралась навестить дочь, как послышались громкие голоса.
— Темные! Темные пришли! — кричали отовсюду испуганные голоса.
Девушка подскочила и понеслась на улицу. И правда, вдалеке виднелись силуэты. Диана недолго думая побежала в комнату к дочери. Стоило ей туда вбежать, как Агнет вцепилась в ребенка.
— Диана, нет! Уходи, сейчас не время, — пальцы крепко сжимали ребенка в руках.
— Агнет, Двэйн нашел нас. Прошу, отдай мою девочку, — она медленно шагала к ней с вытянутыми руками.
Агнет качала головой и плакала.
— Не могу! Я так привыкла к ней, — она поцеловала девочку в лоб.
— Умоляю, Агнет, там её отец. Если он узнает о ней, то никогда не отдаст никому, да и я не позволю, чтобы она осталась здесь. Сестренка, отдай мою дочь.
Агнет понимала, что не сможет удержать малышку.
— Диана, — она перешла на умоляющие рыдания, но смотря на них обоих, поняла, что и правда не в силах разлучать мать и дочь. Ей едва удалось успокоиться. — Хорошо, но, ты не сможешь выбежать с ней на руках. Тебя никто не выпустит. И ты можешь покалечить её.
— Ты права, не хочу, чтобы с ней, что-то случилось. Но оставить я её тоже не могу!
— Найди Двэйна и расскажи ему все, затем придете, и заберет малышку.
Диана насторожилась.
— Обещай, что ты не предашь меня, обещай, что отдашь её, — взгляд её был очень строгим и она решительно шагнула вперед, — Сестра. Обещай мне.
— Хорошо, я обещаю. Она должна быть с тобой, со своей матерью. А я лишь хотела, чтобы она осталась жива.
— Позволь мне подержать её немного.
Агнет передала малышку сестре. Диана с улыбкой качала её на руках. Прижала к материнскому сердцу и окутала теплом. Маленькая Гретель ухватила её за палец и крепко сжала в крохотной ладони.
— Я совсем быстро, Гретта. Найду твоего папу и расскажу обо всем, и он освободит нас, доченька, — она поцеловала её в лоб и отдала сестре.
— Я скоро, — кивнула головой она и исчезла за дверью.
Последнее из того, что Гретте удалось наблюдать, то, как отчаянно Диана в своем белом платье прорывалась сквозь толпу. Но всполошенный народ суетился то и дело, преграждая ей дорогу. Но девушка, стремительно расталкивая всех, направлялась к главным воротам.
— Закройте ворота! Немедленно! — кричала во весь голос Сесилия, что стояла вместе с Вемундом наверху и наблюдала, за тем, что происходит.
— Остановись, Диана! Иначе ты сильно пожалеешь! — громкий крик раздался за спиной, но Диана даже не обратила внимания.
Она лишь ускоряла бег, зная, что если ей и не удастся выжить, то Двэйн не оставит их дочь. Она обязательно должна рассказать ему о Гретель.
Девушка выскочила за ворота и бежала со всех ног. Видя впереди бегущего к ней темноволосого мужчину. Он кажется бежал быстрее, чем ветер, стоило ему только увидеть приближающийся силуэт любимой. В груди бешено билось сердце, норовившись выскочить.
Они были так близки, как Двэйн увидел, летящую стрелу за спиной девушки. И то, как Вемунд направлял новую. Взмах руки и темная магия делала свое дело: стрелы разлетелись в щепки.
Вемунд собирался выпустить ещё пару стрел, но Сесилия резко откинула его, перехватив лук и стрелы.
Гретта кинула быстрый взгляд назад и шумно выдохнула, когда увидела, что Сесилия помешала ему. Но, что-то было не так. Взгляд Сесилии заливался бешеным гневом, когда между парой оставалось совсем немного расстояния.
Она понимала, что Диана сама написала свою печальную судьбу. И она не может
