Встаю в очередь за черноволосой женщиной с ребёнком. Улыбаюсь моему маленькому человечку, смотрю на Какаши и брезгливо морщусь.
— Что на этот раз? — захлопывая книгу закатывает глаз Хатаке.
— Маска. Ты в ней…
— Маску не сниму. Никогда. Ни за что. Ни при каких обстоятельствах.
— Настолько сильно боишься? Эх, бедолага.
— Я не боюсь. Просто…
Договорить Хатаке не успевает. Подходит моя очередь. Покупаю три порции мороженого. Две Наруто одну Какаши и веду свой выводок к лавочке. Где сажусь, усаживаю мелкого себе на ногу и щёлкаю его по носу. Смотрю на Какаши, улыбаюсь…
Хатаке, изображая глазом улыбку, стягивает с себя маску, демонстрирует что под ней ещё одна и ест мороженое через неё. При этом явно гордится собой.
Сучонок, Хенге изображает. Ловко, очень ловко. Но… А с чего он вообще маску себе на табло напялил? С того что очень похож на отца, а репутация у него, мягко сказать не очень. И тут или Какаши просто копия, в чём я сомневаюсь, или это просто загоны. Или…
— Какаши, вот скажи мне…
— Нет.
— Да ладно.
— Я говорю нет. Давай закроем эту тему.
— Как хочешь.
Выбрасываю руку вперёд, прижимаю ладонь к животу сидящего Хатаке… Печать встаёт, Хенге слетает. Парализованный Хатаке округляет глаз…
— Ох и сволочь же вы, Джирайя-сама, — стиснув зубы шипит Какаши. — Зачем?
— Ну, не знаю. Может быть потому что я вредный гадкий старикашка? Не, так не пойдёт. Сейчас поправлю.
Снимаю с его шеи повязку, вкладываю в руку. Взлохмачиваю волосы, заставляю выпрямить спину. Приподнимаю голову. Повязку на лоб, туда где она должна быть. Глаз закрываю пальцем.
— Вот, другое дело. Красавец.
— Дед, а я думал он страшный, — уплетая мороженое говорит мелкий. — В деревне говорили что у Какаши вообще лица нет.
— Ух ты, а что ещё говорили?
— Ну, что у него длинные кроличьи зубы. Что губы как две лепёшки. Что он страшный. Такой что им детей пугать можно.
— Меня кто-нибудь увидит, — стонет Какаши.
— Я этого и жду. О! Улыбнись, идут. Смотри какие!
Две идущие по своим делам девушки, заметив нас останавливаются и широко открыв глаза… Нет, не смотрят, а взирают. Одна толкает вторую локтем, они идут к нам…
— Какаши, если сейчас затупишь, я тебя убью. Улыбайся. Шире!
— Джирайя-сама, — проигнорировав Какаши подваливают ко мне девушки. — А можно автограф?
— Гы-гы-гы, — выдаёт Хатаке.
— Конечно можно, — достаю из кармана кисточку и баночку с тушью. — Давайте книги.
— Вот, — подавая книжки улыбается девушка. — Джирайя-сама, а кто этот красавчик рядом с вами?
— Это. Мой внук, Наруто.
— Наруто мы знаем, — улыбаются девушки. — Конечно, он неотразим. Но нас интересует вот этот беловолосый с мужественными шрамами.
— Ах этот. Этот… Великий и ужасный, вот сейчас приготовьтесь, вдохните поглубже. Хатаке Какаши!
— Ух, милашка, — строя ему глазки выдыхают девушки. — Спасибо, мы пойдём. Не будем вам мешать. Смотри, а Какаши просто красавец.
— Хе-хе-хе…
— Ну и зачем всё это? — выдыхает Какаши. — Для чего?
— Как ощущения? Не умер? Ничего ни откуда не отвалилось? Не лопнуло? Плесенью не поросло?
— Да вроде…
— Ну и всё. Можешь обратно маску напяливать. Если хочешь. Если нет, снятие маски, послужит для тебя ступенькой.
— Меня все узнают…
— Какаши, надо быть полнейшим идиотом, чтобы не узнать тебя по: походке, книге в руке, причёске, запаху. Мне ещё перечислять?
— Нет. Но зачем? Для чего?
— А ты хочешь как я? — гладя Наруто по волосам улыбаюсь. — В сорок лет понять что до этого жил не правильно. Когда лучшая половина жизни уже позади? Или в шестьдесят? А ты сможешь? Ты сможешь встретить своё чудо? Сможешь найти смысл жизни? Посмотри на нас, на меня, на Цунаде. Хочешь быть как мы?
— Но ты смог…
— А время упустил. Жить надо ярко, Какаши. Жить нужно быстро. Жизнь слишком коротка чтобы тратить время на самобичевания и воспоминания. В жизни слишком много плохого. Поэтому, надо искать всё самое светлое, чистое и весёлое. Да, Наруто?
— Да! А можно ещё мороженого?
— Только одну порцию. А то заболеешь. Я расстроюсь. А я старенький, мне нельзя расстраиваться.
Снимаю с Какаши печать, сажу мелкого на руку и иду к палатке. Какаши сидит, в одной руке держит подтаявшее мороженое, другой сжимает маску.
Надо оставить его, пусть подумает. А мы пока… Надо сходить и съесть чего-нибудь серьёзного. Модернизация тела отнимает много энергии. Наруто, по причине гиперактивности и зверюге в печати вообще постоянно голоден. А он растёт, ему питаться надо. А ещё надо начинать учить его. Пора уже… А ещё надо лучше разобраться со своими способностями, улучшить, разработать новое. Обзавестись чем-нибудь посерьёзней куная. Желательно тяжёлым плазменным пистолетом Технократии, но за неимением такого можно и что-нибудь полегче собрать. Старый добрый огнестрел не помешает. Меч какой-нибудь завести, а лучше самому сделать. Ну и…
Вот только расслабляться не стоит. Главных уродов мы устранили. Но, этим шагом, мы освободили место, на которое возможно, кто-нибудь прицелится и более того, попытается занять. Возможно это будут те, кто помогал мне убрать Данзо и его шушеру. Хм… Каша заваривается и, совсем скоро, достигнет консистенции — хрен промешаешь. Хорошо. Пока я здесь, надо… А почему пока? Может я здесь навсегда? Это тоже минус. Причём огромный. Огромнейший… Такой, что страшно становится. И как тут быть? Пока не ясно…
****
Дальнейшая прогулка превращается в кошмар. Потому что… Видимо, это всё-таки настоящая деревня и слухи, как и положено, разносятся со скоростью света. Не обращая внимания на Какаши без маски, женское население, не только дамочки за тридцать и совсем уже под сорок, но и молоденькие прут ко мне.
Ничего не говорят, не восхищаются, не дают никакой информации, но дают намёки. Очень прозрачные… Просят подписать книги, те кто постарше зовут в гости и заваливают подарками сидящего у меня на плечах довольного Наруто. Какаши от этого ржёт и, вот неожиданность, соглашается за меня. Заверяет что я приду, ко всем. Хихикает, кривляется… Успокаивается от подзатыльника. Который к своему огромному удивлению не смог перехватить. Увернуться тоже не получилось. Ну ещё бы, сам Жёлтая Молния получал, куда уж Хатаке…
Бурча что-то неприличное, Хатаке сдвигает на закрытый глаз повязку, натягивает на лицо маску,
